Глава 175. Смена ролей

Ван Цзяньфэн, опасаясь, что Е Буфань пострадает, в спешке примчался в полицейский участок вместе с Хань Цзайсином.

Когда он добрался до комнаты для допросов и одним ударом ноги вышиб дверь, то с удивлением обнаружил, что Е Буфань спокойно сидит на стуле и пьёт чай.

Рядом же дрожа стоял Оуян Да: одежда в беспорядке, лицо почерневшее, а волосы стояли дыбом, словно в него ударила молния.

Оуян Да, только что сломленный и вынужденный написать чистосердечное признание, увидев Хань Цзайсина, словно увидел родную мать. Он бросился к нему с рыданиями:

— Начальник, вы наконец-то здесь! Он выбивал из меня показания! Вы должны за меня заступиться!

— Пошёл вон!

Хань Цзайсин одним ударом ноги отбросил его на пол. По пути сюда он уже ознакомился с двумя страницами материалов, которые были у Ван Цзяньфэна, и примерно понял, что натворил Оуян Да.

Сейчас ему хотелось одним ударом прикончить этого негодяя. Хотя Оуян Да действовал по собственной инициативе и к нему это не имело никакого отношения, всё же именно он его продвинул, и это бросало тень на его репутацию.

Самое главное, Е Буфань был человеком, которого очень ценил Ван Цзяньфэн. Последствия этого были очень серьёзными и могли негативно сказаться на его дальнейшей карьере.

— Братец Е, ты в порядке?

Ван Цзяньфэн проигнорировал Оуян Да и быстро подошёл к Е Буфаню.

— В порядке. Я уже помог тебе составить протокол допроса.

С этими словами Е Буфань протянул ему признание.

Ван Цзяньфэн взял его и посмотрел. Это было собственноручно написанное Оуян Да признание, в котором он чётко изложил все свои преступления.

Хань Цзайсин тоже взглянул. Они оба с Ван Цзяньфэном были крайне удивлены и не понимали, как Е Буфаню это удалось.

По идее, это была комната для допросов в полицейском участке, и здесь должен был хозяйничать Оуян Да. Почему же сейчас роли полностью поменялись?

Е Буфань был в полном порядке, а Оуян Да сам написал признание. Что здесь вообще произошло?

Но сейчас это было уже неважно, потому что результат был налицо.

— Начальник Хань, — сказал Ван Цзяньфэн Хань Цзайсину, — это дело крайне серьёзное и требует самого сурового разбирательства.

— Не волнуйтесь, я обязательно разберусь по закону, без всякого снисхождения, — ответил Хань Цзайсин.

Услышав их разговор, Оуян Да закричал:

— Начальник Хань, не слушайте его! Всё это Е Буфань заставил меня написать, это всё неправда…

Но Хань Цзайсин его уже не слушал. Улики были неопровержимы, его поймали с поличным, и оправдываться было бессмысленно.

Он махнул рукой, и двое полицейских тут же надели на Оуян Да наручники.