Глава 92.

***

Поскольку Вайолет всегда была для Уинтера недосягаемой благородной принцессой, он не мог гарантировать, что никогда больше не будет так называть её.

Без особой уверенности в голосе, Уинтер ответил:

— Ладно, я постараюсь, но ты тогда просто игнорируй, если я случайно назову тебя так, хорошо? Отчасти в этом есть и твоя вина, потому что ты слишком уж походишь на принцессу.

— Договорились.

— Итак, давай установим крайний срок до 20 мая. Начиная с сегодняшнего дня, это как раз будет три месяца.

— Хорошо, я не против.

Теперь у него было целых три месяца, чтобы провести время с женой.

Как только Вайолет согласилась, лицо Уинтера буквально засветилось от радости, ведь это было тем, о чем он мог только мечтать.

— Что ж, после окончания этого срока между нами действительно все будет кончено. – Подвела итог Вайолет со слегка удовлетворенным выражением лица.

— Да.

— И в будущем у нас не останется причин для встреч.

При словах Вайолет, говорившей так, словно это стало для неё огромным облегчением, уголки губ Уинтера приподнялись в кривой ухмылке, и он насмешливо ответил:

— Я ни за что не встречусь с тобой, даже если ты захочешь.

Вайолет на мгновение замерла, услышав его слова, но затем кивнула.

Вскоре после этого, они уже сидели лицом друг к другу за круглым столом, накрытым бледно-желтой скатертью, и записывали на бумаге то, о чем договорились.

Их брак так же был изначально оговорен, поэтому период обдумывания с кучей условий и положений тоже был необходим для развода.

Пока Вайолет записывала условия, Уинтер сидел напротив неё, подперев рукой подбородок, и со счастливым лицом смотрел на жену.

От одной только мысли, что он на законных основаниях сможет видеться с женой в течении трех месяцев, прежде чем умрет, его настроение значительно улучшилось. Благодаря этому контракту, они оба в конце концов получат то, чего так желали. Потому что это контракт означал, что он сможет отдать ей все, чем владеет, а для нее это означало, что он исчезнет из её жизни.

— У меня есть вопрос.

— Спрашивай.

Когда Вайолет слегка приподняла подбородок и, как всегда, изящно кивнула, давая разрешение говорить, Уинтер задал вопрос.

— Насколько я знаю, период обдумывания по определению означает, что мы должны сделать все возможное, чтобы исправить свои ошибки и не развестись, верно? И если это так, разве мы не должны решить, какие именно усилия для этого приложим?

— ….Ты хочешь что-то предложить?

— Да. Давай запишем точное количество раз, которое мы будем встречаться. О, и сколько раз мы будем целоваться.