Часть 159

Глава 159 Из глубин Чёрного озера вынырнула крепкая холодноводная русалка. Дейнерис узнала в ней Муркус.

Муркус крепко сжимала свой трезубец. Осмотревшись по сторонам, она подплыла к Дейнерис и настороженно спросила:

— Только что и вправду упал в воду студент?

— Да.

— Ничего не случилось?

— Не волнуйся, Тесс и Ханна её спасли.

— Это хорошо, — с облегчением выдохнула Муркус, опуская трезубец. Затем она поклонилась Ханне и Тесс. Хоть последняя ей и не нравилась, но выразить благодарность стоило.

— У вас проблемы? — с любопытством спросила Дейнерис. Русалки Чёрного озера обычно вовремя спасали упавших в воду студентов, несчастные случаи были редкостью.

— Акромантулы. Они начали охотиться на русалок. Недавно одна из наших чуть не погибла, к счастью, её спас гигантский кальмар, — с тревогой ответила Муркус. — Они передними лапами взбалтывают воду, имитируя волны от падения студента.

— Акромантулы выбрались из Запретного леса? — нахмурилась Дейнерис. Она помнила, что эти опасные существа обычно прятались в лощине.

— Их немного, но я боюсь, что они появятся снова, — вздохнула Муркус. — Ладно, не будем об этом, мне нужно осмотреть другие места, чтобы эти твари не появились опять.

Она нырнула в воду, и, взмахнув хвостом, исчезла.

…

Попрощавшись с русалкой, Дейнерис отправилась на занятия. Первым уроком после обеда была Защита от Тёмных искусств. Когда прозвенел колокол, кафедра всё ещё пустовала. Юные волшебники оживились, предполагая, что урок снова отменят. Но, к их разочарованию, через несколько минут в класс вошёл пышно одетый Локхарт.

Его раны полностью зажили. Как превосходный целитель, мадам Помфри не держала на него зла.

— Прежде всего, я должен перед всеми извиниться, — Локхарт по-прежнему улыбался, но его улыбка уже не была такой лучезарной, а казалась немного холодной. Даже его похожий на павлиний наряд теперь выглядел более сдержанно и элегантно.

— Мне кажется, он стал ещё красивее, — прошептала Парвати, сидевшая в первом ряду, Лаванде.

— Я хочу извиниться не только за опоздание, но и за пропущенный прошлый урок, и за то, что было ещё раньше, — продолжал Локхарт.