Глава 855

Глава 856. Кто здесь главный?

Чу Юньшэн впервые в жизни обнаружил, что и он способен на «утечку устрашающей ауры».

Всего две фразы, не больше пятнадцати слов — и живой человек рухнул на землю от страха, причём так и не обернувшись.

«В необычном таится подвох»

— Чу Юньшэн понимал эту истину. Выражение его лица стало серьёзным. Он подошёл к парню, поднял с земли сухую ветку, разрезал кожу мальчика и, внимательно понаблюдав некоторое время, примерно понял, в чём дело.

Мальчик прошёл через окровавление, в нём чувствовался характерный запах клана крови. Но этот запах слегка отличался от того, что был на Земле. Чу Юньшэн не мог сразу разобраться, в чём разница, и мог лишь списать это на мутацию, произошедшую после прибытия сюда — ведь тогда Земля была закрыта.

Но именно из-за этой мутации у Чу Юньшэна возник инстинктивный порыв уничтожить его. И парень, вероятно, из-за той же мутации считал его своим естественным врагом.

Чтобы понять, что происходит на самом деле, был только один способ — убить этого потерявшего сознание парня и поглотить его мёртвую ци и источник жизни.

Конечно, возможно, убить одного было бы недостаточно. Возможно, пришлось бы убить ещё больше, чтобы уловить хоть какую-то нить. Но пока Чу Юньшэн не планировал этого делать. Он не был настолько безумен, чтобы убивать ради повышения силы. Сожжение Индийского города и причинение огромных потерь произошло из-за внезапной потери контроля. В конце концов, он всё ещё был человеком. Для повышения силы и восстановления себя существовало множество способов, и не было необходимости переступать черту.

Амир не испытывал перед Чу Юньшэном того страха перед естественным врагом, что был у парня. Он быстро подошёл, начал растирать, мять и похлопывать, пытаясь привести мальчика в чувство с помощью цзицзюных методов.

Чу Юньшэн стоял в стороне, ожидая, пока Амир приведёт парня в сознание, и обдумывал более глубокие вопросы. Ему пришло в голову кое-что, и некоторые вещи нужно было спросить.

Происхождение клана крови было неясным, особенно после слов Тени. В душе Чу Юньшэна залегла тень, ему казалось, что за всем этим стоит нечто, чего он не видел.

Он привык ставить себя на место другого, чтобы угадывать его намерения. Если бы он поставил себя на место парня или даже всего клана крови, столкнувшись с самим собой, что бы он сделал? Какие действия предпринял бы? Тогда скрытый замысел создания клана крови стал бы ясен — не обязательно знать, кто это сделал.

Инстинкт естественного врага — это борьба не на жизнь, а на смерть, неразрывное звено в пищевой цепи.

Кошка ест мышь, возможно, ради таурина, но откуда кошка, никогда не контактировавшая с мышами, знает, что в мышах есть таурин? И откуда мышь знает, что кошка обязательно её съест, а собака — это лишнее?

Хотя Чу Юньшэн когда-то едва сдавал биологию, он знал, что в мире существует такая вещь, как наследственность.

Информация о выживании в пищевой цепи вбивается в генетическую память.

Тех, кто способен на такое, среди знакомых Чу Юньшэна можно было пересчитать по пальцам. Но вряд ли это были Цао Чжэнъи и другие — у них не было таких способностей. И проблема была в том, что слова в Кровавой книге явно были написаны ими. Неужели их заставили? Или они вообще не знали?