Глава 468

— Вот уж спасибо, что выставляешь меня под свет прожектора для допроса, — пробормотал Джошуа.

— Ты сам сказал, что находишься не в своей стихии, — заметила она, что, впрочем, не слишком помогло.

— Забавно видеть тебя таким неуверенным, таким осторожным. Это говорит о том, что, прежде всего, ты добр. Многие другие задали бы куда меньше вопросов, просто обрадовались бы и ослепли от счастья, не задумываясь, какие проблемы это может принести их возлюбленным или, в моём случае, возможному возлюбленному. Если бы ты не был таким внимательным, Джошуа, я бы не испытывала к тебе симпатии.

Ну вот, кажется, большая часть его хрупкого самообладания только что улетучилась. Как вообще можно было принять такие слова от самой Габриэль и не покраснеть хотя бы немного?

— Так что не стесняйся, спрашивай, сколько душе угодно, Джошуа, — закончила она, заставив его глубоко вдохнуть, а потом выдохнуть со смешком. — Я сказала что-то смешное?

— Вроде того. Просто ты довольно подробно ответила на мой последний вопрос, сама того не заметив.

— Ох.

— Спасибо за то… что терпеливо отнеслась ко мне, — поблагодарил Дэвис, оборачиваясь к Куно теперь, когда большая часть тяжёлого разговора осталась позади. Ему, похоже, вновь нужно было собрать мысли воедино.

— Полагаю, это часть того, что делает меня… Как ты выразилась? Восхищённым этим. Эта доброта, это терпение… Эти Добродетели. Я завидую тебе, но ещё больше восхищаюсь ими. Ты невероятная личность, Габриэль, и, думаю, это стоит отметить, даже если очевидно.

— Я рада, что ты так думаешь, — когда он повернулся, то увидел, что она улыбается… совсем иначе, чем обычно. Да, мягко, но не с той отстранённой добротой, что всегда исходила от неё.

Эта улыбка была более… искренней, если так можно сказать. Архангел выглядела по-настоящему счастливой, а не просто… улыбающейся.

Это было сложно описать словами, или, может, он просто был плох в описаниях.

— Так вот… — подтолкнула она его, и Джошуа вновь тихо рассмеялся.

— Так вот… — начал он, вновь встречаясь с ней взглядом. Другого способа сказать то, что он собирался, просто не было. — К чему я веду, я был бы счастлив быть с тобой, Габриэль, если ты примешь меня.

— И я была бы счастлива, — ее улыбка на этот раз не изменилась, но изменилось другое, её щёки порозовели, придавая ей очаровательный вид.

— Папа!