Глава 89. Нашептывание

В тот момент, когда Лу Сяонин наклонилась к замочной скважине, сердце Гу Цзюня заколотилось. Ему казалось, что какая-то внешняя сила проникает в тело, а сознание плывет…Он услышал шепот за пределами сознания. Говорилось с холодным притягательством, исходившим из глубин тьмы.

«Это женщина сомневается в тебе даже после того, как ты спас ее. Она направила на тебя пистолет. Она не доверяет тебе. Она никогда не относилась к тебе как к товарищу. Она все еще подозревает тебя…»

Внезапно Лу Сяонин издала низкий, но безумно странный гортанный звук. Все ее тело затряслось, пока она прижималась к стене. Шум, который она создавала, был слишком обескуражиющим. Это было более пугающе, чем если бы Лу Сяонин кричала от боли или отчаяния. Казалось, она видела что-то невыносимо страшное, но не могла отвести взгляд.

— Немедленно оттащите ее! — поспешно приказал Сюэ Ба. Он не велел остальным следовать за Лу Сяонин в виду опасения вспышки гнева, но это не значило, что остальные стояли на месте.

С приказом капитана они сразу же пришли в действие. Ян Хэнань и Чжоу И схватили Лу Сяонин по обе стороны и попытались оттащить ее от двери, но с ужасом поняли, что не могут сделать этого. Хоть Лу Сяонин являлась главным стрелком, но все равно была женщиной. Ее сила была меньше, чем у любого мужчины в отряде, но, несмотря на то, что она дрожала, оставалась неподвижной у двери, словно застывшая статуя.

Увидев это, остальные бросились на помощь. Пятерым из штурмового отряда пришлось приложить все силы, прежде чем удалось оторвать Лу Сяонин от красной двери.

В тот момент, когда ее отцепили от двери, все увидели…

— Ах…

— Сестра Сяонин!

Довольно симпатичное личико Лу Сяонин покрывали вздувшиеся вены. Страх застал на ее лице. Что бы она ни увидела, это оставило ее истощенной и морально опустошенной. Правый глаз, посмотревший в отверстие, расширился от ужаса. Глазница была вздувшийся, текла кровь, но взгляд потускнел от страха. Казалось, что она ничего не видит, потому что ее взор захвачен пугающим образом, державший ее в плену.

Увидев Лу Сяонин в таком состоянии, все в отряде похолодели до глубины души. Подавляющий ужас захлестнул каменный туннель, вызывающий клаустрофобию. Казалось, что все пошло не по плану.

— Сейчас же отойдите от двери! — Сюэ Ба еще умудрялся сохранять спокойствие. Криком он приказал отряду поднять Лу Сяонин вверх по лестнице.

Лу Сяонин не сопротивлялась; как будто трупное окоченение уже наступило, хотя она все еще была живой и издавала странный звук гортанью. Ее лицо побледнело, а правое глазное яблоко почти покрылось кровеносными сосудами. Глазное яблоко торчало из глазницы. Все выглядело отвратительно…

— Врач! — Сюэ Ба закричал от гнева и беспокойства.

Дядя Дань и Чжан Хуохуо уже были готовы. Линь Мо лежал на старой подстилке, опершись на стену и отдавая носилки нуждающейся. Поэтому Ян Хэнань и остальные быстро уложили Лу Сяонин на носилки и пристегнули ремнями.

— Мисс Лу, мисс Лу, ты меня слышишь? Ты видишь меня? — дядя Дань наблюдал за больной, но Лу Сяонин не реагировала, — Черт возьми, она без сознания. Возможно, у нее галлюцинации…

Дядя Дань взял фонарик, чтобы осмотреть ее глаза. Левый глаз был в порядке, но правый глаз умер от некроза. Чем больше дядя Дань изучал правый глаз, тем больше ему становилось не по себе. С глазом было что-то странное, но он не мог сказать, что именно…

Дядя Дань глубоко вздохнул и принял медицинское решение.