Глава 222: Рур (2)

Юджин испытывал сложные чувства по поводу статуи, воздвигнутой Молоном. По правде говоря, он хотел бы увидеть её, но боялся, что эмоции овладеют им без всякой на то причины. Если бы он приехал в Рурское королевство один, он бы пробрался сюда, чтобы взглянуть на неё в одиночестве. Но сейчас у него не было такой возможности.

Локоть начал тыкаться в бок Юджина.

На её лице застыла странная неуместная улыбка, Кристина едва заметно наклонила голову в сторону юноши и прошептала: Как дела?

По одному только этому выражению Юджин мог сказать, кто в данный момент контролирует тело Святой.

Это все ещё была просто Кристина, но казалось, что она поддалась импульсу, который Анис внушала изнутри её головы, из-за её собственного интереса к вопросу.

Юджин прочистил горло и поднял взгляд, прежде чем наконец сказать: Она хорошо сделана.

Это было честное впечатление юноши.

До сих пор он видел довольно много подобных статуй. Прямо сейчас в саду клана Лайонхарт стояла статуя Хамела, которую принес туда Юджин. В столице Империи Киль и замке Черного Льва стояли статуи Вермута, а на площади Мердейн в Ароте — статуя Сиенны. Затем на Площади Солнца в Юрасе он увидел статую Анис, которая парила в небе…

Среди всех этих статуй самой лучшей была статуя прямо перед ним. Статуи, которые Юджин видел до этого, выглядели впечатляюще. Статуя Анис, в частности, была прекрасно украшена драгоценными камнями. Но эта…

Юноша заявил: Это величественно.

Статуя, которая сейчас находилась перед ними, была очень большой. В этом плане она определенно напоминала Молона. Статуя была даже выше, чем обычное здание. И все выпуклые мышцы Молона были воспроизведены в точности.

…Статуя изображала раненого Молона, держащего на руках погибшего Хамела. Хотя на статуе не было других товарищей, разрушенный пейзаж вокруг статуи, возникший во время тяжелой битвы, был воссоздан в точности.

— И немного печально, — добавил Юджин.

Юноша не проливал слёз. Он сдерживал желание сделать это. Он уже пролил столько слёз в подобной ситуации, и было очевидно, что если он заплачет, Анис будет дразнить его так сильно, что ему захочется кого-нибудь убить, поэтому Юджин подавлял свои эмоции.

— Хнык.

Юноша, возможно, и смог бы выдержать, но Мер предпочла этого не делать. Только её лицо всё ещё торчало из отверстия в его плаще. Девочка рыдала. Кристина неловко улыбалась озорной улыбкой, словно хотела подражать Анис, но глаза её были полны слёз.

Сиан нарушил молчание: Неужели в сказке была такая сцена?

Сиэль пожала плечами: В конце концов, сказка — это всего лишь сказка. Мы даже не знаем, кто её написал, так что, возможно, она была сильно изменена.

— Несмотря на это, мне очень понравился роман между Глупым Хамелом и Мудрой Сиенной, — пробормотал Сиан.

И Сиэль, и Сиан были впечатлены статуей.

Девушка рассмеялась над пробормотанным признанием брата и покачала головой: Что ты понимаешь, брат. То, чем сказка пыталась тонко тронуть твоё сердце, не было романтикой между Глупым Хамелом и Мудрой Сиенной.

— Тогда что автор пытался показать? — спросил Сиан. — Дружбу между товарищами?

— Это тоже отличный мотив, но больше всего мне понравились отношения между Святой Анис и Глупым Хамелом, — заявила сестра.

Парень сделал паузу в недоумении: Почему именно эти двое? В сказке, та, которая нравилась Хамелу, была Сиенна.

— Хотя это то, в чём он признался в свои последние минуты, тонкое настроение между Хамелом и Анис, которое раскрывается по ходу сказки, очень интересно. Должна ли я описать это как очень возбуждающее воображение? Там также было несколько моментов, которые намекают на нечто большее, — взволнованно объяснила Сиэль.

Сиан нахмурился: Я никогда не видел ничего подобного…

— Сиенна и Хамел чувствуют себя скорее близкими друзьями, чем любовниками, но Анис и Хамел испытывают взаимное уважение друг к другу, так… Хаааа, какой смысл говорить с тобой об этом? — Сиэль покачала головой, словно насмехаясь над братом.

Юджин, который молча слушал этот разговор, почувствовал себя так, словно одежду, в которую он был одет, прилюдно с него снимали, поэтому он решительно промолчал.

[Эта маленькая милашка действительно что-то да понимает], — прокомментировала Анис.

«…Это действительно было в сказке?» — с сомнением спросила Кристина.

[Я же не могла написать подробности о своих стигматах в сказке. Сиенна, эта эгоистичная девушка, показала своё уродство, сознательно обнажив свои эгоистичные желания, но я не могла так поступить. В конце концов, я должна была быть невинной и чистой. Поэтому я рассказала историю о Хамеле и о себе так, чтобы только немногие, обладающие большой чувствительностью, как эта милашка, что-то почувствовали].

Совсем недавно Анис назвала Сиэль хитрой стервой, но в какой-то момент она сменила ярлык Сиэль на милашку.

— Но в итоге погиб только сэр Хамел, — пробормотал Сиан.

— Сэр Хамел умер не потому, что был слаб. Он храбро и красиво пожертвовал своей жизнью ради своих товарищей, — ответил ему Юджин. — Триста лет назад, благодаря самопожертвованию сэра Хамела, наш предок и его товарищи смогли подняться до самого верха замка Короля Демонов Заточения. Хотя последующие поколения высмеивают сэра Хамела как глупца из-за этой чуши, нет, из-за этой нелепой сказки, как человека, который пожертвовал собой ради своих товарищей и ради мира, который не оставил ему иного выбора, сэра Хамела действительно можно назвать героем.

Сиэль и Сиан удивленно моргнули, услышав длинную речь юноши. Мер, которая смотрела на статую с отрешенным выражением лица, не могла больше слушать, поэтому спрятала голову обратно в плащ. Глаза Кристины, прикрытые капюшоном, были широко раскрыты от шока, когда она уставилась на Юджина.

[Не стыдно ли ему говорить всё это?]

Возможно, юноша не мог слышать бормотание Анис, но он легко мог представить, что Анис думала в данный момент…

Юджин прочистил горло и покачал головой: В любом случае, о сэре Хамеле… Я просто хочу сказать, что он очень недооцененный герой для последующих поколений.

— А… о, точно, — пролепетал Сиан с растерянным выражением лица, прежде чем внезапно кивнуть. — Так и было, не так ли. Юджин, ты тот, кто лично обнаружил могилу сэра Хамела, так что… ах… поскольку ты наследник его учения, логично, что у тебя будут другие чувства к этой статуе, чем у нас.

Сиан проявил щедрое чувство понимания к своему брату, не связанному с ним кровью, который, казалось, слишком погрузился в сказку.

Начинал падать снег.

— Мы даже словом не обмолвились о том, что сэр Хамел слаб, — надулась Сиэль, натягивая капюшон на голову. — Кто не знает, каким сильным был сэр Хамел? Конечно, среди героев трехсотлетней давности самым сильным был наш предок.

— Конечно, он был таким, — подтвердил Сиан, оглядывая статую с гордым выражением лица.

Уставившись на статую Молона, которая казалась огромной, как гора, парень на несколько мгновений погрузился в раздумья.

В конце концов, Сиан спросил: Насколько силён был сэр Молон?

— Хм? — Сиэль с любопытством хмыкнула.

— Только посмотри на эти мускулы, — заметил Сиан. —Возможно, это всего лишь статуя, но они же не стали бы делать её более громоздкой, чем оригинал, верно? Сэр Хамел выглядит совсем как ребёнок, когда его держит на руках сэр Молон.

Кто был самым сильным среди героев трёхсотлетней давности? Не было никакой необходимости задумываться над таким вопросом. Ответом был мастер Святого Меча и Герой, Великий Вермут. Все в мире считали Вермута вершиной всех героев.

Но среди оставшихся четырех, если Мудрая Сиенна и Святая Анис были вне конкуренции, потому что не были воинами, то Глупый Хамел и Храбрый Молон были воинами. Поэтому вопрос о том, кто из этих двоих сильнее, был темой дебатов, которые поднимались постоянно.

Сиэль укорила: Ты идиот, брат? То, что твои мышцы больше, не делает тебя сильнее. Только посмотри на эту свинью, Гаргита, его предплечья толще, мышцы более выпуклые, но он не лучше Юджина — нет, он даже слабее меня.

— Возможно, это правда, — согласился Сиан. — Однако я всё ещё думаю, что сэр Молон мог быть сильнее сэра Хамела.

Девушка обдумала это: Хммм… возможно. В конце концов, триста лет назад сэр Хамел был единственным, кто умер.