Том 15 Глава 10

Я пересекла невидимую границу между аккуратно подстриженной лужайкой обширного заднего двора мэра и высокой неухоженной травой на окраине поляны. Руки дрожали, дыхание сбивалось. За последние пару минут я всего лишь поговорила с мэром и прогулялась в хорошем темпе, однако тело вело себя так, будто половину усадьбы я преодолела бегом.

На ходу я положила руку на ствол дерева, словно это помогло бы мне удержаться на ногах. Я бы и так не упала, просто хотелось на что-то опереться.

Чёртов старик. Насколько велики его владения? И он до сих пор может позволить себе нанять кого-то, кто стриг бы ему газон? Наслаждаться прекрасным ужином из нескольких блюд, сидя за огромным деревянным столом, беспечно игнорируя то, что происходит в остальной части города, вместе со своим сынулей-супергероем и его супергеройской подружкой?

Нет, как бы ни старалась, я не могла разозлиться. Не он виноват в том, что я сделала.

Я сознательно подвела человека к порогу смерти, и он не был чудовищем, как Лун или Бойня номер Девять. Скорее всего, он даже не был плохим человеком. Ещё секунд десять-двадцать — и он мог перестать дышать. Искусственное дыхание было бы невозможно сделать с перекрытыми дыхательными путями, а пока они бы пытались его реанимировать, он мог умереть или получить повреждение головного мозга.

Конечно, мои познания в оказании первой медицинской помощи не были ни свежими, ни полными.

Я отпустила дерево, поправила повязку на руке и продолжила путь. Вытащив телефон из брони на спине, набрала номер:

— Кранстон?

— Что я могу сделать для тебя, Рой?

Мой голос был совершенно спокойным и не выражал того, что чувствовало тело.

— Нужна скорая помощь к дому мэра, к заднему двору. Там юноша, у него проблемы с дыханием. Ты можешь использовать неотслеживаемые каналы связи, чтобы дозвониться до аварийно-спасательных служб?

— Будет сделано. Что-нибудь ещё?

— Передай Выверту, что дело сделано.

— Сразу же, как только разговор закончится.

Я бросила трубку.

Семья Триумфа, наверное, уже вызвала медиков, но так я чувствовала себя немного лучше.

Я больше не могла позволить себе задерживаться. Я потянулась к Генезис и подала ей сигнал с помощью насекомых, выстроившихся в слова: «Работа сделана. Трикстер ранен. Нужна помощь, чтобы доставить его к Выверту».

Стрелки из насекомых указали ей путь до меня. Прошла минута или две, прежде чем она меня догнала.

Генезис решила создать гигантское женское лицо, выточенное из кости, окружённое длинными тонкими разветвлёнными щупальцами. Она пыталась создать противодействие одновременно Триумфу и Призме или Урсе Авроре. Нечто такое, что выдержит мощную атаку медведя из силового поля, удары и крики Триумфа. Оно смогла бы эффективно сдерживать и Призму из тех же соображений, из которых исходила я: многозадачность и способность одновременно сражаться с несколькими врагами.

— Где Трикстер? — спросила она.

Я опустила Атланта на опушке. Триксер лежал на нём без сознания.

— Я не могу везти его всю дорогу. Это слишком далеко, поэтому будет слишком медленно. Атлант ограничен моим максимальным радиусом.

А пока я на земле, то уязвима для любых атак со стороны Выверта или подкреплений, вызванных Призмой.

— Ты хочешь, чтобы я понесла тебя?

Я покачала головой.

— Я хочу, чтобы ты понесла его. Управлять полётом Атланта и так весьма сложно, а так на нем будет ещё и неравномерно распределённый вес. Если Трикстер проснётся и начнёт шевелиться, то он наверняка упадёт.

— Хорошо. Чёрт. Моё новое тело будет формироваться медленно, я ведь достаточно далеко отсюда.

— Ты сможешь сделать это на дальнем конце поляны? Когда ты закончишь, я как раз добегу туда и доставлю Трикстера.

Она не ответила, однако начала разлагаться в студенистую, мутную массу. Я подумала, что её сила похожа на мою. Необходимо время на подготовку. Мне нужно было собрать всех насекомых на поле боя — ей же надо было собрать себя.

Я проверила, насколько крепко был привязан Трикстер, поправила свою повязку, чтобы рука не слишком сильно подпрыгивала по пути, и поспешила к месту встречи. Атлант последовал за мной, пролетая чуть выше крон деревьев.

В подобные минуты я чувствовала себя менее нормальной, менее похожей на человека. Было темно, листва наверху была плотной, ветви мешали продвижению, как и неровная, покрытая корнями деревьев и валунами земля. Но едва ли это имело значение. Передо мной ковром двигались насекомые, садясь на ветки и сканируя все поверхности. Это позволяло мне петлять между деревьев, словно я всю жизнь провела среди них и помнила местонахождение каждого. Я чуть дальше выставляла ногу, чтобы подстроиться под уклон впереди меня, подныривала под ветку с коварно торчащими сучками, находила удобное место, чтобы ухватиться рукой и перемахнуть через затопленный участок.

Я любила бег. Долгие месяцы я использовала его как способ забыть всё, что мне досаждает. Когда-то это была школьная травля. Затем давление от работы под прикрытием у Неформалов. Ссора с отцом. Дина. Последствия атаки Губителя. Выверт.

Когда мне не удавалось побегать, мне начинало казаться, что я теряю рассудок. Было ли это не просто корреляцией, а причинной связью? Или же я не могла бегать именно тогда, когда переживала самые серьёзные испытания: когда Бойня номер Девять была в городе, когда я жила в убежище после нападения Левиафана, до воссоединения с Неформалами?

Так или иначе, хорошо было отвлечься от мыслей о Триумфе и о том, что я с ним сделала. Я удерживала внимание на ритме дыхания, на точной постановке ног, на удержании равновесия, и позволяла подсознанию вести меня через лес.

Когда я достигла участка, где заканчивались деревья и начиналась дорога, меня охватило лёгкое разочарование. Одна из самых оживлённых улиц Броктон-Бей пребывала сейчас в запустении. Одинокая машина прорезала путь по стоячей воде, направляясь к выезду из города. Я постояла в тени деревьев, пока она не скрылась из виду. Мне не хотелось этого делать, не хотелось возвращаться в город и снова встречаться со всем, что ждало меня там. Угроза жизни со стороны моего нанимателя, который разделял и склеивал реальности, была лишь частью этого.

Я бы ушла, если бы могла. Если бы Дина и мои люди могли мне позволить.

Насекомые обнаружили Генезис, но даже с учётом крюка, который я сделала, она до сих пор не закончила формировать тело. Сейчас оно напоминало стоявшего на коротких и толстых ногах бизона с крыльями и антеннами на голове. На спине было углубление в форме чаши. Поскольку у существа не было рук, мне пришлось перекладывать Трикстера самой. Было понятно, что она сделала эту выемку, чтобы надёжно разместить его и гарантировать, что он не выпадет, но перетаскивать его одной рукой всё равно было трудно и опасно. Интересно, заметила ли она повязку?

Мы взлетели в воздух, и Атлант оказался быстрее. Порождению Генезис нужно было искать потоки воздуха, и оно было более тяжёлым. Я разведывала дорогу на случай, если нам встретится Легенда или другой герой.

Я остановилась на одной из крыш впереди, чтобы подождать, пока она меня догонит, и набрала Сплетницу.

— Рой? — она ответила после первого гудка.

— Задание выполнено. Уже сказала Выверту. Там был Триумф вместе с Призмой. Они ранили Трикстера, вывели из строя Генезис. Я остановила их и завершила работу, заставила мэра согласиться на наши условия.

— Ты всё ещё там? У мэра?

— Нет. Только ушла.

В разговоре наступила пауза.

— Это какая-то бессмыслица, — сказала она.

— Что именно?

— Мы можем спокойно говорить, никто не подслушивает, никаких жучков, я на девяносто девять процентов уверена. Так что слушай: если Выверт и хотел убить тебя, то это была идеальная возможность. Как только ты покинула владения мэра — она потеряна. Выверт не знает, куда ты пойдёшь.

— Трикстера ранили, — сообщила я ей. — Может быть, он должен был это сделать?

— Возможно, — признала она. — Но всё равно не сходится. Почему у Выверта нет запасного варианта?

— А может, сила Дины вновь начала работать, и у него в уме сейчас более грандиозный план?

— Я сейчас на базе. Это никак не соответствует его передвижениям. Он не навещал её.

Я вздрогнула. Посещать её, накачивать наркотиками, расспрашивать о своём великом плане… Я ненавидела те картины, что возникали у меня в голове, когда я думала о Дине в плену.

— Послушай, — сказала она, — я хочу попытаться выяснить больше. Я перезвоню.

— Мне не нравится, что ты там без какой-либо поддержки. Ты говорила, что, возможно, он захочет избавиться и от тебя.

— Я узнаю, если он захочет.

— Так же, как ты узнала о том, что он попытается убить меня?

Ещё одна пауза.

— Позже перезвоню, — сказала она.

Связь оборвалась.

Я неохотно убрала телефон. На сердце было тяжело. Мне хотелось позвонить Мраку, но я не смогла убедить себя в том, что это было именно то, что мне нужно. Можно было набрать его, но что сказать? Попросить объятий, утешения? Спросить совета, каких-нибудь тактических соображений? Почувствовать поддержку?

Не сказала бы, что эта мысль была осознанной, но почему-то я всегда полагала, что когда у меня будут отношения — мне станет ясно, что надо делать. Мне не хотелось, чтобы они превратились в приятное воспоминание, о котором мы не будем упоминать до тех пор, пока не вернёмся к старому положению вещей.

Но я не была уверена, что хотела обратиться именно к нему. Люди на моей территории? Искала ли я их поддержки, подбадривания, улыбок, объятий или других знаков, подтверждающих, что я на правильном пути, занимаюсь тем, чем нужно?

Не знаю.

Я сблизилась в воздухе с Генезис, подлетев снизу, чтобы наши головы были максимально близко друг к другу.

— Он в порядке?

— Он очнулся всего лишь на секунду, затем снова потерял сознание, — ответила она. — Возможно, это даже хорошо. Ему очень больно.

— Наверное. Почему? Почему он сражался именно так?

— Так он работает. Не скажу, что каждый раз, или что ситуация не была критической, но… вот таким образом он всегда решает проблемы, большие или маленькие. Чем хуже обстоят дела вокруг, тем более упрямо и самоуверенно он идёт напролом. Это срабатывало, когда мы просто вместе гуляли, дурачились. Но мы никогда не смогли бы стать… Не знаю, семьёй?

— Семьёй?

— Мы провели вместе два года: наша команда, и больше никого. Не знаю, как можно ещё нас назвать.

— Почему вы держитесь вместе? Не расходитесь? Это из-за Ноэль?

— Только отчасти из-за неё, — ответила Генезис и больше ничего не добавила.

На протяжении долгих секунд мы летели в тишине.

— Не вини его, ладно? Он привык разбираться с проблемами по-своему, хотя его подход и не всегда срабатывает, особенно когда всё так быстро идёт наперекосяк.

— Жизнь налаживается. Девятка ушла, мы приводим город в порядок, враги бегут из Броктон-Бей.

— Наверное, для тебя налаживается — это же то, чего ты хотела.

Я не ответила: не знала, как.

— Просто… не вини его. Мне жаль, что сегодня всё так ужасно вышло.

— Ладно, — сказала я. Не хотелось обрывать нашу беседу, однако я увидела возможность сказать то, что хотела: — Ничего, если ты одна пойдёшь к Выверту?

Кажется, она удивилась.

Слишком опасно сейчас было встречаться с Вывертом. Я плохо соображала, у меня не было никакого желания идти прямо в волчье логово. В другой день, при других обстоятельствах, с поддержкой? Может быть. Но не сейчас.

— Я хочу вернуться на свою территорию, — соврала я.

— Да. Конечно.