Эпизод 3: Не-маг (часть 2)

Ее слова болью отозвались в сердце Киеля. Причина, по которой Киель предпочитал ложь — правда всегда горька.

Он ненавидел превратности судьбы. Он ненавидел то, что все вокруг одарены изобилием маны, а сам он ею обделен. Он ненавидел то, что вне зависимости от своих стараний, судьба оставалась ему неподвластна. То чего ему не хватало невозможно было изучить, с этим нужно было родиться. И он ненавидел свои надежды о том, что когда-нибудь сможет стать больше, чем жалким магом третьего класса.

Потому что в том мире все крутится вокруг магии, если ты не маг, значит ты никто.

А он был даже меньше, чем никем. Он был не-магом, тем, кто не может использовать магию на регулярной основе.

Незнакомка, которая назвалась Элару Вэйвин, или не заметила, как сменилось настроение Киеля или просто проигнорировала это. Она продолжала, и каждое ее слово било все ближе и ближе к цели.

— Какая ирония! Быть первоклассным магом и при этом практически не быть магом вообще. Это примерно как быть гениальным художником, которому нет равных, но которому не дают красок.

Киель почувствовал боль в груди.

Как она могла говорить так беспардонно о том, что преследовало его всю жизнь?

Если бы он только родился с нормальным запасом маны, как у других. Что бы он смог создать, будь у него базовый ингредиент!

Возможно, если бы он родился в обычной семье, не связанной с магами, то он бы вообще не беспокоился на счет магии. Обычная работа, увлекательная и с магией не связанная, не было бы никаких терзаний о превратностях судьбы.

Проблема в том, что родился он в семье первоклассных магов и этого не изменить. Быть первоклассным магом для него — это не вопрос удачи или умений, это вопрос ожиданий.

И эти ожидания грузом лежали на его плечах, как он не старался изменить свою судьбу, у него ничего не получалось. Само его существование казалось ошибкой, насмешкой природы, которую его семья с радостью выбросила бы в пустыне, желая спрятать свой позор.

— Все твои знания и магия абсолютны бесполезны, если у тебя нет главного для использования магии. Я знаю это, ты знаешь это и экзаменаторы тоже, все это отлично знают. В других Университетах, в которых даже нет вступительных экзаменов, есть одно условие, минимальный объем маны, которому ты попросту не соответствуешь. Университет магии Ашара был твоей единственной надеждой, ведь там есть полный экзамен, и ты можешь набрать много баллов в других областях.

«Заткнись! Просто заткнись!», мысленно кричал Киель. Он не хотел и дальше слушать болезненную правду. Но связанный созданным образом, образом человека, которым он хотел быть, Киель не мог озвучить свои мольбы.

— Твой запас маны и ее регенерация настолько малы, что возникает вопрос: а можешь ли ты вообще колдовать. И это, не вспоминая о том, что любые не базовые заклинания для тебя вообще невозможны, у тебя просто не хватит на них маны. В твоем текущем состоянии ты не сможешь стать даже магом третьего класса, что говорить о большем?

Маг… третьего… класса. Маг третьего класса.

Эти слова болезненным эхом отзывались в голове Киеля. Его зрачки расширились, а губы невольно дернулись. Он сделал шаг назад. И еще один.

Элару следила за ним и хотела сказать что-то еще. Но Киель больше ничего не хотел слышать. Его тело пришло в действие быстрее, чем разум осознал это. Ноги понесли его прочь. Прочь! Как можно дальше от правды. От его собственных изъянов. От этой злобной незнакомки. Древний инстинкт побега от боли. Инстинкт который был сильнее самоконтроля, непроницаемой маски и царства лжи.

Киель никогда не бегал так быстро. Он даже использовал магию для ускорения. Магию, которую он обожал и ненавидел. Магию, которая контролировала и разрушала его и его жизнь.

Он не знал куда бежать и не беспокоился об этом.

Он просто бежал…

И прыгал с ветки на ветку…

Взбирался на холм…

И бежал дальше.

Прыгал все выше и выше, пытаясь дотянуться до небес…

Но неизменно падал на землю и продолжал свой бег.

Маг третьего класса. Маг третьего класса.

Время ничего для него не значило тогда. Секунды, минуты, часы, все они слились воедино.

Единственное, что он мог слышать — это слова, болью отдававшие в его сердце.

Маг третьего класса…

Его дыхание стало поверхностным, хотя воздух был теплым, ему казалось, что воздух стал ледяным.

Ты не сможешь быть даже магом третьего класса…

Ноги ослабли и подвели его.

Он бежал, прыгал и взбирался по густому лес, пока его мана и силы не подошли к концу. Пока его Магическая броня не превратилась в ничто, обнажая его для чужой магии.

Ноги подкосились и он свалился на землю, морально опустошенный.

И он все еще слышал эхо ее слов в своей голове.

Киель посмотрел в небо, на луну. Судя по ее положению, он бежал в течении нескольких часов. Это имело смысл, он был на пике физических кондиций и быстро устать не мог.

Он закрыл глаза. Все его тело болело, будто дракон его разорвал на куски. Каждый вздох сопровождался болью от тысячи игл, воткнутых в его грудь. Ноги горели, словно их в огонь сунули. Он чувствовал каждый удар сердца, от которого вздрагивало все его тело.

Впервые Киель был готов расплакаться. Тот самый Киель, который не плакал никогда. Неважно, как ему было больно, он никогда не плакал.

Он думал, что наконец свободен от разочарований и печалей. Но правда была в том, что он их просто глубоко зарыл в себе, как и любое другое беспокойство. Это то, что у него получалось лучше всего.

К счастью, у него не было сил плакать. Все что у него было — желание утонуть в своих невыплаканных слезах, страданиях и жалости к себе.

Но у демона были другие планы.

Она появилась из темноты и села рядом с ним. Он не чувствовал, как она подошла. Она полностью скрывала свое присутствие, пряча свою ману за барьером.

Она сидела тихо и она даже на запыхалась. Разница между магом и не-магом.

Киель чувствовал ее взгляд на своем лице, но все еще отказывался признать ее присутствие. Он больше не мог прятаться за маской, и он не хотел, чтобы она видела его. Настоящего его.

Он думал, что стоит раскрыть глаза и она скажет, насколько он жалок, сломлен и ничтожен, что он всего тень своего образа.

Он хотел закричать и заставить ее уйти и оставить его в покое, но его легкие слишком болели.

Ее ладонь коснулась его бешено вздымающейся груди. У него не было сил даже отбросить ее прочь, не смотря на острое желание сделать что-то хуже, возможно убить ее и больше никогда ее не видеть.

От ее руки исходили маленькие капельки удовольствия, успокаивавшие его разбитую плоть. Было тепло и прохладно одновременно, и это ощущение волнами обмывало его тело.

Магия исцеления.

«Она смеет издеваться надо мной?», страдания Киеля быстро превратились в гнев.

И в следующий момент она заговорила, отсекая ярости ее уродливую голову,.

— Нет ничего чудесного в том, что ты вообще можешь использовать магию.

Она продолжила говорить ровно с того места, на котором закончила.

— Это чистые навыки, — мягко сказала она.

«Преодолей себя! Ты думаешь, что сможешь манипулировать мной как ребенком, сначала показав свою жестокость, а потом сказав пару приятных слов?», негодовал Киель про себя. но эти слова так и не были озвучены.

— Но знаешь, ты счастливчик. Несомненно, только благодаря тому, что ты родился в семье знаменитых магов, обладая таким запасом маны, ты достиг такого мастерства в ее использовании. Тебе приходится смаковать каждую каплю маны и выжимать из нее все и даже больше.

Это правда, Киель всегда старался сильнее остальных. Он всегда старался скрыть факт, что может использовать лишь ничтожное количество маны. Он практиковался каждый день, надеясь, что мана появится из неоткуда. И тогда его истинная сила пробудится! Он знал, что это так не работает и что это просто не может случиться, это было логично и было глупо питать свои надежды. Но все равно, надежда жила и он ничего не мог поделать.

— Ты смакуешь каждую каплю маны так, будто от этого зависит твоя жизнь. Я никогда раньше не видела настолько превосходный контроль маны. То, как ты ее контролируешь… это настоящая магия… — ее губы разошлись, когда она хрипло прошептала «настоящая магия» и ее голос был переполнен странными эмоциями.

Она остановилась, словно смакуя «настоящую магию» на своих пухлых губах. А когда она продолжила, в ее голосе и взгляде появилась решимость.

— Ты используешь для заклинаний необходимый минимум, используешь ее на все 100%. По сравнению с тем, как ее используют обычные маги, ты на абсолютно другом уровне. Было бы у тебя больше маны и ты смог бы создать любое заклинание! Твое вплетение маны ничто иное, как совершенство. И даже после создания заклинания твой контроль над маной идеален. В конце концов, каждое твое заклинание должно сработать. Выстрел в молоко для тебя непозволительная роскошь. Потому что ты не можешь создать замену, как другие маги.

Твое плетение безупречно и твои заклинания максимально эффективны и в результате ты можешь их создавать очень быстро!

Скорость создания заклинаний, плетение маны, контроль заклинания, знание и понимание магии… у тебя есть все это! Ты великолепен во всех магических навыках!

Киель не сдержал тихий, печальный смех. Если бы он хотел облегчить свою боль, то не нашел бы способ. Он не знал никого, кто мог облегчить его страдания. И это демоническое создание в облике прекрасной девушки так легко смогла найти слова, которые обратили боль в удовольствие, недостатки в таланты.

И в этот момент он в полной мере осознал, насколько опасна эта элибу. Человек, который с легкостью манипулирует другими, говоря правду. Сам он манипулировал с помощью лжи… Но она была иной.

Ей не нужна была ложь, хватало и правды. Потому что она могла увидеть тебя насквозь, твои самые темные и сокровенные тайны. Она могла уничтожить тебя или исцелить одной лишь правдой.

И он понял, что должен бежать. Если он задержится, то попадет в сети и уже не сможет выбраться. Он видел, что она обладает силой, которую он не понимал и от которой не мог защититься. И второй раз в жизни он почувствовал полную безнадежность. Он оказался не хищником, а жертвой.

Оставить комментарий