Том 14 Глава 1 Жертва

Писк микроволновки выдернул меня из сна — первый раз за долгое время мне удалось нормально поспать. Я пошевелила головой, и подушка, на которой я лежала, зашевелилась в ответ.

— Пытался заставить их вести себя потише, — тихо сказал Брайан. — Но они не самая тактичная парочка на свете.

— М-м-м? — пробормотала я, и спросонья сама не поняла, что именно.

Выход из глубин мучительного и странно знакомого сна был достаточно резким, чтобы на мгновение вызвать чувство дезориентации. Я вытерла рот от слюны и неожиданно осознала, что Брайан рядом со мной. Я залилась краской, когда поняла, что лежала на его руке и пускала слюни. Алек и Аиша, без масок, рыскали по “кухне” в поисках съестного.

Мы с Брайаном заговорили одновременно:

— Извини, я, наверно, засну… — промямлила я, прежде чем закрыть рот.

Он молча вытирал влажное пятно на руке, ожидая, что я закончу фразу. И, наконец, нарушил неловкую тишину:

— Я рад, что хоть кто-то из нас поспал.

— А ты нет?

— Глаз не сомкнул.

Он выглядел уставшим. Не как человек, который не спал всю ночь, а как будто только что переплыл бухту из конца в конец.

— Надеюсь, ты не спал не потому, что я улеглась на тебя. Даже не помню, как задремала.

— Это не из-за тебя, и я не против. Это было… — он пытался подобрать слово, — нормально.

“Нормально”? И как это понимать? Или он специально старается говорить как можно более неопределённо и уклончиво?

Я не должна была беспокоиться об этом. Я просто только что проснулась и потому плохо соображала. А вот Брайан выглядел неважно. Может, я должна была что-то сказать? Что-то сделать? Любой жест, который обычно выражал заботу или симпатию, мог разбередить рану. Прикоснуться к его руке — значит, вторгнуться в его личное пространство, за которым Брайан теперь внимательно следил. Спросить, как он — напомнить, что он не в порядке. А моё предложение помочь ему или поддержать могло заставить его почувствовать себя беспомощным, как тогда, когда Ампутация работала над ним.

Хотя предложить помощь, скорее всего, можно.

— Хочешь чего-нибудь? Завтрак? Кофе?

— Кофе, пожалуйста.

Я кивнула, встала и размяла плечи. Я чувствовала себя посвежевшей, несмотря на то, что этой ночью спала не в кровати. Царапины и синяки, которые прежде едва заметно ныли, исчезли, как и более серьёзные раны, требовавшие внимания. Отсутствие ранений, в свою очередь, заставило меня задуматься о том, из-за чего я выспалась и исцелилась. Я чувствовала себя противоречиво. Как маленький ребёнок, которого поставили в угол, и он обижен на весь мир, хотя в животе у него только что съеденный торт, приготовленный на день рождения.

Ладно. Я всё ещё не до конца пришла в себя.

Я присоединилась к Аише и Алеку на кухне.

— Доброе.

— Хай, — односложно ответила Аиша. Она нашла немного хлопьев с сахарной пудрой и насыпала их в миску, не слишком дружелюбно поглядывая на меня.

— Как там наш чувак? — спросил Алек.

— Стресс, тревога, бессонница. Его можно понять.

— И ты, пользуясь случаем, решила к нему подмазаться? — спросила Аиша.

Я моргнула.

— Нет.

— А смотрелись уютненько, — ответила она.

Я оглянулась на Брайана. Он стоял спиной к нам, у окна в соседней комнате, и внимательно смотрел наружу.

— Я вырубилась. Случайно. Поверь, мне очень неловко, что из-за меня он толком не отдохнул, хотя ему это очень нужно.

— Ставлю тысячу баксов, что он был не против, — сказал Алек.

Аиша мрачно зыркнула на него.

— Он был так добр, что не стал беспокоить меня, хотя сам на ногах едва держится. Должно быть, он очень старался не двигаться.

Я, не глядя на них, наполнила чайник и поставила на плиту.

— Ну конечно, — протянул Алек, а затем продолжил в своей обычной манере, — но я говорю, что он и не стал бы возражать. Сейчас-то нет, но было время, когда кто-нибудь оставался в моей постели каждую ночь.

— Когда ты был у Сердцееда, — уточнила я.

Аиша посмотрела на него с отвращением, мне показалось, что и моё лицо сейчас выглядит так же. Ну, хоть в чём-то мы согласны.

— Именно. Поклонницы кейпов, девочки моего отца, люди, на которых я использовал свою силу.

На лице Алека не было ни следа вины или стыда, в его голосе не было сожаления. Только скука. Он продолжил:

— Я имею в виду, что у меня есть опыт: не так уж плохо, когда кто-то прижимается к тебе, пусть даже слегка мешает. Особенно если у тебя хреновый день выдался.

Алек что, пытается поддержать меня? Я посмотрела на Аишу, она в ответ взглянула на меня, похоже, с неодобрением.

Мне было неловко, грызло чувство вины за то, что не справилась, что подвела стольких людей, от Брайана и Дины до обитателей моей территории, которых я так и не проведала. Брайан пережил травму, к тому же, он сам говорил, что плохо разбирается в эмоциях и отношениях. Представления Алека о морали — это какой-то пиздец, просто в голове не укладывалось. Аиша пыталась защитить брата, но не знала, как, и поэтому срывалась на мне. Мы все в какой-то степени искалечены.

Вода в чайнике уже была горячей, когда я его включила, и пока мы все готовили завтрак, она успела закипеть. Я сняла чайник с плиты и налила кофе Брайану и чаю себе. После недолгих раздумий я бросила на сковородку бекон и яйца и начала искать тосты, бублики или булочки. Что найду, то и сгодится.

Сплетница и Сука с тремя собаками вошли через главный вход. Я заметила, как Брайан развернулся к двери, и струйки тьмы протянулись между его пальцами, поползли по руке. Спустя секунду он расслабился. Сплетница бросила мне пакет, в котором оказались очки. Я надела их.

Оставив еду на плите, я отнесла Брайану его кофе. Может, ему станет легче, если я буду вести себя как обычно?

— Утро, — сказала я.

— Утречко, — ответила Лиза. — Мы выходили проверить, всё ли в порядке. Тихо, даже слишком тихо, после всего, что случилось.

Рейчел взглянула на меня, но не произнесла ни слова.

— Хотите поесть? — предложила я. — Еда на плите. Если хочешь покормить собак, Рейчел, у меня есть бекон.

— Им вредно. Я не даю собакам человеческую еду.

— Да, точно. Я подумала, что они захотят полакомиться, извини.

— Но я бы съела.

— Ладно.

Я вернулась к плите и занялась завтраком. Сначала отнесла еду Брайану, потом приготовила тосты с беконом для Суки и яичницу для Лизы. Возможность заняться чем-то полезным, помочь другим заметно успокоила меня, потому что я до сих пор не понимала, как вести себя рядом с Брайаном.

Когда я приготовила завтрак для Суки и Лизы, Скитальцев разбудили ароматы еды. Я предложила им позавтракать, и Баллистик занял место у плиты, чтобы приготовить что-нибудь для своей команды.

Мы расположились на первом этаже: Алек и Аиша уселись на лестнице, я и Лиза — на диване, Брайан с рассеянным видом устроился в углу у окна. Сука села на пол и прислонилась к стене, собаки примостились рядом с ней.

Пока мы ждали Скитальцев, я сказала:

— Всё хотела спросить про Ублюдка. Кто он?

— Ты имеешь в виду породу? — спросила Аиша.

— Нет, — сказала я и замолчала.

— Он волк, — Сука почесала ему плечо, запуская пальцы глубоко в шерсть.

— Да ладно? — удивился Алек.

— Где ты вообще нашла волка? — спросила я.

Сука не решилась ответить, так что заговорила Лиза:

— Она не находила его. Это подарок. И так как он не от Выверта, значит…

— Сибирь, — закончила Сука.

— Дурдом какой-то, — сказала я. Сколько времени прошло с тех пор, как мы могли просто поговорить? — Она безумно сильная. Очень жуткая. И она что, просто подарила тебе волчонка и сказала, что выбирает тебя на роль кандидата?.. Но как?

— Она сказала словами.

— Она не разговаривает, — заметил Брайан.

— Со мной разговаривала, — ответила Сука. — Она появилась, я попробовала сразиться с ней, не сработало. Она объяснила, она ушла. Оставила волчонка у меня на базе.

Я увидела, как Лиза с любопытством поглядывает то на меня, то на Суку. Когда я вопросительно подняла бровь, она чуть заметно покачала головой и повернулась к Суке.

— Из-за этого у нас могут быть неприятности. Ты уверена, что Ампутация или Манекен не поместили в него какой-нибудь жучок?

— Уверена, — сказала Сука.

— Почему?

— Когда я взяла его, он пах лесом.