Глава 796

Глава 800: Желание, обращённое вспять

Установка и снятие синих доспехов действительно таили в себе множество хитростей — между частями брони скрывались плотные потайные застёжки. Например, в месте соединения шлема, наплечников и нагрудника имелось более десятка скрытых пазов, которые при защёлкивании сливались в единое целое — ни иглы не воткнёшь, ни воды не прольёшь, всё сидело как влитое.

У такой конструкции были и плюсы, и минусы. О плюсах и говорить нечего: когда доспех надет, он представлял собой монолитное целое, почти без уязвимых мест. Минус же заключался в том, что процесс надевания и снятия был крайне хлопотным и занимал очень много времени, что не подходило Чу Юньшэну, привыкшему к тактике «быстро убил — быстро ушёл».

Однако конструкция синих доспехов не допускала иного подхода. Вампиры не могли знать истинной причины, но Чу Юньшэн понимал её прекрасно: если бы не эти многочисленные скрытые пазы, древоподобные бактериальные организмы, из которых состояли доспехи, не смогли бы образовать биологический конгломерат. Именно биоэнергия, вырабатываемая этим сообществом, связывала молекулярные частицы брони, нейтрализуя межмолекулярное отталкивание и заставляя их выстраиваться в сверхплотные нестандартные ряды, что придавало доспеху невероятную твёрдость. В зазорах между плотно прилегающими молекулами находилось множество древоподобных бактериальных организмов, что значительно повышало гибкость после затвердевания и исключало любую возможность хрупкого излома. Так доспех сочетал гибкость и прочность — выдающееся качество. Тот, кто придумал этот способ создания синих доспехов, воистину был гениален.

Впрочем, помимо древоподобных бактериальных организмов, не было никаких прямых доказательств того, что синие доспехи были оставлены людьми Шестой эры. Но как они оказались в руках семьи Мерфи — это оставалось загадкой.

Три служанки, когда-то прислуживавшие самому Клеру при надевании доспехов, умело расстёгивали одну за другой потайные застёжки, вытаскивали скрытые штифты и постепенно, часть за частью, снимали синие доспехи в определённом порядке.

Перед Чу Юньшэном стояло большое зеркало, в котором отражался весь процесс снятия брони. Сначала он удивлялся, зачем этот «ваше высочество» поставил здесь зеркало, но когда первым делом сняли шлем, он всё понял и лишь молча покачал головой.

Он взглянул на эту голову в зеркале — её едва ли можно было назвать головой. Это был просто кровавый мешок из плоти, где, кроме двух глаз, рта и двух чёрных дыр вместо ноздрей, не осталось ни единого клочка целой кожи, даже ушей не было.

Но три служанки не выказывали ни малейшего испуга — наоборот, их лица были совершенно спокойными. Очевидно, они видели это много раз. По их реакции можно было судить: такова, видимо, цена надевания и снятия этих доспехов!

Глядя на ужасающую окровавленную голову в зеркале и глазные яблоки, утопающие в плоти, Чу Юньшэн не испытывал тошноты. В самых кровавых битвах ему приходилось видеть вещи в десятки раз страшнее. Он наблюдал за тем, как заживает плоть этого «высочества».

Вампиры отказались от многого, например от жизни при солнечном свете, ради эволюции — и, естественно, что-то взамен получили. Помимо силы, скорости и преимуществ в жизненной силе, их способность к заживлению ран была поразительной. Вероятно, именно поэтому вампиры осмеливались носить синие доспехи — если бы их надел обычный человек, после первого же раза он был бы искалечен.

Этот «высочество» был, конечно, извращенцем, но он также был мастером боевых искусств. Чу Юньшэн не верил, что тот до такой степени извращён, чтобы любоваться в зеркало на свой жуткий облик — скорее всего, его цель была той же, что и у Чу Юньшэна в тот момент: наблюдать за скоростью заживления плоти.

Но он тут же передумал. Место соединения шлема, наплечников и нагрудника требовало одновременно гибкости и герметичности — это было чрезвычайно сложно. После снятия этого ключевого узла процесс пошёл значительно быстрее: три служанки, действуя с большим опытом, быстро разобрали доспехи сверху донизу, часть за частью.

Механизм синих доспехов был основан на оригинальной технике «человек-насекомое» Чу Юньшэна, но использовал технологии, связанные с источником жизни, причём на крайне высоком уровне. Даже сам Чу Юньшэн, как создатель этой техники, не мог полностью её понять — что уж говорить о вампирах, которые даже не знали, что такое источник жизни?

Они приводили в действие эти доспехи самым примитивным и грубым способом, и расплатой за это служила самая примитивная физиологическая реакция, связанная с источником жизни.

Чу Юньшэн также примерно понял, почему «высочество» из семьи Мерфи становился всё безумнее. Всё дело было в этих доспехах: при каждом использовании его сил не хватало, чтобы подавить отдачу источника жизни. По мере того как количество использований росло, обычных действий уже не хватало, чтобы утолить потребности, порождаемые отдачей, — и потому он мог лишь всё более безумно истязать женщин, избранных в жертву.

Служанка, которую оттолкнул Чу Юньшэн, побледнела, в её глазах отразился ужас. Она почти полностью отождествляла Чу Юньшэна с прежним «высочеством», или, возможно, в её глазах между ними не было особой разницы — одного называли королём, другого — высочеством.

Но при одной лишь мысли о прошлых страданиях её начинала бить дрожь.