Глава 77

Между тем, асгардцы на самом деле были сосредоточены на битве Лавинии, это было вполне естественно. Бой был похож на шоу.

Крушитель Баланса Лавинии в настоящее время был связан боем с тремя клонами короля-дракона.

Фиолетовое пламя распространялось повсюду на их пустынном поле боя.

Клоны Йормунганда также дышали огнем и использовали магию, но священное пламя Испепеляющего Гимна было страшным даже для королей-драконов.

«Кукуку, мне кажется, или ваша чешуя тает. Разве не будет обидно, если мясо пригорит?» Лавиния щелкнула пальцами, и тут же появилась ее ледяная кукла.

На поле боя бушевала снежная буря. «Вау, она сочетает огонь и лед? Как они не мешают друг другу?» Брунгильда была поражена.

Она могла быть сильнейшей валькирией, но подобные сражения были немного не ее уровня.

«Испепелить». Приказала Лавиния, вливая тонны маны в свою магию.

Дракон взлетел в небо и приготовился атаковать дыханием. Сильно избитые клоны Йормунганда также выпустили свои собственные дыхания, сделав окрестности темными из-за потока пламени, взметнувшегося к небесам.

Но когда дракон Лавинии закончил заряжаться, он выпустил маленький мерцающий огненный шар, который отразил атаки клонов короля-дракона, и Асгард загорелся, как рождественская елка.

Мерцающий огненный шар превратился во взрыв священного пламени. Он был сжат до максимума, и Асгард сильно затрясся. Бушевали землетрясения, когда священный артефакт Лавинии образовал огромный кратер.

«О-о-о, я действительно надеялась, что мы получим немного драконьего мяса. Но, похоже, они полностью исчезли, какое разочарование». Лавиния вздохнула.

«Должны ли мы помочь им?». Спросил Бальдр у Видара.

«Они здорово избивают их, и Локи думал, что Фенрир сможет справиться с богами». Видар усмехнулся.

И, говоря о Фенрире, Тор и Мордред были совершенно синхронны.

Последний использовал свои инстинкты, чтобы эффективно объединиться с Тором.

Пока Бог грома бил Фенрира при каждой возможности, Мордред блокировал клыки Фенрира.

Тор продолжает нарушать темп волка. Поражая его молнией прямо в лицо каждый раз, когда он одерживал верх над Мордредом.