Глава двадцать вторая: Вечер игр

— Родители раньше упоминали об этой игре? Ты когда-нибудь играл в неё?

Не отрываясь от чтения, Северус непринуждённо ответил:

— Играл, несколько раз в год.

Пока мужчина задумчиво пролистывал исследовательскую работу, Гермиона пристально наблюдала за выражением его лица.

— А я вот ни разу не пробовала. Не могу представить, чтобы ты играл в покер, несмотря на то, что мастерски способен скрывать эмоции. Ты азартный?

— Нет. Азарт меня мало интересует, — всё так же не отрываясь от чтения, рассеяно отвечал Северус.

Попытка завязать непринуждённую беседу не увенчалась успехом. Гермиона достала рабочие папки и принялась помечать флажками пункты для заметок. Работали они в относительной тишине, пока мужчина устало не застонал, протирая глаза и не откинулся на спинку стула.

Северус поднял взгляд, незаметно наблюдая за сумбурной работой девушки. Многочисленные флажки, приклеенные к краям бумаги весьма впечатляли.

— Ты интересовалась игрой, — напомнил он.

— Да, родители говорили, что она состоится на следующих выходных, — она привела в порядок рабочую документацию и аккуратно сложила в ровную стопку. — Так о чём речь? Это не покер?

— Профессор истории, давний друг ваших родителей, привозил игры с разных точек мира. Это вошло в некую традицию; на следующей неделе за игру буду ответственен я. Мне удалось раздобыть версию Парчизи времён Османской империи.

— Ух ты! Стоило догадаться, что игра будет весьма увлекательна, особенно когда в ней участвуешь ты и мой отец. Как жаль, я столько всего пропустила. Покажешь мне как играть?

Пока Северус отлучился в кабинет, Гермиона успела заварить чай. Они разместились за обеденным столом, где Северус поведал о правилах игры и обучил стратегии. Игровым полем служил квадратный кусок ткани, расшитый вручную, а игральными костями — морские раковины. Запомнить всё было сложно: в особенности турецкие цифры, поэтому Гермиона помечала услышанное в тетрадь.

Она не смогла сдержать смеха, когда сбила его фигуры, пробормотав невинным голосом «Извини». После третьего раза Северус не выдержал и дал волю словесным недовольствам.

— О, у этой игры есть детская маггловская версия. Она называется «Извини». Суть в том, что игрок должен неискренне извиняться, когда забирает фигуру другого игрока.

Она весьма удивилась, когда услышала от Северуса слово «Прости», несмотря на то, что того требовали правила. Правда удивление длилось недолго: он нахально ухмыльнулся и вышел из игры победителем.

***

Спустя несколько дней профессор Флитвик выпроваживал Гермиону из своего кабинета, а Минерва терпеливо ждала, пока она соберёт свои бумаги.