Глава 108

— Ах, Мяомяо, ты такая добрая, — Юй Лэ крепко обняла Су Мяомяо, ее глаза увлажнились. Сначала она не хотела плакать, но еще больше ей не хотелось проливать слезы, когда Су Мяомяо обняла ее.

Не желая попадаться на глаза трем мальчикам, Юй Лэ забрала свой телефон и убежала.

Су Мяомяо посмотрела ей в спину, моргнула и попросила у Гу Цзялина вернуть мороженое.

Мимо проходила девочка из того же класса, которая тоже хотела сфотографироваться с ними.

После обеда был относительно продолжительный перерыв, и ученики 9-го и 3-го классов тоже начали фотографироваться либо по двое, либо по трое.

Несколько лет назад студентам, возможно, приходилось пользоваться профессиональными камерами. Но поскольку разрешение у камер телефонов становилось все больше, у каждого был телефон, и фотографировать стало удобнее.

— Гу Цзялин, могу я сфотографироваться с тобой наедине?

— Сюй Шоу, может, нам тоже это сделать?

Пока Су Мяомяо ела мороженое, Гу Цзялин и Сюй Шоу одно за другим получали приглашения от девушек.

Съев последний кусочек мороженого, Су Мяомяо подумала о своем опыте фотографирования за последние несколько дней и спросила Се Цзинъюаня, который стоял рядом с ней, склонив голову:

— Даосский мастер, почему ни одна девушка не попросила тебя сфотографироваться с ней?

Говорили, что чем привлекательнее будут мальчики, тем чаще их будут приглашать. Даосский мастер явно был красивее Гу Цзялина и Сюй Шоу, так почему же ни одна девушка не подошла попросить его сфотографироваться? На фотографиях, сделанных им, были в основном они втроем с другими людьми.

Се Цзинъюань застыл, но быстро нашел объяснение для Су Мяомяо:

— Я не люблю фотографироваться.

Су Мяомяо посмотрела на его холодное лицо и поняла, что девушки, возможно, просто-напросто боятся даосского мастера.

— Мяомяо, давай тоже сфотографируемся, — неожиданно пригласил Линь Си Су Мяомяо.

Су Мяомяо улыбнулась и сказала:

— Хорошо.

Линь Си и Чэн Юэ нравились ей больше, чем Юй Лэ.

Линь Си предложил:

— Давайте выйдем из класса.

Су Мяомяо немедленно встала.

Се Цзинъюань тоже встал со своего места и сказал: