Глава 11

Поездка в «Логово Коры» в Районах прошла без происшествий. К большому облегчению Эшли. Она не хотела выслушивать еще одну порцию нытья Удины.

Заминка случилась, когда они перешагнули порог заведения.

— Уф! Гарри, в чем дело? — рявкнула Эшли, наткнувшись на застывшего Гарри.

Шиала взяла на себя инициативу и обошла их, чтобы посмотреть, в чем проблема.

Гарри пристально уставился в пол.

— Эти женщины знают, что они голые? — прошипел он.

— Они стриптизерши, — сказала Тали с оттенком отвращения.

— Гарри, ты девственник? — недоверчиво спросила Эшли.

— Конечно, да! — рявкнул Гарри; его глаза все еще были устремлены в пол. — Я начал сражаться за свою жизнь еще до полового созревания… У меня было две подруги и очень мало личной жизни. Когда именно я должен был сделать что-то большее, чем подержаться с девушкой за руку?

— Гарри, эти голые девушки сами выбрали свою профессию, — сказала Шиала, шагнув вперед и подняв его голову, чтобы посмотреть ему в глаза. — Все они красивы и талантливы. Они легко могли бы выбрать другую профессию. Они хотят, чтобы на них смотрели и ими восхищались. Не оскорбляй их тем, что не смотришь, — мягко сказала она.

— Среди них нет рабынь?

— Здесь запрещено рабство. Взгляни на барменшу. Она весьма симпатичная человеческая женщина, но одета довольно консервативно, особенно для такого заведения.

— Расслабься, Гарри, мы не будем тебя ругать, если твой взгляд будет блуждать по сторонам, — усмехнулась Эшли, обняв его за плечи.

Гарри посмотрел на нее с кривой улыбкой.

— И сколько раз Шепард был здесь?

Ухмылка сменилась хмурым взглядом, и она легонько толкнула его.

— Займись своим делом.

Гарри усмехнулся. Он мог просто сосредоточиться на своей задаче и постараться не отвлекаться на разнообразные сине-розовые тела.

— Турианец там, — он указал на пожилого хорошо одетого турианца, пьющего в одиночестве. — Вы трое подождите вне пределов слышимости, чтобы мы могли поговорить наедине.

— Хорошо, но мы останемся в пределах видимости.

Гарри оставил женщин и спокойно подошел к турианцу и сел без приглашения.

— Когда мужчина пьет в одиночестве, это обычно является признаком того, что он хочет остаться один, — нахмурился турианец. — Независимо от того, насколько важным вы себя считаете, Эмиссар.

Гарри лишь закатил глаза.

— Зовите меня просто Гарри, генерал Септимус. Я пришел сюда, потому что вы совершаете огромные ошибки.

— Это мои личные ошибки, и не должны касаться кого-либо еще,— сказал он пренебрежительно.

— Они становятся таковыми, когда начинают причинять боль другим.

— Хм. Вас прислала Ша’ира, не так ли? — сказал он презрительно.

— Ага. Вы распространяете ложь о ней и других разумных.

— Она лгала мне гораздо дольше! — прошипел Септимус.

— Во-первых, я встречался с упомянутой особой. Она никогда бы не солгала о чём-то столь важном, как то, в чём, как вы думаете, она солгала.

— Я слишком много выпил, чтобы выслушивать намёки и загадки. Говори прямо, мальчик.

Гарри подавил желание нахмуриться из-за того, что его назвали «мальчиком». Он действительно надеялся, что Ша’ира была права насчет этого парня.

Тем не менее, геты предоставили ему информацию о собеседнике. Он дважды взмахнул рукой, наложив на Септимуса отрезвляющие чары и превратив напиток в воду.

— Что ты сделал? — спросил Септимус, когда полностью протрезвел в мгновение ока.

— Применил немного своей магии, чтобы мы могли поговорить вежливо. Если хотите, я заплачу за все ваши остальные напитки после того, как уйду.

— У тебя крепкие нервы, — нахмурился Септимус.

— Я читал ваше досье, генерал. Я знаю, что вы были выдающимся турианцем. Вы привели своих подчиненных к бесчисленным победам. Победы, которые были вами достигнуты в честном бою. Без таких отвратительных поступков, как Шаньси.

— Шаньси… тот еще беспредел, — Септимус покачал головой. — И Иерархия имеет наглость задаваться вопросом, почему остальная часть галактики думает, что мы всего лишь жаждущие крови существа, хуже кроганов.

— Я начинаю думать, что Ша’ира была права насчет вас, — Гарри позволил себе улыбнуться. — Возможно, вы именно тот разумный, который мне нужен в союзниках.

— Я не думаю, что смогу стать союзником кого-либо из друзей этой… женщины, — поморщился Септимус.

— Генерал… Септимус, вы пришли к этой женщине, зная, кем она является и чему посвятила свою жизнь. Я не знаю, сколько она прожила, но я знаю, что ее уважают и любят все расы. Так же как вы никогда не смогли бы бросить своих подчиненных и отказаться от своего долга перед ними, она никогда бы не смогла отказаться от своих клиентов и от своего призвания. Вы действительно считаете, что должны просить ее о подобном?

— Я любил… люблю ее так сильно, — печально признал Септимус. — Это довольно больно. Турианцы плохо переносят отказ.

— Как и люди, — признался Гарри. — Но турианцы выше этого. Топить свои печали в выпивке и распространять ложь… это то, что обычно делают люди, — он указал на человека в форме СБЦ в углу, потерявшего сознание в окружении бокалов.

— Духи… неужели я стал таким? — вздрогнул Септимус.

— Как я уже сказал, Ша’ира во многом похожа на вас. Она предана своему делу. Возможно, она никогда не сможет быть только вашей, но, может быть… если вы примете ее и все, что она делает, вы сможете стать для нее тем, кем она является для других.

Септимус посмотрел на него с веселой ухмылкой.

— Спутницей?

— Другом, уверенным в себе разумным, утешителем, советчиком… тем, к кому обращаются в трудные времена или когда просто нужен кто-то близкий – друг или любовник. В конце концов, врач не может лечить себя сам, — страстно сказал Гарри.

— И Ша’ира, безусловно, того стоит и уж определенно того заслужила, — кивнул Септимус. — Скажите мне, Эмиссар, как такой молодой человек как вы, стал таким мудрым?

Гарри вздрогнул.

— Я бы не назвал это «мудростью», просто разочарованием от того, что мир разрывается на части из-за глупости. Мне снятся кошмары о том, что я видел, что делал и что делали со мной. Я просто хочу убедиться, что никто не будет больше страдать.

— Тогда вам следует чаще видеться с Ша’ирой, — твердо сказал Септимус. — У нее дар справляться с подобным, она и мне помогла преодолеть мои кошмары.

Он полез в куртку и вытащил датапад.

— Я понимаю, что вы уже и так много сделали для меня и Ша’иры, но не могли бы вы оказать мне последнюю услугу? В посольстве есть элкор по имени Зелтан. Он еще одна жертва моей лжи. Не могли бы вы отдать ему это? — Это докажет, что Ша’ира не имеет ничего общего с обнародованной о нем информацией.

— Конечно. Мне придется прокрасться мимо офиса Удины… но я справлюсь.

Септимус рассмеялся.

— Мы все были свидетелями высокомерия человеческого посла, — он указал на экраны, на которых показывались повторы новостей о недавних событиях в Совете. — Человечеству повезло, что вы и коммандер Шепард здесь, чтобы продемонстрировать доблесть человечества.

— Технически я представляю гетов и батарианцев, — поправил его Гарри.

— Но вы выглядите человеком. Окружающие будут судить в первую очередь по этому.

— Ну спасибо тебе, Удина, — саркастично произнес Гарри.

— Если вы извините меня, Эмиссар, мне необходимо принести свои извинения Спутнице, — сказал Септимус, вставая и поправляя куртку.

Гарри уважительно встал вместе с турианцем, когда тот собрался уйти.

Оставшись один, Гарри вытянул шею, оглядываясь, прежде чем заметил человеческую женщину, работающую за барной стойкой.

Его любопытная натура снова взяла над ним верх, и он подошел к ней.

— Что будете заказывать? — спросила она с несколько натянутой улыбкой.

— Мне интересно, что заставило вас работать здесь барменшей? — спросил Гарри с дружелюбной улыбкой. — Это Районы, так что я не могу представить, чтобы зарплата здесь была настолько хороша, и я сомневаюсь, что вы зарабатываете хоть сколько-нибудь близко к зарплате… танцовщицы, — Гарри сглотнул, когда азари на платформе над барной стойкой сместилась и начала вызывающе двигаться прямо над ним. — Это из-за местной атмосферы? Считаете ли вы…

— Слушай, тебя прислала моя сестра? — раздраженно спросила она.

— Кто?

— Просто скажи ей, чтобы она не лезла. Теперь, если ты не возражаешь, у меня есть клиенты, которых мне нужно обслужить.

Гарри был немного шокирован этим. Он подумал, что, возможно, ее семья не одобряла ее выбор и хотела чтобы она покинула это место.

— О чем вы там говорили? — спросила Эшли, когда они встретились у двери.

— Мне просто было любопытно, как она выбрала такую карьеру, — Гарри пожал плечами. — Кажется, она подумала, что ее сестра послала меня.

— Ты можешь быть довольно любопытным, — ухмыльнулась она.

— Мы закончили с этой «спутницей»? — спросила Тали, довольно резко.

— Нет, мне нужно доставить кое-что элкору в посольство, а затем увидеть Ша’иру. На этом, думаю, мы закончим.

Гарри был уверен, что расслышал ее рычание.

— Ладно, идем, — сказала Эшли.

Когда они выходили из клуба, какой-то турианец попытался остановить Гарри плечом.

К несчастью для турианца, у Гарри оказался усиленный скелет, способный выдержать падение метеорита и трое сопровождающих его телохранителей.

Шиала моментально прижала турианца к стене бара своей биотикой, музыка стихла и все начали обращать на них внимание.

— С дороги, турианец, – прорычала Шиала.

Турианец пытался что-то сказать, но Шиала в гневе швырнула его на пол и выскочила наружу.

Эшли вытолкнула ошеломленных Гарри и Тали за дверь. Тали выхватила дробовик, а у Эш оказался в руке ее пистолет.

— Тебе не нужно было быть с ним такой грубой, — мягко сказал Гарри, когда они подошли к терминалу вызова скоростного транспорта.

— Необходимо подать пример, когда путешествуешь по такого рода местам, Гарри, — наставительно сказала Шиала. — Нельзя показывать слабость. Мой долг сделать так, чтобы убийцы не смогли подобраться к тебе на расстояние вытянутой руки, а он целенаправленно шел к тебе, — она нахмурилась. — Если бы у Эшли и Тали была необходимая подготовка телохранителей, я бы схватила его и допросила, чтобы узнать его намерения. Вместо этого я была вынуждена ускорить наш уход.

Учитывая ее опыт, Гарри не собирался спорить.

***

Гарри до этого видел Районы лишь в виде размытого пятна перед тем, как его подстрелила параноидальная кварианка, и потому решил выбрать длинный путь к лифту, который должен был доставить их в Президиум, вместо того, чтобы воспользоваться Системой Скоростного Транспорта для вызова аэрокара.

Инопланетян вокруг было намного больше. Точнее, было больше разнообразия. В Президиуме в основном встречались люди, турианцы, саларианцы и азари.

В Районах же в изобилии встречались дреллы, кроганы, ханары, элкоры, волусы и Хранители.

Также там находилось довольно большая группа людей. Все они держали в руках плакаты и что-то кричали о «Терра Фирма».

— Эмиссар! — Гарри поднял бровь, когда к нему подошел удивленный мужчина латиноамериканского происхождения. — Можем ли мы рассчитывать на вашу поддержку? Наличие армии гетов, защищающей нас, удержит Совет от попыток вмешаться в дела человечества.

Гарри тупо посмотрел на него.

— Что?

— Мы – политическая группа, которая стремится к тому, чтобы человечество сохранило свои корни, — объяснил мужчина. — Шаньси и Война Первого контакта показали нам, что все эти пришельцы будут пытаться контролировать нас и пытаться навязать нам свои обычаи. «Терра Фирма» работает над тем, чтобы заставить их держаться подальше, и чтобы Земля осталась чисто человеческой планетой, — сказал он с убеждением.

— Ладно… — медленно сказал Гарри. — Тогда зачем вы здесь? Если вы не хотите, чтобы пришельцы влияли на людей, почему бы вам просто не поработать над тем, чтобы вас снова избрали на Земле. Тогда вы сможете оказаться подальше от Совета и остаться на Земле. Пришельцы не будут вмешиваться, если вы все останетесь на Земле, — сказал он, выплюнув слово «пришельцы», как и мужчина.

Шиала посмотрела на него озадаченным взглядом, пока Эшли и Тали просто стояли неподвижно.

— Я здесь, потому что я баллотируюсь на одно из мест Космонавтов в парламенте. Их требование состоит в том, что кандидат должен проводить шесть месяцев в году в космосе.

— Что довольно контрпродуктивно для вашего дела. Если вы хотите, чтобы люди остались на Земле и подальше от пришельцев, вам, вероятно, следует подать пример, — сказал Гарри, выглядя сбитым с толку.

Трое его друзей тайком спрятали свое оружие, которое они вытащили в большой толпе.

— Мы не хотим оставаться на Земле, мы просто не хотим, чтобы на Земле находились пришельцы или чтобы они совершали… всякое с людьми, — сказал он с отвращением.

— Стоп… но это же не сработает, — сказал Гарри, почти искренне нахмурившись.

Эшли начала подумывать о том, чтобы вызвать Коммандера для поддержки.

— Вы не можете покинуть Землю и при этом избежать пришельцев. Они контролируют большую часть известного космоса. Вы не сможете пользоваться ретрансляторами, не столкнувшись с ними.

— Тогда им просто нужно научиться держаться подальше от нас, — твердо сказал мужчина.

— А если нет? — спросил Гарри. — Если они решат, что им нравятся колонии, которые у них там есть? Если они решат, что Ретранслятор Арктура слишком важен? Ведь они используют его веками, а человечество еще полвека назад даже не знало, как использовать ретрансляторы. Что тогда вы будете делать? — спросил Гарри с опасным блеском в глазах.

— Мы… будем защищаться, — нервно сказал мужчина. — Мы вправе постоять за себя.

— А имеют ли они право постоять за себя? — многозначительно спросил Гарри. — Я могу гарантировать, что если вы станете угрожать сразу всем расам Совета, то Война Первого Контакта покажется вам ссорой пары малышей, спорящих из-за игрушки.

Мужчина взял себя в руки и посмотрел на Гарри.

— Мы сделаем то, что должны. Ради выживания нашего вида. Ради нашего образа жизни.

— Вашего образа жизни? — громко сказал Гарри с улыбкой. Теперь он привлек внимание всех в округе. — Значит, вы хотите вернуться к своему образу жизни, который был до нападения турианцев, верно?

— Верно, — усмехнулся мужчина. — Человечество стремилось к новым высотам, а эти беспёрые цыплята лишь пришли и напали на нас!

— В таком случае, ты наверное собираешься перестать использовать тот омни-инструмент, который ты носишь? — спросил Гарри. — Кажется, его изобрели саларианцы. Мерлин знает кто изобрел тот сверхсветовой привод, благодаря которому ты добрался сюда. Также, ты находишься на самой передовой космической станции в известном космосе. Надеюсь, ты больше сюда не вернешься. И давай не будем вспоминать про ретранслятор Харон. Ты собираешься отказаться от всего этого, Чарльз?

Мужчина, Чарльз, просто уставился на него.

— Слушайте очень внимательно, кучка дурных фанатиков, — громко сказал Гарри, обращаясь к толпе. — Мне нравятся пришельцы. Я думаю, что они замечательны и одни из лучших разумных, которых я только знал. Если вы даже подумаете о том, чтобы причинить вред моим инопланетным друзьям… Я обрушусь на вас, как драконы с неба. Геты же… они не сильно от меня отстанут. Теперь забирайте своих отвратительных единомышленников отсюда и не вздумайте снова попасться мне на глаза, причиняющими неприятности.

Их заставили двигаться не столько слова Гарри… сколько яркое голубое сияние, окружавшее его, и гнетущее ощущение в воздухе от его магического пламени.

— Полегче, Гарри, — успокаивающе сказала Эшли. — Забудь о них.

Шиала встала перед Гарри и посмотрела ему в глаза, потирая его виски. Она мягко позволила своему разуму слегка прикоснуться к его, в расслабляющей манере, не сливаясь, а просто… массируя.

— Вы в порядке?

Группа повернулась и увидела молодую азиатку в длинном платье и короткой куртке, стоящую неподалеку. Платье было выполнено в одном из распространенных стилей, с несколькими вырезанными участками, открывающими обнаженную кожу. Ничего скандального, скорее напоминая о кроп-топах и лоурайдерах ХХ века.

— Да… просто ненавижу иметь дело с фанатиками, — вздохнул Гарри.

— Послушайте, я понимаю, что у вас только что был не самый приятный разговор, но не могли бы вы ответить мне на несколько вопросов? Я Эмили Вонг, репортер.

Гарри мгновенно оказался на грани.

— Репортер?

— Да, и я не следила за вами. Я лишь наблюдала за демонстрантами, — заверила она его. — Я просто надеюсь, что вы сможете рассказать мне несколько фактов, которые я смогу передать своим редакторам.

— Например каких? — подозрительно спросил он.

— Вроде… как вы думаете, сколько времени пройдет, прежде чем все рабы вернутся по своим домам и семьям? — спросила она, активировав свой омни-инструмент.

Гарри тихонько присвистнул.