Эпизод 40. Альтернативный способ активации.

К счастью, все экзаменующие вышли из классной комнаты, и дверь закрылась до того, как одежда Деры полностью распалась. 

Одна треть испытуемых убежала из Красного Квартала, полностью отказавшись от экзамена. Остальные испытуемые не решились уйти, потому что это, скорее всего, принесет конец их мечтам о зачислении в Муни.

Когда они услышали звуки вещей, которые ломались внутри классной комнаты, все больше и больше людей отступало подальше в тревоге.

На протяжении всего их отступления из комнаты было слышно крики Деры и игривый голос Зерела:

— Не сходи с ума, маленький Де. Мы достанем для тебя новую униформу.

— Не беспокойся о ковре. Комната выглядит лучше без него. Ковер заставлял ее выглядеть слишком… красной.

— Осторожно, ты сломаешь…

*Грохот!*

— …уже неважно.

— О, подожди! У меня появилась отличная идея, маленький Де! Ты можешь использовать эти занавески, чтобы прикрыть себя.

— Нет. Не приближайся. Возьми занавески…

— Не волнуйся, маленький Де. В любом случае, они и так были красными, никто не заметит, если они будут немного пожжены».

С каждым грохотом экзаменуемые сжимались и отступали еще дальше. Они смотрели на Элару с ненавистью, порицанием, болью и безнадежностью в их глазах. Элару пожала плечами, криво усмехнувшись.

— Я не виновата, что он фейерверк.

В ответ на ее слова в коридоре вспыхнули яростные крики.

— Что вы только что сказали?

Экзаменуемые вздрогнули.

Какой хороший слух!

Словно она элибу!

Элару не знала, смеяться или плакать. Все быстро вышло из-под контроля. Когда она решила изменить активирующее заклинание, она понятия не имела, что стекло не сможет выдержать жар. У нее хоть и могло быть много знаний в различных областях, но разрыв стекла от чрезмерной температуры не был среди них.

И даже если бы она знала это, она все равно не могла бы узнать, какой именно температуры достигнет стекло, когда она будет использовать артефакт. Итак, как она могла предсказать, что ее попытка продемонстрировать измененное активирующее заклинание закончится настолько плохо?

Только когда стекло взорвалось, она осознала опасность, и ее чудовищно реакция быстро активировалась, заставив ее уклониться от горячего летящего желе.

Элару вздохнула. Если бы эта авария не произошла, она бы сейчас уже купалась в лучах славы, объясняя всем, как она смогла активировать артефакт с помощью другого активирующего заклинания.

Чтобы артефакт реагировал на активирующее заклинание, артефакт должен был распознавать определенный шаблон. И было лишь два способа сделать заклинание распознаваемым.

Первый способ состоял в том, чтобы поместить копию шаблона активирующего заклинания внутрь артефакта. Артефакт анализирует вид шаблона заклинания, которое скастовал экзаменуемый, и сравнит с шаблоном, помещенным внутрь его. Если все будет в порядке, артефакт должен будет активироваться.

Это будет похоже на то, как если заклинание представить в виде яблока и сказать артефакту: «Если ты увидишь что-то похожее на это, активируйся». Артефакт запомнит это яблоко, и когда появится еще один плод, он сравнит яблоко в руках экзаменуемого и то, которое он запомнил ранее.

Этот метод был простым и довольно широко используемым.

Однако у этого метода был и недостаток — маг мог проверить шаблон заклинания внутри артефакта, чтобы выяснить, как должен выглядеть активирующий шаблон. (Каждый смог бы увидеть яблоко, которое будет сохранено внутри артефакта, и сделать вывод: «О, я должен буду принести яблоко!»)

А что, если волшебный артефакт был очень важен? Что, если никто, кроме его владельца, не должен быть в состоянии его активировать?

При такой ситуации использовался второй метод. Вместо включения активирующего шаблона в артефакт, он получает уникальный способ распознать активирующее заклинание, при котором артефакт не знает, как выглядит активирующий шаблон, но он сможет его распознать, если шаблон появится.

Это будет похоже на выполнение инструкции:

«Если ты увидишь плод, сначала испеки его, а затем добавь сахар и специи. Если результат будет похож на такой, то активируйся».

Когда кто-то посмотрит на такое заклинание внутри артефакта, он увидит рецепт и как должен выглядеть конечный результат, но он не сможет увидеть главный ингредиент – шаблон активирующего заклинания. Из-за сложной процедуры приготовления пищи, в конце концов, будет трудно понять, что готовое блюдо когда-то было яблоком.

Однако, что, если кому-то удастся найти грушу, которая после приготовления будет иметь такой же вкус, как и у яблока? Заклинание, которое распознает по вкусу, не будет знать, что ему дали грушу, а не яблоко. Если шаблон похож на аналогичный, то артефакт сработает. При таком сценарии артефакт ошибочно распознает грушу как яблоко и активируется.

Это было именно так, Элару обманула испытательный аппарат.

Каждый год сотрудники Муни рассеивали старое заклинание в артефакте и зачаровывали его новым, у которого было другое активирующее заклинание. Таким образом, люди, сдавшие экзамен, не могли практиковать активирующее заклинание в течении прошедшего года и использовать его во время экзамена.

Новое активирующее заклинание должно было оставаться секретом вплоть до экзамена. И, естественно, поскольку нужный шаблон должен был оставаться в секрете, им пришлось использовать второй метод.

Это никогда не было проблемой, потому что найти альтернативное активирующее заклинание не было тем, что можно было легко сделать — скорее, для этого потребовалось бы много лет исследований, а иногда даже десятилетия, расшифровать активационный шаблон для волшебного артефакта было практически невозможно.

Однако, как все эти магические преграды могли сравниться с тем, кто обладал этерниальным зрением? Это было похоже на кучу людей, уловивших запах яблочного пирога, и не имеющих возможности пробовать его и узнать вкус, но пытающихся сделать грушевый пирог, который на вкус будет точно такой, как этот яблочный пирог. Как они смогут сделать подобный пирог, если не будут знать, какой вкус в итоге нужно будет получить?

Разумеется, одного этерниального зрения было недостаточно. Также нужно было обладать обширным опытом и знакомством с… фруктами. Творчество и интеллект также были важными качествами.

Когда все объединялось вместе — то, что рождалось, было сформированным магическим заклинанием. Тот, кто мог не только разрушать заклинания, но и взламывать их – лишь тот мог использовать недостаток заклинания для своей пользы.

Когда Элару впервые увидела заклинание, у нее уже было несколько идей о возможном активирующем шаблоне. Причиной, по которой она посмела играть в азартные игры, было: 1) потому что она считала, что ей хватит 5 минут, чтобы выявить и сменить активирующий шаблон, и 2) потому что она была уверена, что альтернативный шаблон на самом деле легче сплести, чем настоящий.

Если бы она использовала шаблон, который им дали, она не смогла бы достичь такой высокой скорости плетения.

Увы, эта высокая скорость была бесполезной, если все закончится ее дисквалификацией.

Она обманула Деру, который дал ей разрешение на использование альтернативного шаблона, и, поскольку на экзамене не было никаких особых правил, Дера не имел бы достаточного основания, чтобы дисквалифицировать ее.

Однако в правилах было одно утверждение, из-за которого ее все же могли дисквалифицировать:

— Мы сохраняем за собой право дисквалифицировать всех испытуемых, которые наносят умышленный ущерб университетской собственности.

 

Элару снова вздохнула и огляделась. Все остальные испытуемые в коридоре избегали ее, словно чумы, отказываясь подходить ближе, чем на три метра. Либо они были обеспокоены, что они тоже познают гнев Деры, если буду рядом с ней, либо им было неудобно рядом с человеком, у которого была настолько ненормальная скорость каста, что она сломала оборудование для тестирования скорости, или, может быть, они просто ненавидели ее, потому что она сорвала экзамен.

Так или иначе, во всех направлениях рядом с Элару было пусто.

Когда она огляделась, оказалось, что в толпе стоял один человек, который не имел на лице беспокойное, нервное и враждебное выражение, как у остальных.

Он был аргелем–юношей с симпатичным внешним видом, но его нельзя было назвать очень красивым. У него были светло-каштановые волосы со светлыми прядями, которые доходили до его ушей, он носил клетчатую рубашку.

Его лицо комично искажалось, тело дрожало от подавляемого смеха. Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы он оказался не в состоянии сдерживаться и рассмеялся.

Он схватился за живот, смеясь так сильно, что ему стало больно.

В разгар своего смеха он посмотрел на Элару и они встретились глазами.

Рот Элару дрогнул, и она присоединилась к нему, звонко рассмеявшись.

Другие испытуемые смотрели на них так, как будто они были прокаженными, и отступили от юноши, словно он только заразился инфекцией от Элару.

Это только заставило их смеяться еще сильнее до тех пор, пока из их глаз не пошли слезы.

Когда они смеялись, они сидели на полу перед классной комнатой, прислонившись к перилам.

Дружелюбный юноша широко улыбнулся, его карие глаза сверкали. Он протянул руку к Элару.

— Арион. Арион Урвин.

Элару пожала ему руку, ее лицо отобразило его собственную улыбку.

— Элару. Элару Вейвин.

 ***

В комнате, которая выглядела так, словно она прошла через огненную бурю, ковры и шторы полностью сгорели, став кучками пепла. Вокруг беспорядочно лежали разбросанные куски стульев и столов. Дера же сидел на полу, тяжело дыша.

Он не потрудился прикрыть свою семейную драгоценность. Его тело было совершенным, ему нечего было стыдиться, поскольку Зерел также был весьма прямым парнем.

Зерел стоял рядом сбоку, не глядя в направлении обнаженного Деры, и неловко похлопывал его по плечу.

Раздался дрожащий голос Деры, полный страданий:

— Что же нам теперь делать? В комнате… разбито… испытательное оборудование… сломано… у меня… нет одежды…

Он должен был подумать об этом раньше, до того, как пришел в неистовство и попытался избить Зерела. Это была ужасная идея. Этот парень был слишком скользким и хитрым для того, чтобы с ним бороться.

— Ага! — внезапно воскликнул Зерел, указывая пальцем. — Не волнуйся, маленький Де! Посмотри, я спасу тебя.

Он взмахнул широкими рукавами, обнажив кусок красной ткани, который, казалось, раньше был частью занавесок.

— Посмотри. Он даже не обгорел.

Дера прервал зубоскальство Зерела.

— Ты пытаешься меня разозлить? Просто отдай мне свой пиджак! У тебя есть еще одежда под ним, не так ли?

Зерел в тревоге отпрыгнул от Деры, впервые взглянув на него, как на опасное существо.

— Ни за что! Ты хоть представляешь, какой он дорогой?

— Почему ты не носишь школьную униформу?! — Дера почти дышал огнем.

— Какую униформу? — Зерел притворился невежей.

— Ту, которую нам выдали для проведения экзаменов! — Дера пытался потопать ногами, но из-за того, что он сидел, это не принесло желаемого эффекта.

— Я ничего такого не получал, — Зерел пожал плечами. — Должно быть, форма потерялась на почте.

— Она не была отправлена по почте! Ты должен был забрать ее у мадам Рослинг!

— У нее не было моих размеров, — невинно моргал Зерел.

Если бы! Мадам Рослинг могла использовать магию трансмутации, чтобы изменять размер одежды! Вся одежда была правильного размера после того, как она над ней поработает.

Дера обвинительно указал пальцем на Зерела.

— Я говорю с тобой! Дождись, пока Эри… я имею в виду… директор школы Эруан узнает об этом.

Лицо Зерела отобразило притворный ужас.

— Неееет! Эри слишком страшен, когда он выходит из себя!

Он сделал паузу, а затем ухмыльнулся:

— О, ну… к тому времени, когда он будет наказывать тебя, он уже забудет обо мне.

Плечи Деры опустились, он, казалось, был на грани того, чтобы заплакать. Зерел снова погладил его по плечу.

— Как насчет этого? Мой пиджак останется со мной, но я дам тебе нижнее белье.

— Кто захочет твое нижнее белье?!?!

Оставить комментарий