Глава 147

Глава 147

Под цветами вишни люди расступались словно поток.

Посреди реки ярких цветов шла линия людей в черных одеждах и с мечами на талиях.

Хоть солнечный свет был ярким и красивым, цветы были прекрасны, но когда появились эти люди, казалось, что тучи заслонили солнце и дорога погрузилась во тьму.

Все внимание в этом отряде привлекал один человек.

Человек на лошади был похож на сосну.

Ему было двадцать три или двадцать четыре года. Его рубашка была яркой как огонь, его лицо как фарфор, а глаза словно чернила. Он был большим, но в нем чувствовалась какая-то хрупкость.

Возможно это было из-за его бледного лица, будто оно редко бывало на солнце.

Его лицо было восковым, никакого намека на улыбку. Глаза светились, но от них исходила тьма. Казалось, что перед ним никого не было, он словно никого не видел.

Он выглядел именно так, как все и представляли, хоть он и был красив, в нем было что-то странное.

Его работа была незаметной, а его люди редко появлялись на публике.

Он был очень скрытным, так что такое появление было очень внезапным.

Многие люди впервые увидели его. Даже Нин Юньчжао впервые увидел его так ясно. Он лишь видел его издалека, когда сопровождал своего дядю во дворце. Тогда он стоял один перед храмовым залом, исчезая в тени. Он был похож на одинокого волка.

Один из благородных сыновей что-то пробормотал.

Обычно он говорил громко, ясно и много смеялся, но теперь боялся повысить голос, чтобы не вызвать гнев небес.

Никто ничего не говорил. Все пристально наблюдали за человеком на лошади.

Они не прошли мимо, а остановились у чайной.

Клиенты, которые сидели там тут же разбежались, хозяин заведения дрожал от страха, когда вышел чтобы поприветствовать их.

«Он хочет посмотреть на цветущий сакуры?», размышлял Нин Юнпин: «такая редкость, он очень утонченный».

Нин Юньчжао наблюдал как Лу Юньци слез с лошади и подошел к столу.

Охранник окружили чайную по периметру.

Люди на дороге снова зашевелились. По сравнению с прежним случайным и легкомысленным движением, теперь все ходили очень осторожно. Даже дети, которые ничего не понимали перестали плакать и прижались к родителям.

Нин Юньчжао и остальные тоже отвернулись.

«Действительно, столь элегантный», сказал кто-то: «Нужно отсюда выбираться».

У Нин Юньчжао не было возражений, и они вышли из здания. Нин Юнпин похлопал его по спине.

«Десятый брат, что с тобой?», спросил он.

Нин Юньчжао не понял.