Глава 90: Эльдорадо

Солнце стояло еще высоко в небе, но тьма уже завладела землей.

Вайнкер все это чувствовал. Мрачные кошмары, которые ждали их за деревьями. Злоба, таящаяся в самом сердце джунглей, отвратительное зловоние нищих, хватающихся за золото богатых. То же самое бессловесное зло, с которым он столкнулся на планете Луна, вернулось, чтобы опустошить Аутремонд.

Проклятие свинцового отравления и злого Лича, который его распространял.

— ФУРИБОН!

Рев Вайнкера, отгоняя птиц, эхом разнесся по густым джунглям.

— Это было… необходимо? — Пожаловался глава персонала, морщась от шума. — Мои уши…

— Я хочу, чтобы он знал! — Заявил Вайнкер. — Знал, что справедливость восторжествует и что ему придется ответить за геноцид монеток.

Одна только мысль о том, что злой Фурибон испортит золотое совершенство Эльдорадо, как он сделал это с Луной, наполняла Дракона яростью.

Чтобы отдохнуть, пока его глава персонала не вышел из похмелья, Вайнкер и экспедиция миньонов разбили лагерь в самом сердце леса, недалеко от золотого города. Жрец Ксолотль провел их, защищенный от солнца зонтиками, которые держали над ним его собственные миньоны. Другие Кобольды льстили Вайнкеру, постоянно шепотом напоминая Дракону о его величии, богатстве и гениальности. Дракон сделал пометку набрать элитный отряд льстецов, чтобы они служили ему в Мурмурине.

В остальном, только 3 миньона Вайнкера осмелились последовать за ним в его войне против жестокости Фурибона: Сладкая Шоколатин, Невкусная Эллисон и Вкусный Малфи.

Человечек Виктор еще не оправился от вчерашней ночной передозировки Дварфами и изо всех сил пытался удержаться на ногах, даже с помощью косы. Он нуждался в помощи Сладкой Шоколатин, чтобы надеть свои боксеры, и не мог использовать Перк, чтобы спасти свою жизнь. Очаровательная Оборотень наложила на него все известные ей исцеляющие чары, но безрезультатно.

От непереносимости Дварфов не было лекарства. Вайнкер знал это хорошо.

Возвращение Человечка Виктора в лагерь было встречено по-разному. Эллисон покраснела, как помидор, и прижала руки ко рту, чтобы подавить смех. Малфи смотрел на Визиря с почти религиозным восхищением. А Ксолотль…

— Брат, ты вернулся. — Ящер Жрец двинулся вперед и страстно обнял величайшего из всех миньонов. — Я молюсь Богине, чтоб на своем духовном пути ты достиг просветления.

— Я… я мало что помню… — Признался полудракон. — Мне кажется… меня кусали…

— Брат Виктор, ты связан кровными узами со всем городским духовенством. Ты больше, чем просто гость. Ты – часть нас, а мы – часть тебя.

— Они сказали… я был легким… — Пробормотал Виктор, когда Жрец разорвал объятия, а потом заметил Эллисон. — Эй, это… Это Эл…

Все еще прижимая руки ко рту, Дриада отвернулась от Виктора, изо всех сил стараясь на него не смотреть. Такая застенчивость.

— Я сделал… что-то не так? — Выпалил Визирь, и тоже прикрыл рот рукой.

— Да, ты начал танцевать, сбрасывая одежду на публике. — Сказала Шоколатин. — А она даже пыталась вбить в тебя немного здравого смысла. Разве ты не помнишь?

— Нет… о боги, меня тошнит…

— Но потом ты снял нижнее белье и начал разглагольствовать о «вселенской космической любви», и она не могла перестать смеяться, да и я тоже… и мы бы добрались до самой смешной части, если бы не этот назойливый Ангел!

— Что… что это? — Спросил Друг Виктор, заметив посреди лагеря груду вещей.

Вайнкер тоже хотел спросить. Со времени вызванной Дварфами ярости Человечка Виктора, посланцы-Импы продолжали приносить вещи для Дракона и его миньона. Пирожные, драгоценные камни, письма, золотые часы, изящные ручки, записные книжки из демонической кожи… куча уже достигла размеров небольшого холма, а Импы все несли и несли.

— Это все подарки от Владык Корпораций, поздравительные письма, предложения альянса, приглашения на частные оргии, кодифицированные предложения подхалимства и… и… — ИЗ инсектоидных глаз Малфи полилась густая черная жидкость. — Мистер Виктор, я… вы…

— Ты… плачешь… — Человечек Виктор нахмурился. — Малфи, ты плачешь?