Глава первая: Пролог

После долгой и кровопролитной войны волшебный мир медленно возвращался к привычному ритму жизни. Похоронные церемонии, заупокойные песнопения и скорбные речи остались позади, растворившись в мрачной тени прошлого. Хогвартс, восстановленный с невероятным усердием, вновь распахнул двери для юных волшебников. Выживших Пожирателей смерти выследили и арестовали, а затем приговорили к пожизненному заключению в Азкабане за их чудовищные преступления. Лишь немногих коснулось милосердие, возведённое в рамки закона: семейство Малфоев отделалось оправдательным приговором, сопровождавшимся внушительным штрафом.

Магический департамент правопорядка поручил аврорам организовать масштабную облаву на уцелевших приспешников Тёмного Лорда, скрывающихся от правосудия. В обществе тем временем поползли тревожные слухи: будто бы Беллатриса Лестрейндж пережила сражение и пытается собрать новую армию фанатиков. Но все попытки обнаружить её заканчивались неудачей. На смену мрачным временам пришла эпоха возрождения. Всё чаще над крышами звенел перезвон свадебных колоколов, а объявления о помолвках наполняли воздух тихим ликованием. Многие семьи наконец обрели счастье стать родителями, возвращая жизнь в некогда опустевшие дома.

Победа возвысила Золотое трио в глазах магического сообщества. На них обрушился поток настойчивых предложений — о браке, службе, партнёрстве, — и нескончаемая благодарность, выраженная в сотнях подарков и писем. Уставшие от суеты и внимания, Гарри и Гермиона решили на время укрыться в маггловском мире, поселившись у её родителей. Они избегали возвращения в мрачный дом Сириуса Блэка, где каждая комната дышала воспоминаниями о потере. Рон же с охотой вернулся в Нору, чтобы поддерживать семью и, не слишком навязчиво, наблюдать за развитием отношений сестры и Гарри.

Отношения Гермионы и Рона, продлившиеся всего несколько месяцев, рассыпались почти бесследно. Их союз оказался слишком спокойным, лишённым искры, чтобы продолжаться. Разрыв не нарушил привычного уклада: Поттер и Уизли продолжали обучение в Аврорате, а Гермиона с головой погрузилась в академические занятия. Рон недолго переживал, переключив своё внимание на дела Джинни, которая, по его мнению, слишком стремительно сближалась с Гарри.

Несколько месяцев спустя юноши с успехом завершили подготовку и получили звание авроров первого уровня, а Гермиона окончила престижный университет для одарённых волшебников. Её талант и настойчивость не остались незамеченными — она поступила на службу в Департамент международного магического сотрудничества и наконец позволила себе снять первую собственную квартиру, впервые почувствовав вкус взрослой независимости.

***

В необычайно солнечный день Гермиона и Гарри неторопливо шли по Косому переулку, ведя оживлённую беседу. Разговор касался самого важного: как сделать предложение руки и сердца так, чтобы оно оказалось достойным кольца, которое они только что приобрели.

— Джинни согласится при любых обстоятельствах, — уверенно заметила Гермиона. — Даже если ты решишь сделать это с воздушного шара.

Гарри хмуро усмехнулся и, выдержав паузу, ответил:

— Заманю её на медленно движущийся шар… и прослежу, чтобы поблизости не оказалось метлы. У неё не будет шанса сбежать, — он поправил очки и добавил: — Может, устроить ужин и спрятать кольцо в бокале?

— Банально, но мило, — заметила Гермиона. — Или пригласи её на воскресный ужин в Нору, чтобы всё выглядело естественно.

В этот момент из аптеки «Слизни и егеря» вышел профессор Снейп. Завидев Поттера и Грейнджер, он на миг замер.

— Профессор Снейп! Разве сегодня не чудесный день? — с нарочитым добродушием бросил Гарри.

Гермиона едва не рассмеялась, скрывая улыбку.

— Здравствуйте, сэр, — произнесла она мягко.

Снейп слегка склонил голову; пряди чёрных волос упали на лицо, отбрасывая тень.

— Рановато для пьянств, Поттер.

— А где же ваши поклонницы, профессор? — с усмешкой поинтересовался Гарри.

После того как истинная роль Снейпа в войне стала достоянием общественности, волшебное сообщество будто сошло с ума. Потоки писем и признаний обрушились на него с такой силой, что почтовый ящик грозил взорваться. Его преследовали на улицах, в кафе, в министерстве. У Хогвартса фанатки даже начали ставить палатки, надеясь увидеть легендарного шпиона. Ни холодность, ни язвительность, ни даже прямые угрозы не могли их остановить. Потеряв терпение, Снейп продал дом в Паучьем тупике и окончательно переселился в Хогвартс. Лишь благодаря чарам Билла и Флитвика, укрепившим защиту школы, ему удалось вернуть себе покой. Фанатки быстро переключились на новую жертву — бедного Невилла Лонгботтома.

— Очень остроумно, Поттер, — процедил Снейп, обходя их, но вдруг резко рявкнул: — Ложитесь!

Воздух разорвали вспышки проклятий. Из переулков, словно из тени, вырвались фигуры в чёрных мантиях. Пожиратели смерти окружили троицу.

— Мы пришли за очкастым и грязнокровкой, — оскалилась Беллатриса Лестрейндж, её голос дрожал от злорадства. — А предатель… будет прекрасным дополнением.

Снейп встал перед Гермионой, принимая на себя первые удары. Гарри, отпрянув в сторону, вступил в бой. Гермиона воздвигла вокруг них защитный купол, но тот с трудом выдерживал напор проклятий.

Улица наполнилась паникой. Люди кричали и метались по узким улочкам, толкая друг друга и забегая в ближайшие лавки. Некоторые успели аппарировать, бросив свои покупки на задымлённых улицах.

Оглушительное «Редукто» взорвало стену над головами Гермионы, Гарри и Снейпа. Прорываясь сквозь обломки, профессор успел задержать троих нападавших, пока Грейнджер вытаскивала Гарри из-под осыпавшихся камней.

Лицо её было в крови — глубокие порезы над глазом могли бы испугать даже опытного целителя. Она вновь подняла защиту, прикрывая Поттера, который схватился с массивным противником, отправив другого перелетать через дорогу.

Снейп, хмуро усмехнувшись, обездвижил троих нападавших и подвесил их вниз головой, как мясниковую добычу, на фонарном столбе.

— Хватит игр! — прорычала Беллатриса, разметая собственных союзников. Её глаза горели безумием. Для неё это сражение было личным — два её злейших врага стояли перед ней: Поттер, уничтоживший её господина, и Снейп, предавший всех ради мальчишки.

Из древка, зажатого в её правой руке, без остановки лились проклятья. Левая рука, словно действуя сама по себе, использовала беспалочковую магию, поочередно атакуя своих врагов. Внешний периметр сражения окрашивался в оттенки разных цветов, по мере того как маги приближались.

Гермиона закончила связывать поверженных Пожирателей, посылая точные удары в самую гущу боя. Нападавших осталось считанные единицы, многие уже лежали без сознания.

Прилетающие в её сторону проклятья были весьма посредственны и слабы. Она без труда отбивала яркие вспышки лучей, отправляя обертасом лететь восвояси.

Но внезапно Беллатриса резко обернулась и, не произнеся ни слова, направила заклинание в Гермиону.

Гарри безжалостно выкрикнул смертельное непростительное, а Снейп, мгновенно оценив ситуацию, бросился вперёд, заслоняя её собой.

Смерть Беллатрисы была встречена удовлетворённой улыбкой. Та наблюдала, как неуловимое проклятье точно поражает носительницу нечистой крови.

Снейп с бледным лицом мягко посмотрел в глаза Поттеру.

— Я доставлю её к Помфри. Вызывайте авроров.

Раздался глухой хлопок аппарации, и Косой переулок вновь погрузился в тишину.