Глава 277

«- Черт!» — выругалась Рейнар, метнувшись в сторону, чтобы избежать одной из атак Чешир. Падшей приходилось нелегко, сражаясь с первым фамильяром Джошуа.

Что касается Миттельт и Калаварны, то они были заняты Нагини и Мораг. Марголо оказалась единственной, кто не принимала участие в сражении: он просто летал кругами над полем боя и подбадривал трех своих подруг.

В общем, дела у Падших Ангелов обстояли не лучшим образом, отметил Дэвис.

Его щиты были отличным способом выровнять ситуацию на поле боя. Ведь они подстраивались под силу цели, оказывая на нее большее или меньшее давление и ослабляя ее тоже в большей или меньшей степени.

В итоге все оказывались примерно на одном уровне силы, когда попадали под его тренировочные заклинания.

К несчастью для Падших, его фамильяры отлично умели работать в команде. А вот они сами — точно нет. Джошуа уже мысленно отмечал, что позже попросит их поработать над этим. Выглядело просто жалко, как мало они пытались координировать атаки, не говоря уже о том, чтобы помогать друг другу.

Жалко и немного раздражающе, учитывая, что в данный момент это были его союзники.

Поэтому он и тренировал их, чтобы сделать лучше. Как бы то ни было, Джошуа приглядывал за ними, пока сам, как мог, практиковал сендзюцу.

[Концентрация жизни поднялась на уровень].

Он отмахнулся от экрана, как только тот появился. Конечно, это было приятно узнать, но в данный момент Дэвис был занят, и не хотел отвлекаться от Падших и его фамильяров. Системные экраны можно проверить и позже, в данный момент шла тренировка.

Впрочем, иногда Джошуа жалел, что смотрит. Например, когда световой копье Рейнар задело шерсть Чешир или когда Калаварна чуть не растоптала Мораг. Ему очень хотелось вмешаться, присоединиться к спаррингу, но…

Его фамильяры не хотели этого, да и он сам не хотел. В конце концов, это была тренировка, и не стоило слишком нянчиться с ними.

Учитывая это…

«- Марголо», — позвал Джошуа. Голос был тихим, но она все равно услышала его громко и отчетливо. Все-таки их связь была полезной.

«- Ты не могла бы спеть для меня?» – попросил Дэвис, когда птица приземлилась ему на плечо. Стоило ему только закончить вопрос, как она тут же начала петь.

Ее песни, как они выяснили, воздействует на жизненную энергию. Это было не совсем сендзюцу, но их воздействие на цели было похоже на таковое.

Как бы ему ни было неприятно видеть, как Чешир, Нагини и Мораг испытывают все большие трудности, это шло им на пользу. «И они все равно побеждают», — отметил он, чувствуя гордость.

Мысленно Джошуа переключился на информацию, которую собирали его щиты: от фамильяров, от Падших, от него самого, и обдумывал как использовать ее, как прикрыть дыры, оставленные его щитами без проверки. Это был процесс, который он проходил каждый месяц, каждую неделю, каждый день…

Однако Джошуа удивленно моргнул, почувствовав изменение в Чешир, словно магия в ней свернулась сама по себе, после чего вырвалась наружу. Это было знакомое ему зрелище. В следующее мгновение на Падших, словно гора, обрушились щиты, расплющив их по земле.

«- Почему…?» – удалось прохрипеть Рейнар, что было достойно восхищения.

«- Ничего личного», — отмахнулся Джошуа, не сводя глаз с Чешир. «- Есть кое-что, что нам нужно сделать, и у меня нет времени на объяснения», — добавил он, направляясь к своим фамильярам. «- Знаете, я не думал, что вы все окажетесь достаточно конкурентоспособными, чтобы это произошло».

Дэвис почувствовал, как внимание Шеда сосредоточилось на нем и на них. Однако он не обращал внимания на бога, как не обращал внимания на Падших, как не обращал внимания на голос Жанны, зовущий из дома. Его мысли были заняты только одним.

А потом его рука коснулась Чешир, и магия, энергия между ними завихрилась, рванулась, зарядилась. Нагини и Мораг последовали его примеру, а Марголо с самого начала сидела на его плече. Таким образом, процесс начался для всех них.

К тому моменту Джошуа пережил множество эволюций своих фамильяров, но они никогда не были такими… благоговейными. Часть его сознания догадывалась, что все дело в том, что его связь с ними становилась все крепче.

Однако ему было не до размышлений.

Нет, он был слишком занят тем, что смешивал свою магию с магией фамильяров.

«- Вы все», — через какое-то время констатировал он, устало дыша, но не чувствуя, что вот-вот рухнет. Это было лучше, чем в большинстве предыдущих случаев. «- Вы все прекрасны».