Глава 187. Бородатая красавица

Сима Вэй была не только вспыльчивой, но и действовала крайне жестоко. Она первой нанесла удар кулаком в лицо Чёрной мамбе.

Е Буфань видел, что эта женщина была на сюань-ранге, но её уровень казался нестабильным, будто она только недавно его достигла.

Удар был мощным и выглядел внушительно, но тело Чёрной мамбы изогнулось, как змея, и он ловко увернулся.

Затем он вытянул обе руки, пытаясь, как змея, обвить шею Симы Вэй.

Сима Вэй тут же изменила тактику, превратив ладони в когти, и быстро схватила Чёрную мамбу за запястья. Затем, применив приём из малого циньна, она заломила ему обе руки за спину.

Обычный человек в такой ситуации потерял бы способность двигаться, но Чёрная мамба повёл себя крайне странно.

Он повернул голову на 180 градусов, оказавшись лицом к Симе Вэй, и, открыв рот, выстрелил языком, словно копьём.

Е Буфань сузил глаза. Сначала он думал, что этот человек практикует нечто вроде кулака змеи, но теперь понял, что это было совсем не так — это был настоящий монстр.

Сима Вэй, казалось, была готова к такой реакции. В её руке внезапно появился блестящий кинжал, который она тут же вонзила в рот Чёрной мамбы.

Кинжал пронзил горло, брызнула кровь, но Чёрная мамба не умер мгновенно. Его освобождённая левая рука метнулась назад и оставила кровавый след на руке Симы Вэй.

— Сдохни, монстр!

Сима Вэй яростно крикнула и ударила ногой Чёрную мамбу в живот, отбросив его прочь.

Остальные трое, видя смерть своего товарища, не изменились в лице, будто их это совсем не касалось.

— Сима Вэй, ты отравлена ядом Чёрной мамбы. Если сейчас же сдашься на коленях, может, ещё и выживешь, — сказал главный из них.

Сима Вэй посмотрела на свою раненую руку. Внешне рана была неглубокой, всего лишь царапина.

Но вся рука уже распухла и почернела, как смола. Было очевидно, что она отравлена сильным ядом.

— Мечтай! Даже если я умру, я заберу вас, монстров, с собой в ад!

Сима Вэй была женщиной с твёрдым характером. С громким криком она, размахивая кинжалом, бросилась на главного из них.

Но яд Чёрной мамбы был слишком сильным. Не успела она сделать и нескольких шагов, как у неё закружилась голова, и она рухнула на землю.

На губах главного из них появилась холодная усмешка.