Глава 492

— Спасибо, Фуюко, — произнёс он, идя вперёд с безэмоциональным выражением лица. Это выражение он отрабатывал специально, не скучающее, но и не ленивое.

По словам его советников, то есть Ясаки, Серафолл и Равель, оно придавало ему вид невозмутимого человека, не пугающего, но внушающего уважение.

Дэвис поверил им на слово.

До этого момента ему ещё не доводилось использовать его, но все бывает в первый раз. И сейчас ему действительно нужно было сыграть роль как можно лучше, чтобы ничего не испортить.

Он уже проверил всё, что мог, и, да, всё было осуществимо, но осторожность все же обязательна.

Поэтому Джошуа начал готовиться ещё по пути, перебирая в голове известные факты. С подобной информацией ему редко приходилось работать, но он быстро переложил всё на понятия магической схемы.

Это немного упростило задачу.

— Не стоит благодарности, Джошуа-сама, — отозвалась юки-онна с тёплой улыбкой, что весьма контрастировало с её природой. — Если позволите, я объявлю о вашем прибытии, — добавила она, когда они подошли к нужному месту.

Он хотел было возразить, но разум уже действовал по протоколу, даже если ему это не нравилось.

Так что Дэвис просто кивнул и посмотрел, как она открыла дверь и вошла внутрь.

Мгновение спустя ёкай вышла, поклонилась ему и удалилась. Джошуа, со своей стороны, глубоко вдохнул и вошёл в комнату, где находились Ясаки и Куно, именно они первыми привлекли его внимание.

Ясаку было трудно «прочитать», ни обычными чувствами, ни сверхъестественными. Куно же, напротив, читалась легко, даже если девочка снова надела маску холодной принцессы.

— Ясаки, — кивнул Дэвис.

— Джошуа, — ответила она, и он почти слышал раздражение в её голосе, даже если его там, возможно, вовсе не было.

— Я думала, ты занят, — добавила она, и этого было достаточно, чтобы понять, что раздражение всё же есть. В конце концов, она прямо сейчас нарушала правила официальной встречи.

— Был, но мне сказали, что тебя собирается навестить Корейский Пантеон, и я захотел познакомиться с ними, — пояснил он, сохранив на лице лёгкую, почти неуловимую улыбку, чтобы не потерять «политическое» выражение лица.

О боги, как же ему не шли подобные кривляния, но что поделать.

— Джошуа Дэвис, Фараон Египетского Пантеона, — представился он, кланяясь трём людям, сидевшим напротив Ясаки.