Глава 138 Перед концом Ч1
В Мурмурине, за день до вторжения в Прайден, драконы играли в очень громкую игру.
— Открыть огонь! — Воскликнул Вайнкер, и две дюжины истинных змеев выпустили свое дыхание в кратер. [Огонь], [Мороз], [Молния], [Яд], [Земля]… были использованы почти все элементы, известные драконьему роду, они превратили цель в восхитительное зрелище света и разрушения. Земля дрожала на многие мили вокруг, миньоны разбегались во все стороны, и только одна-единственная фигура, не двигаясь, стояла посреди разрушения.
— Дядя, вы причиняете ей вред! — Запротестовала Джоли, как единственный дракон, который отказался участвовать.
— Хотел бы я знать! — Ответил Вайнкер с уязвленной гордостью. — Больше энергии!
— Кузен, у меня есть пианино! — Сказал Гениалиссимус, приземляясь рядом с Вайнкером и демонстрируя черный, наполовину раздавленный человеческий музыкальный инструмент. — Я нашел пианино!
— Брось его в нее!
Он так и сделал. Его двоюродный брат, как снаряд, запустил музыкальный инструмент. Линнормы и Змеи, которым не хватало воображения, подражали своим истиннорожденным собратьям, бросая валуны, камни, дома, деревья… а в одном случае, даже корову.
— Коров не бросать! — Прорычал Вайнкер, стараясь придать состязанию цивилизованный вид. Горыныч стыдливо опустил голову, извиняясь за то, что родился.
Наконец, пыль осела, и драконы разочарованно застонали.
Их цель выжила.
Невредимая, Рыцарь Киа продолжала бормотать какую-то чушь, стоя в одиночестве среди руин и разрушений. Она прикрыла корову своим телом, как и подобает истинному миньону.
— Поздравляю, Киа! — Щебетала Джоли, подбадривая своего неудачного главу персонала.
— Верь в себя! — Ответила Рыцарь Киа, и ее слова больше не были ее собственными. — Я верю в тебя!
Вайнкер оставался упрямым в своем желании преодолеть эту [Сюжетную Броню], но довольно много драконов начали сомневаться. — Должно же быть что-то, что на нее действует! — пожаловался император. Они занимались этим уже шесть часов!
— Она защищает ее только от смерти и прямых повреждений, — заметил Гениалиссимус. — А что, если мы бросим ее на Лууууну? Или пусть ее телепортирует миньон?