Глава 77

Кап, кап.

Слезы неудержимо катились и текли по щекам и лбу Саши.

Младенец закатил веки, его красивые глазки дрожали от материнских слез, падающих на его лицо.

Калия была озадачена.

Она была так смущена, что не могла даже подумать о том, чтобы вытереть слезы, скатывающиеся по щекам Саши.

«Ах, что это со мной?»

Это было не грустно, но странно, слезы никак не хотели прекращаться.

Семья? Семья…

Она нашла свою семью. Ее семью, ее кровные узы.

Только одна эта мысль, пришедшая в голову Калии, разожгла ее.

В этом вихре неведомых эмоций Калия проливала слезы беспомощности.

— О господи.

Калекшия смущенно вытер слезы Калии.

Калия с широко открытыми глазами и слезами на глазах выглядела очень растерянной.

Глядя на эту фигуру перед собой, сердце Калекшии сжалось. Как будто острое шило, оставленное Гайей, царапало его грудь.

Было слишком поздно. Он нашел ее слишком поздно.

— Я очень рад видеть свою кровь.

Сердце старика, забывшего время, сжалось.

С чувством вины и угрызениями совести он вытирал слезы внучки, о которой узнал так поздно.

«Что заставляет меня так плакать?»

Калия посмотрела на Калекшию со странно искаженным лицом, которое даже не могло как следует нахмуриться.

Странно было видеть, как она дрожит от растущей потрясенной страсти. Калия не знала, какое лицо ей сделать и как она будет выглядеть.

Две ноги, твердо стоявшие на земле в любой другой момент, были ватными. Казалось, они дрожали. Даже рука, державшая Сашу, как будто потеряла силу. Ей казалось, что все тело вышло из-под ее контроля.

Калия вздохнула и замерла.

Тем не менее, она боялась, что ее тело в любой момент рухнет на пол.

Пока она не почувствовала, как рука мягко схватила ее за плечо.

— Все в порядке, Калия.

Большая и красивая рука обняла Сашу, которого держала Калия, и ее одновременно.

Были ли его руки такими большими и широкими?

Были ли они такими теплыми?

— Ты можешь плакать. Плакать — это нормально.

— …Саймон.

— Да, Калия, — он крепко обнял ее и тихо сказал, прижимая губы к ее лбу: — Это слезы счастья. Не стесняйся, не бойся, просто плачь.

Его слова успокаивали ее.

Его утешение ласкало ее.

Калия крепко зажмурилась и уткнулась лбом ему в плечо.

— Я обниму тебя, я поддержу тебя.

— …Да.

Слова Саймона превратились в заклинание, и Калия зарыдала от души.

Слезы, которые она сдерживал более 20 лет, вырвались наружу и текли без остановки.

Она думала, что не одинока, но всегда полагала, что на самом деле была одинока.

Она думала, что это не имело бы значения, если бы у нее не было семьи, но, казалось, у Калии все равно было желание ее иметь.

— Ах, а-ах. У-у-у. Ах, ху-у.

Калекшия и братья с сестрой молча смотрели, как Калия тихо плачет, обнимая ребенка и волшебника.

* * *