Глава 495

После этого в комнате воцарилась тишина. Человек вернулся к проверке множества магических кругов, которые он создал вокруг Адриэля, а сам ангел ещё миг переваривал услышанное.

Леди Габриэль отступила назад, но её взгляд не отрывался от него ни на мгновение. Он уже слышал подобные предупреждения раньше, ведь его уведомили и подготовили к тому, на что он вызвался добровольно.

Но ему никогда не объясняли это такими словами, настолько прямыми, простыми и резкими. Парадоксально, но именно то, как человек говорил без сомнений и колебаний, ещё раз сказало Адриэлю, что тот искренне заботится о благополучном исходе.

Он не пытался его отговорить, но определённо хотел, чтобы ангел точно знал, на что идёт.

— Я понимаю, — только и сказал он, твёрдо кивнув.

— Что ж… Надеюсь, ты готов вскоре получить новые крылья.

Вот это заявление.

Если новость о том, что Леди Габриэль состоит в отношениях с человеком, причём с тем, кто также состоит в отношениях с одной из лидеров ёкаев и одной из Сатан Подземного мира не была достаточно безумной, то вот он, добивающий удар.

Джошуа Дэвис не просто решил размозжить чувство логики Адриэля кувалдой, он ещё и взорвал его динамитом, заявив, что способен увеличить количество крыльев ангелов. И всё же нельзя было сказать, что это просто шутка, пустые слова или бессмыслица.

Потому что Леди Габриэль и Господин Рафаэль подтвердили это.

Многое изменилось с тех пор, как Небеса почти отвернулись от мира, но разве настолько? Что стало с миром, если человек считает, что может сделать то, на что до сих пор был способен только сам Бог?

И убедил их лидеров, что говорит чистую правду.

Удивление не совсем описывало, что чувствовал Адриэль, но было близко.

— Я начинаю, — предупредил Дэвис, вырывая его из мыслей.

Адриэль не смог удержаться от лёгкого напряжения в преддверии того, что должно было случиться. Краем глаза он увидел, как человек начинает активировать одно заклинание за другим.

Магия ещё не касалась его, но он знал, что это лишь вопрос времени.

Словно предупредительный выстрел, благословения, барьеры и проклятия нависли над ним. Если раньше он ощущал, будто на него смотрят сами серафимы, то теперь казалось, что на него взирает весь мир.