Глава 97. Разрушение
Равномерное и низкое песнопение окружило святилище. Каждый звук был полон лихорадочной страсти и зла. Как будто это издавалось не человеческим горлом. В окружение клетки песнопения видение появилось из-за скальпеля в руках Гу Цзюня и пронзило туман, преградивший прошлое и будущее.
Как обрывок памяти, который он забыл, перед глазами Гу Цзюня возникло письмо, написанное неровным почерком на иноземном языке:
Я скучаю по дням в академии Карлот. Я проводил свои дни, изучая медицину, погружаясь в соответствующую литературу, обсуждая различные темы с преподавателями и друзьями. Это было поистине время, пребывающее в невинном блаженстве. Как бы я хотел, чтобы эти дни не заканчивались. Но я знаю, что это невозможно. Должен со стыдом признаться, что потерпел неудачу.
Моя сила и интеллект — ничто перед ужасающей бурей. Думаю, что даже если я продолжу идти по этому пути, у нас все равно не появится ни шанса, чтобы победить странных монстров. У нас ни малейшего шанса раскрыть настоящую правду о жизни, медицине, времени и пространстве, что находится за пределами нашего понимания.
Возможно, смерть даст мне иной ответ. Насчет спасения мира… Пожалуйста, передайте письмо моим друзьям — у каждого должна быть своя собственная цель в жизни. Не отступайте из-за моего решения. Особенно передайте моему хорошему другу Рэйбунди Педро. Он достаточно способен, чтобы взять на себя задачу и превзойти меня. Не сдавайтесь, но я сожалею, что мне придется уйти первым.
Гу Цзюнь смотрел видение с точки зрения третьего лица, но также казалось, что он все испытывает от первого лица.
На заброшенном и холодном утесе свирепо дул морской бриз. Настолько силен, что почти приподнимал странные камни, торчащие из утеса. Он одиноко стоял. Он смотрел в бесконечную даль, и море, казалось, бурлило черной водой. Внезапно он поднял скальпель в руке и аккуратно провел им по своей шее. Острое лезвие рассекло кожу, сделав чистый разрез по трахее и сонной артерии. Свежая кровь расцвела в воздухе, подобно красным цветам. Они танцевали на ветру, прежде чем упасть на камни. Гортанный звук раздался из его горла, когда воздух был перекрыт…
Уставшее тело несколько раз покачнулось, прежде чем мужчина медленно опустился на колени. Он посмотрел на бескрайнее море и пробормотал:
— Разрушение, разрушение…
Он повторил слово несколько раз. Кровь окрасила камни в красный цвет, а голос становился все тише и тише…
Его душа и плоть возвращались в пустоту, но вдруг он почувствовал, как что-то материализовалось позади него. Он медленно повернул голову. В несколько шагов позади стояли 9 фигур, появившихся, казалось, из ниоткуда. Все они были окутаны тьмой, отчего создавалась иллюзия невозможности понимания люди ли это, звери или другие создания. Трудно сказать, были ли они в реальности или разум сыграл ним в злую шутку.
— Сын Стали, Фрейд Лэндон, — среди девяти фигур тихо раздался мрачный голос, — Великие Древние сохранили для тебя место демона. За пределами человеческого понимания существует истина.
Он посмотрел на фигуры. Они являлись проекциями темной бездны, но он видел свет. Луч света, направляющий его на путь истины. Он неуверенно встал, кровь со скальпеля падала на камни. Из последних сил он сказал:
— Я хочу знать…истину.