Глава 867

Глава 868: Месть и сильная мёртвая ци

Американский лагерь.

Огромный шатёр временного совета был заполнен разными членами совета в строгих костюмах. В данный момент они перешёптывались и оживлённо что-то обсуждали. Председатель лагеря Бэм тяжело опустил молоток, дважды стукнув им, и громко произнёс: «Тишина, тишина! Сейчас мы проведём последний пункт сегодняшней повестки. Перед этим нам нужно пригласить особого человека для выступления».

Под навесом для гостей снаружи шатра Андилу поправил только что завязанный галстук, разгладил смятые края нового пиджака, но спокойный взгляд выдавал лёгкое волнение, которое он испытывал в этот момент.

Хотя он был полон силы, хотя он был полон уверенности, в этот момент, когда презренный уличный бродяга собирался переступить порог, символизирующий так называемую справедливость и свободу, его эмоции немногим отличались от эмоций толстяка из другого лагеря.

Он слегка постукивал пальцами по колену, с нетерпением ожидая приглашения войти.

«Мистер Джон, вам пора входить». Спустя некоторое время к нему поспешно подошла полная чернокожая женщина-администратор и, раскрыв пухлые губы, сказала.

Андилу сделал вдох, одёрнул край пиджака, встал, изобразил только что отрепетированную улыбку и шагнул за порог, о котором раньше не смел и мечтать.

«Что это с боссом? По-моему, совершенно незачем разговаривать с этими продажными членами совета, которые едят людей, не выплёвывая костей. Нужно действовать кулаками!»

Издалека послышались недовольные жалобы одного из его подчинённых.

«Верно, что ещё умеют эти члены совета, кроме как болтать, собирать налоги и лишать нас пенсий?»

— поддержал его другой подчинённый, тоже крайне недовольный.

«Вы, болваны, что вы понимаете?»

— многозначительно сказал один из партнёров Андилу. «Раз уж нельзя уничтожить это напрямую, нужно найти способ влиться в это. Люди всегда доверяют этому больше, чем таким, как мы. Разве мудрость босса может быть понятна таким, как вы, которые даже слова не могут правильно написать?»

Андилу не слышал пересудов своих подчинённых. Как только он вошёл в большой шатёр, сотня членов совета разразилась шумом. Они могли и не знать его лично, но это не мешало им заранее получить о нём некоторые досье. Помимо членов совета, готовых его поддержать, остальные, которых было большинство, начали атаку:

«Кто разрешил войти сюда этому наркоману-отбросу?»

«Это оскорбление для совета. Я ни за что не позволю какому-то хулигану бесстыдно взойти на священную трибуну!»

«Вышвырните его вон! Это не тюрьма, и преступникам здесь не рады!»

«Думаю, нам нужен профессиональный психиатр».

«Мошенник, он большой мошенник, клянусь Богом!»

Лицо Андилу слегка дёрнулось, словно от чувства неполноценности, смешанного с гневом и гордостью. Даже дорожка к трибуне стала казаться нереальной.

Но он сдержался, не обращая внимания на эти выкрики. Подойдя к трибуне, сила, бурлившая внутри, выпрямила его спину, а в глазах засверкал острый блеск.

Он протянул руку, словно обнимая луч света, повысил голос, перекрывая все нападки, и громко произнёс:

«Леди и джентльмены! Вам выпала честь своими глазами увидеть величайшее чудо на земле, дарованное мне Богом и которое я должен явить вам…»

«…И я — избранный последний Мессия!»

******

Китайский лагерь.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как его в последний раз вызывали. Чжэн Юйтин, как и хотел, получил поддержку свыше и, словно рыба в воде, разворачивал свой бизнес в лагере.