Глава сорок семь: Переплёт

Обменявшись рукопожатиями и выслушав поздравления, Северус незаметно отвёл Гермиону в сторону от церковного крыльца, неспешно направляясь с ней во двор.

— Любимая? — прошептал он, ласково проведя большим пальцем по её мягкой щеке.

— О, Северус, это было восхитительно! Поистине восхитительно! — воскликнула девушка, сияя от восторга, и подняла их переплетённые руки.

— Не ожидал, что из трёх вариантов мы выберем одинаковые ленточки. На мой взгляд, это ещё раз доказывает, что мы созданы друг для друга.

— Что теперь? Мы же не собираемся их разворачивать, правда, мой дорогой муж?

— Жена… Звучит прекрасно. Мне нравится, — выдохнул он, наклоняясь и мягко касаясь губами её лба. — Осталось лишь завершить перевязку, и тогда ленты превратятся в браслет.

Минерва не заставила себя долго ждать, и вышла из церкви в сопровождении отца Пола.

— Обещаю быть тише церковной мыши. Вы даже не заметите моего присутствия, — заверил священник, бросив быстрый взгляд на строгую женщину, изучавшую его поверх очков-полумесяцев.

Минерва, удовлетворённая обещаниями, обратилась к молодожёнам:

— Ваше первоначальное соединение произошло, когда я завязала последнюю ленточку. Теперь нам остаётся лишь произнести заклинание, чтобы завершить этот процесс.

Северус и Гермиона стояли бок о бок, подняв соединённые запястья. Минерва произнесла древнее заклинание, и по их телам потёк поток блаженного тепла, медленно поднимаясь от кончиков пальцев ног к макушкам.

Гермиона невольно вскрикнула, почувствовав, как подкосились колени, а по спине пробежала волна мурашек. Северуса же сотрясала крупная дрожь. Они словно купались в ярком свете, который исходил от их кожи. Постепенно сияние стало тускнеть.

Гермиона выпрямилась, её руки дрожали, когда она пыталась удержать мужа чуть выше локтей.

— Ты это видела? Они правда светились? — спросил отец Пол, его голос звучал удивлённо высоким.

Минерва взглянула на него с высокомерной ухмылкой:

— Именно так происходит в момент соединения душ.

— Воистину, Дух Святый.

Гермиона освободила руки, и они оба взглянули на свои запястья. Ленты исчезли, оставив на коже лишь тонкие мерцающие ободки. С лёгким, радостным смехом она обняла мужа, и, подхватив её на руки, он закружил её в своих объятиях.