Глава 62

Учитывая, что просьба Гу Цзялина нанесла бы ущерб интересам даосского мастера, Сюй Шоу холодно сказал:

— Она сопровождала даосского мастера, чтобы почтить память его бабушки, более десяти лет, как долго ты здесь пробыл?

Даже если даосский мастер действительно благоволил Су Мяомяо, для этого должна была быть причина, и сейчас была не очередь Гу Цзялина сплетничать.

Гу Цзялин понял мысли Сюй Шоу, но испытал досаду, что тот не оправдал его ожиданий:

— Глупая преданность!

Согласно глупой преданности Сюй Шоу, даосский мастер рано или поздно стал бы вторым императором Чжоу из династии Шан.

Император Чжоу хотя бы получил удовлетворение своих физических потребностей от лисицы. Но что могла кошка дать даосскому мастеру для физического наслаждения? Даосский мастер был чистосердечен и аскетичен, и он не жаждал ничего подобного.

Заказав блюда, Гу Цзялин сел на диван. Его взгляд метался туда-сюда между Се Цзинъюанем и Су Мяомяо. Парень пытался найти причину, по которой эта кошка смогла околдовать даосского мастера.

Су Мяомяо сосредоточилась на том, чтобы полюбоваться недавно приобретенными сапфировыми серьгами.

Серьги были лучше, чем у Гу Цзялина!

Гу Цзялин быстро отвлекся на серьги, посмотрел на уши Су Мяомяо и с подозрением спросил:

— У тебя не проколоты уши, зачем тебе серьги?

Су Мяомяо подняла на него глаза.

Гу Цзялин потянул себя за мочку уха, чтобы показать ей:

— Нужно проколоть ухо, иначе ты не сможешь носить серьги.

Су Мяомяо фыркнула:

— Я не буду их носить, я буду хранить их в коробке.

Гу Цзялин закатил глаза:

— Это слишком расточительно, они так хорошо смотрелись бы на твоих ушах, а также их удобно снимать его, чтобы наслаждаться ими в любое время.

Было бы лучше, если бы она их выбросила, а он их подобрал бы.

Когда Су Мяомяо задумалась об этом по-настоящему, Се Цзинъюань сказал:

— Украшения в школе запрещены, — поэтому Су Мяомяо отложила эту идею в сторону.

Вдоволь наевшись, они вчетвером отправились играть в теннис.