Глава 821

Глава 822. Убить его

Чу Юньшэн пришпорил коня и без остановки домчался до обрыва на берегу моря.

Боевой конь беспокойно переступал с ноги на ногу, пятясь назад, потому что перед ним и Чу Юньшэном океан, словно вода в гигантском котле, с потрясающим грохотом бурлил и кипел.

Один за другим пузыри размером с дом поднимались из глубин океана, всплывали на поверхность, взмывали в небо и лопались.

Бесчисленные трупы морских созданий качались на волнах, поднятых пузырями. Некоторых даже затянуло в пузыри, и под действием чудовищной гравитации семи великих планет, приближающихся к Земле, они медленно поднимались ввысь, преломляя разноцветный солнечный свет, создавая небывалую картину апокалипсиса.

Даже Чу Юньшэн, повидавший много «грандиозных зрелищ», не мог не поразиться открывшемуся чуду. Если пережитая им катастрофа Великой Тьмы была гнетущей и мрачной, то то, с чем столкнулось человечество Седьмой эры, было величественным, дивным и грандиозным небесным чудом.

Он повёл плечами, пытаясь удержать пятящегося коня, но доспехи были тяжёлыми, а окровавленный боевой конь не мог в полной мере этого ощутить: из-за притяжения семи звёзд в небе и его собственный вес, и вес семнадцати кровавых всадников стал значительно легче.

По дороге сюда он даже видел, как поросёнок, испугавшись, подпрыгнул и высоко взлетел в воздух.

Притяжение не только ослабляло вес — оно порождало чудовищную смертоносную силу: кровь в людях устремлялась в голову, многократно повышая давление в мозговых сосудах. Только за эти два дня погибших от этого было бесчисленное множество.

Более того, восемь планет, включая Землю, сжимались к одной точке; с каждым днём расстояние между ними сокращалось, и магнитные поля небесных тел уже два дня как вступили в жёсткое взаимодействие, вызвав катастрофы ещё большего масштаба: выходила из строя электроника, птицы и звери впадали в коллективное безумие, всё больше людей становилось апатичными или, наоборот, вспыльчивыми, кто-то ночами напролёт не мог сомкнуть глаз — даже сильные кланы крови не были исключением.

Хранитель говорил: не успев достичь нового мира, не пройдя пространственный канал, земная жизнь погибнет наполовину!

Судя по всему, в его словах не было ни капли преувеличения — скорее, даже преуменьшение.

А чтобы благополучно пройти через пространственный канал и добраться до нового мира, погибнут ещё толпы и толпы — адаптация к новой среде убьёт одних, нехватка подходящей пищи заморит других, болезни без лекарств доконают третьих, вирусы и бактерии нового мира прикончат четвёртых, и так далее. В итоге в живых останется, быть может, меньше одной сотой от нынешнего числа.

Глядя на кипящую гладь океана, окровавленный боевой конь в страхе пятился. Чу Юньшэн, вернув себе спокойное выражение лица, натянул поводья, опёрся на седло и спрыгнул на землю. Будь то без вмешательства гравитации семи звёзд, с весом лазурных доспехов и без силы тела клана крови, одному человеку без помощи как минимум троих было бы почти невозможно спешиться или сесть в седло. Сейчас же это вышло легко.

Он воткнул меч в землю обрыва, привязал к нему поводья, сел на землю, открыл забрало шлема и, повернувшись лицом к морю, стал спокойно ждать.

Волны, поднятые кипящими пузырями, бились о скалы, горячий ветер с моря обдувал его бледное холодное лицо, но он почти не чувствовал жары.

С королевским знаменем в руке подоспел Бен Шона с семнадцатью кровавыми всадниками — Чу Юньшэн отправил их на дальний склон горы. Прибыли и триста полукровавых рыцарей с развевающимся алым треугольным знаменем клана крови — Бен Шона поставил их позади семнадцати всадников. Спустя время подошёл обоз — триста рыцарей оттеснили его к подножию горы. Наконец, запыхавшись, добрались все жители Лос-Анджелеса и беженцы — им оставалось лишь ждать, рассыпавшись по горам и долам в отдалении.

Все, подняв голову, могли видеть на склоне горы гордо реющее королевское знамя, но не видели короля клана крови.

Прошло ещё немного времени, и прибыл тот, кого ждал Чу Юньшэн.

— Я требую, чтобы вы поклялись: то, что произойдёт сегодня…

— Чу Юньшэн поднялся, обернулся и, окинув взглядом Бутни, Айсиэр, Баи, Вэнь Ло и трёх других снявших доспехи служанок, покачал головой и сказал: — Ладно, вас слишком много, клятва всё равно рано или поздно станет пшиком. Лучше я установлю для вас устрашение: я всегда держу слово. Если кто-то из вас посмеет разгласить сегодняшние события, когда я вернусь, я непременно заберу его жизнь! Особенно ты, Баи: ты не из клана крови. Если посмеешь нарушить обещание, данное сегодня на этом обрыве, я вырежу весь твой род до последнего человека!

Встрёпанный Баи от внезапной угрозы изрядно перепугался, сердце у него зашлось, но он из упрямства сохранял презрительный вид, поднял обе руки, помахал ими и пренебрежительно бросил:

— Погоди, чёрт возьми, я никаких обещаний не давал! С чего это ты собрался вырезать мой род до последнего? Не впутывай меня в это. Я вовсе не рвался сюда — это ты заставил Бутни притащить меня силой. Что там за дело — только не говори мне, я выхожу.

Чу Юньшэн посмотрел на него и с улыбкой спросил: