Глава 485: Пламя (6)
Юджин посмотрел в глаза призраку. Ему было неважно, сделал ли призрак правильный вывод или нет. Но в глубине души Юджин верил, что призрак пришел к абсолютно неверному выводу.
Призрак ошибался. Более того, он не имел права приходить к такому выводу. Даже если это действительно невозможно, не ему оспаривать и судить об этом.
Тем не менее Юджин не стал сразу же бросаться оскорблениями. Несмотря на сильное раздражение и ярость, он сдержался и лишь сжал кулаки до боли.
А все потому, что в глазах призрака он увидел явную решимость. Призрак принял решение, основываясь на собственных четких убеждениях.
И хотя у Юджина не было желания разбираться в этих убеждениях, он все же уважал их. Если бы он изменил свой взгляд на этот вопрос и отбросил личные чувства, то увидел бы, что слова призрака не совсем ошибочны.
Если человек погибал от рук Короля Демонов Заточения, то сам факт его существования оказывался в ловушке. Реинкарнация станет невозможной даже в следующей эпохе. Юджин не знал, что Король Демонов Заточения делает с захваченными им душами, но, несмотря на это, лишение реинкарнации было невыразимо ужасной участью.
Юджин знал, что его существование переплетено с бесчисленными обстоятельствами и факторами. Если бы Вермут не пришел за ним и не реинкарнировал его, все могло бы сложиться иначе. Однако он был уникален в своем нынешнем существовании именно потому, что произошли такие события, и поэтому не мог растратить свою уникальность понапрасну.
Две реинкарнации наделили Юджина огромным потенциалом. Если он не смог полностью раскрыть свой потенциал в этой эпохе, то, возможно, ему лучше надеяться на следующий мир.
Но так ли это на самом деле? Сможет ли он реализовать свой потенциал в следующей эпохе, просто избежав смерти от рук Короля Демонов Заточения?
«Я не знаю», — понял Юджин.
Обычные люди не могут вспомнить свои прошлые жизни. Юджин не был исключением. За время своей жизни в качестве Хамела он ни разу не вспомнил воспоминания Агарота.
Но быть полностью лишенным потенциала — совсем другое дело, чем иметь возможность надеяться на то, что в следующий раз он реализует его лучше. Если бы он погиб от рук Короля Демонов Заточения, то никаких возможностей в будущем не было бы, но если бы он умер другой смертью, то у него оставалась бы возможность продолжить борьбу в следующей жизни.
Собравшись с мыслями, Юджин испустил короткий вздох. Однако он обнаружил, что все еще чувствует себя взволнованным. Его эмоции были взбудоражены, и они не собирались так просто утихать. Он еще несколько раз вздохнул, почесывая голову.
Анис и Кристина тоже молчали. Верен ли ответ призрака? Святые разделяли мнение Юджина по этому вопросу. Однако они не стали активно высказывать свое мнение.
Речь шла о судьбе мира, и, если бы Юджин обратился за советом, Анис и Кристина дали бы его Юджину. Это касалось не только Святых, но и Сиенны, Молона и членов семьи Лайонхарт, которые разделяли многочисленные тайны Юджина.
Но они лишь давали советы. Окончательное решение не мог принять никто, кроме Юджина.
Потому что он был особенным. Он обладал не меньшим потенциалом, чем те ожидания, которые возлагались на него.
— …Изначально ты бы умер триста лет назад, и на этом бы все закончилось, — проговорил призрак, пронзительно глядя на Юджина.
Юджин молчал, нахмурив брови от явного подтекста этих слов. Смысл их был ясен: призрак имел в виду события в Вавилоне триста лет назад, когда он встретился с Белиалом, Посохом Заточения.
— Это была единственная возможность, уникальное исключение для Короля Демонов Заточения, чтобы освободить твою душу. Похоже, он весьма заинтересован в тебе, но… кажется, Вермут интересует его еще больше, — добавил призрак.
— … — Юджин не смог ничего ответить призраку.
— Именно потому, что соперником был Вермут, Король Демонов Заточения решил вступить в переговоры. Только Вермут мог… заключить договор с Королем Демонов Заточения, — сказал призрак.
Юджин вспомнил свою первую встречу с Королем Демонов Заточения в пустыне у гробницы Хамела.
~
— Твой предок дал клятву в обмен на свободу, и теперь приближается ее конец. Колесо судьбы должно повернуться вновь.
— В ближайшее время снова нужно заключить договор. Кто займет место Вермута, чтобы заключить договор и остановить колесо?
~
Тогда он не понял слов Короля Демонов Заточения, но теперь понял их.
— Теперь, когда Вермута здесь нет, если ты умрешь в Вавилоне, кто, по-твоему, сможет заключить договор, чтобы вернуть твою душу? Сиенна? Молон? Анис? Или Кристина Роджерис? — спросил призрак.
Призрак горько усмехнулся и покачал головой.
— Никто из них не сможет заключить договор. Король Демонов Заточения не станет заключать договор ни с кем, кроме Вермута. Только Вермут может заключить договор с Королем Демонов Заточения на равных.
— …И Вермут сделал тебя Воплощением. Он передал тебе Формулу Белого Пламени, свою магию, воспоминания и все остальное, — ответил Юджин.
— Я не могу точно сказать, почему Вермут поступил так, как поступил. Но… я могу предположить, — сказал призрак, думая о Вермуте.
Вермут сидел на шраме, который Агарот оставил на Короле Демонов Разрушения в далеком прошлом, в конце Эпохи Мифов. Хотя призрак не вступал с Вермутом в беседу, он в какой-то степени чувствовал его эмоции. Вначале это была ненависть, а затем… сострадание.
— Похоже, Вермут тоже хочет испытать тебя, — сказал призрак после паузы.