Глава 89

Чудовище определенно почувствовало эффект его атак, поэтому Иссей решил продолжать в том же духе, не сбавляя темпа. Огненные копья и огненные шары градом обрушивались на драугра, заставляя оживший труп реветь и выть от боли, корчась в пламени… но ни один из ударов, казалось, не мог нанести решающий, смертельный урон. Эта тварь была невероятно живучей.

Взревев от ярости и боли, массивный немертвый гигант наконец-то заставил себя двигаться. Он бросился к импровизированной баррикаде Иссея и одним размашистым ударом своей ручищи отправил и стол, и его самого в полет через всю лабораторию. Иссей кубарем прокатился по полу, пока его спина с глухим стуком не врезалась в массивную наковальню.

[Вы потеряли 100 НР!]

«Хм, это было не так уж и больно, как я ожидал, учитывая силу удара», – мысленно проворчал Иссей, с кряхтением заставляя себя подняться на ноги, используя наковальню как опору. Когда он это сделал, его рука случайно коснулась большого кузнечного молота, все еще лежавшего на ее поверхности.

«Эй! А это не мой ли молоток ты там лапаешь, парень?» – раздался в его голове новый, грубый, с хрипотцой голос.

— Э? — Иссей удивленно уставился на молот. — Кто это говорит?..

«Я – молот! Ну, точнее, дух внутри молота, но сейчас это просто придирки к словам, не находишь?» – ответил голос. «Мы можем поболтать и позже; сейчас тебе нужно срочно прикончить мое старое тело! Эта проклятая штуковина теперь никому не нужна, а видеть, как я сам вот так вот шатаюсь, разлагаясь на ходу – это, знаешь ли, чертовски стыдно! Тебе нужно перестать просто швыряться в него огнем, так ты эту тварь достаточно быстро не убьешь. Подойди поближе и рубани его как следует своим зачарованным клинком, а потом уже влей в рану огонь. Кожа драугра чертовски устойчива даже к огненной магии, но его внутренности все еще горят как сухая растопка, если их хорошенько поджечь изнутри».

Иссей моргнул, ошарашенный таким неожиданным откровением, но быстро решил последовать совету. Не то чтобы его собственный план приносил ощутимый прогресс, а гном (или дух в молоте?) вероятно, знал о скандинавской нежити куда больше, чем он.

«Хороший мальчик. Как только разберешься с этим неприятным дельцем, вернись и подбери меня. Нам нужно серьезно поговорить», – добавил дух.

Кивнув, скорее самому себе, чем невидимому собеседнику, Иссей вновь обратил свое внимание на все еще тлеющего драугра, который воспользовался его минутным замешательством, чтобы кое-как притушить несколько языков пламени, которым удалось зацепиться за его изуродованную, покрытую язвами плоть.

Если он собирался сделать это – атаковать вблизи – то лучше было выжать максимум из своей [Магии Усиления], пока была такая возможность.

— [Базовое Магическое Усиление Тела], — произнес он заклинание, и его тело тут же окутало легкое, едва заметное красное свечение. — [Силовой Прыжок]!

Активировав свое умение прыжка, Геймер, словно выпущенный из катапульты снаряд, устремился к голове гигантской нежити, держа оба меча наготове, отведенными назад для мощного удара. Прямо перед тем, как его клинки должны были коснуться цели, Иссей активировал третье умение. — [Силовой Удар]!

Свечение вокруг его мечей многократно усилилось, став почти ослепительным, когда он направил оба клинка вперед, целясь с двух сторон в шею и плечи драугра. Когда оба удара достигли цели, они с легкостью, словно горячий нож сквозь масло, рассекли гнилую плоть и крошащиеся кости нежити. Магия, усиливающая его мечи, нейтрализовала обычный иммунитет нежити к физическому урону, оставив после себя пару глубоких, зияющих ран на шее и плечах монстра, из которых вместо крови повалил густой черный дым.