Глава 47. Как вы себя при этом чувствуете?
— Вот как? — Бэйчэнь Юн медленно поднялся. Лицо его было подобно тёмной воде, а голос, казалось, доносился из самых глубин Девяти Пустот — холодный, лишённый малейших эмоций. Он стоял над сыном, взирая на него с высоты своего трона. — Сын мой, ты должен понимать: всё, что у тебя есть сегодня, даровано мной… То, что я даю тебе, — твоё. Того, что я не даю, — ты не можешь отнять!
Гро-хо-хот!
Едва он договорил, как небеса и земля содрогнулись. Вспышки молний испепелили всё в радиусе тысячи чжанов, превратив дворец в ревущее море грома. Бэйчэнь Юн стоял в его центре, подобно воплощённому богу молний. На него было больно смотреть. Его величие было неоспоримо.
— То, что ты совершил сегодня, перешло все границы. Пришло время мне забрать всё, что я тебе даровал!
— А были ли у тебя границы, отец? — усмехнулся Бэйчэнь Хэн. — То, что ты мне «даровал», тебе не придётся забирать. Сегодня я сам верну тебе всё до последней капли!
— Ты ищешь смерти! — глаза Бэйчэнь Юна заледенели.
Сколько лет прошло? Тысячи лет никто не смел говорить с ним так. Последним, кто осмелился, был его шестой сын.
— Все, кто бросал мне вызов, закончили в вечных муках. И даже для моих сыновей нет исключения.
— Что ж, я готов рискнуть, — тихо рассмеялся Бэйчэнь Хэн.
В-з-з-з!
Раздался тихий гул. Аура вокруг принца обратилась вспять. Могучий поток духовной энергии хлынул из его тела во все стороны, и его сила начала стремительно угасать.
Святой Владыка!
Ступень Небесного Знамения!
Ступень Небесных Перемен!
…
— Как ты смеешь?! — взревел Бэйчэнь Юн. Его старческое лицо исказилось от ярости, седые волосы взметнулись, как грива разъярённого льва, а убийственная аура заслонила собой солнце.
Он ринулся вниз со своего возвышения, пытаясь остановить сына. Он просчитал всё, но не это! Он не мог и подумать, что Бэйчэнь Хэн осмелится развеять своё совершенствование!
Если он это сделает, что станет с ним самим? Он был всего в шаге от Царства Святых! Поглотив силу сына, он с вероятностью в восемьдесят процентов смог бы совершить прорыв!
Восемьдесят процентов! Это была почти гарантия!
А теперь Бэйчэнь Хэн уничтожал эту надежду. Пусть он сам превратится в ничтожество, но вместе с ним умрёт и мечта его отца о вечной жизни! Жалкие остатки его собственной жизни, поддерживаемые пилюлями, скоро иссякнут. У него не хватит времени, чтобы найти нового гения и взрастить его до ступени Владыки.
Да и где его найти, этого гения?
На одного лишь Бэйчэнь Хэна он потратил тысячу лет!
Сколько ресурсов? Сколько сил?
Одним этим поступком сын не просто разрушил его тысячелетний план. Он тащил его за собой в могилу!
Бум!
Последняя искра силы погасла. Бэйчэнь Хэн из статного мужчины средних лет на глазах превратился в дряхлого старика. Волосы его побелели, лицо покрылось глубокими морщинами, а спина согнулась. Он стоял, дрожа всем телом. Лишившись своего совершенствования, он стал подобен свече на ветру, готовой погаснуть в любой миг. Он выглядел даже старше, чем его отец.
Но даже оказавшись на пороге смерти, Бэйчэнь Хэн не выказал ни страха, ни отчаяния. Глядя на обезумевшего от ярости отца, он тихо рассмеялся.
— Хе-хе…
— Ха-ха-ха!!!
Тихий смех перерос в безудержный хохот, что эхом разнёсся на многие ли вокруг.
— Ну как, отец? Каково это? — с упоением произнёс он.
Тысячелетняя горечь, что копилась в его душе, вырвалась наружу! Он видел, как его братья один за другим входили в этот проклятый дворец и исчезали навсегда. Сегодня он исполнил их последнюю волю!
Лишившись его, ключевого звена в своей цепи, его отец больше никогда не сможет стать Святым!
Он пришёл сюда именно за этим. Чтобы отец своими глазами увидел, как его надежда на величие ускользает, тает, обращается в прах. И никакая сила, никакое коварство не смогут этого изменить.
Это было отчаяние. То самое отчаяние, что испытали его восемь братьев. То самое отчаяние, что терзало его самого.
Сегодня его должен был испытать и отец.
— Отродье!!! — взревел Бэйчэнь Юн. Его окутала демоническая аура, а духовная энергия, подобно извержению вулкана, пробила небесный свод. Земля под его ногами затряслась и раскололась.
Картина была поистине ужасающей.
Бэйчэнь Юн обезумел. Его глаза налились кровью, тело окутала чёрная аура, он тяжело дышал, как загнанный зверь. Тысячелетний план рухнул в один миг!
Всё пропало!
И виной тому — этот непокорный сын!
Пусть он был его плотью и кровью, но, разрушив его путь к святости, он стал его злейшим врагом. Он должен был развеять его душу, обречь на вечные муки, чтобы хоть немного унять пожар, что бушевал в его сердце!
— Умри!
Бэйчэнь Юн вытянул руку, и с небес обрушились мириады чёрных молний. Они собрались в его ладони, обратившись в иссиня-чёрное копьё. В тот миг, когда оно появилось, мир наполнила аура вселенского разрушения.
Это копьё стало единственной реальностью в этом мире.
Бум!
Раздался оглушительный рёв. Копьё пронзило пространство, устремившись к Бэйчэнь Хэну. Ещё не достигнув цели, оно окутало его удушающей аурой. Пространство вокруг стало вязким, как смола. Не увернуться. Не убежать.
Можно было лишь принять удар.
Но как мог простой смертный, коим стал Бэйчэнь Хэн, принять его?
Очевидно, Бэйчэнь Юн жаждал не просто убить.
Он хотел стереть своего девятого сына в пыль, чтобы утолить свою ненависть!