Глава 125. Пища

Небольшой резервуар был заполнен формалином, в котором пропитывались разрозненные части тела. Это обычный вид трупа человека, погибшего при падении. Судя по повреждениям, погибший спрыгнул с очень большой высоты.

Его едва удалось собрать воедино, сделав похожим на человеческое существо. Похоже, погибший упал на голову, так как череп раздробился, но форма головы все еще держалась из-за сильно сморщенной плоти.

Поскольку смерть произошла недавно, а вскрытие произведено быстро, гниение не распространилось по всему телу. За исключением раздутого живота, остальные части тела выглядели довольно свежими. С другой стороны, свежесть только добавляла ужасности трупу…

Два предмета, в которых смутно угадывались глазные яблоки, плавали внутри раздробленного черепа, вызывая неподдельный ужас.

— Умф… — хотя Цай Цзысюань только что вернулся со вскрытия, визуальное воздействие трупа оказало сильное влияние.

Только тогда Сунь Юхэн и Ян Мин поняли, что им для вскрытия давали относительно сохранившиеся трупы, в то время как в морге хранилась сотня полуразложившихся и разрозненных останков.

Пустота, абсолютная пустота. Гу Цзюнь пристально посмотрел на труп. Наконец, перед ним возникло слабое мерцание света, что являлось предвестником видения…

— Гу Цзюнь, как ты себя чувствуешь? — нахмурившись, спросила Ван Руосян. Она также чувствовала, что с трупом что-то не так, но не могла точно определить проблему.

— Нужно посмотреть на других погибших, — Гу Цзюнь со старостой положили крышку на место, так как все еще держали ее в руках, и подошли к соседнему резервуару.

Открыв его, они получили в награду кучу плоти и костей, вымоченных в формалине и наложенными друг на друга различными тканями тела. В отличие от деформаций трупов с болезнью искривлённого баньяна, перед глазами Г Цзюня возник хаос, в котором невозможно разобраться.

Возникшее чувство стало сильней, сердцебиение ускорилось. Звук сердцебиения отдавался в голове Гу Цзюня…

— Следующий! — сказав, Гу Цзюнь вместе с Ван Руосян открыли еще один резервуар, находящийся рядом.

Запах формалина внутри помещения морга становился все более резким по мере открытия резервуаров и раскрытия раздробленных останков человеческих тел. Группа не понимала, что делает Гу Цзюнь, но даже они смутно чувствовали неописуемую странность, витающую в морге.

— Пусто, пусто, — бормотал Гу Цзюнь, окидывая взглядом один труп за другим. Его сердце билось так сильно, что становилось больно, — Это…пустые оболочки.

Пустые оболочки? Мысль промелькнула в голове, рассеивая туман. Внезапно он получил лучшее понимание пустоты…

У трупов нет души, даже отсутствовали следы пребывания ее в теле. Не потому ли, что вся нервная система погибшего атрофировалась, и каждая нервная клетка умерла? Или из-за того, что сущность человека разбилась вдребезги, подобно сну, когда они упали с высоты, раздавленные огромной болью, которая принесла им облегчение?

В отличие от обычных трупов, в которых еще оставались остатки человечности, эти тела были просто кучей гнилой плоти и костей. Как будто они всегда такими являлись…ходячие мешки пустоты.

— Ах, — как только Гу Цзюнь понял, его голова запульсировала от боли. Чувство медленно превращалось в видение – он стоял всего в одном шаге от вызова видения.

Связь между ним и видением недостаточно сильна…До специального обучения он бы не смог уловить плывущие огни.