Глава 184

Судья сделал запись: «Хорошо. Обвинение начинает выступление, затем защита».

Дамблдор отошел в сторону, предоставив слово Малсиберу, который прочистил горло, прежде чем начать.

«Наш мир только что стал свидетелем одного из самых разрушительных событий за последнее десятилетие. Василиск, вооруженный своим смертоносным взглядом, был окутан мощными чарами секретности и вырвался на свободу в Хогвартсе, убив девять человек и окаменив еще четверых. В последние несколько дней наши умы были полны вопросов. Кто это сделал? Кто является наследником Слизерина? Кто освободил василиска? Кто похитил и убил Дина Томаса? Кто забрал Лизу Турпин в Комнату? Что ж, ваша честь, ответ все это время скрывался за маской невинности. Это не кто иной, как сама Лиза Турпин. Ее не заводили в комнату. Она вошла туда добровольно. ОНА — наследница! И сегодня, с помощью улик, которые мы нашли против нее, и наших экспертов-свидетелей, мы отдадим ее под суд».

Малсибер поклонился, после чего направился в сторону и предоставил слово Дамблдору.

«В свете последних событий, — начал он, — более чем понятно, что наш народ испытывает гнев. Они хотят, чтобы виновный был наказан, и хотят сделать это быстро, что тоже понятно. Однако, что непонятно, так это попытки обвинения направить этот гнев на мисс Турпин. Несомненно, на Министерство было оказано большое давление, чтобы найти и осудить виновного, но отчаянно перекладывать вину на кого-то невиновного — это не то, что мы терпим».

Снова послышалось бормотание, на этот раз сопровождаемое кивком головы.

Дамблдор продолжил: «И это отчаяние проявляется в его словах. Лорд Малсибер только что упомянул о мощных чарах секретности, которые смогли скрыть василиска от всех глаз, включая мой собственный. Неужели он хочет сказать, что эти чары наложил двенадцатилетний ребенок? Недостатки в его аргументах уже видны. Не позволяйте этому одурачить вас».

Это сработало. Значительная часть шепотков, долетавших до ушей Гарри, была положительной. Дамблдор привел веские доводы относительно ее возраста, и это нашло отклик.

«Очень хорошо, — раздался холодный голос судьи, — Обвинение. Кто ваш первый свидетель?»

«Я хотел бы попросить выступить аврора Доулиш», — сказал Малсибер, настороженно глядя на Дамблдора.

Судья согласился, и аврор Доулиш поднялся со своего места и занял место свидетеля.

«Мы знаем, что мисс Турпин была либо похищена, либо вошла в Комнату, а мистер Дин Томас последовал за ней. Через некоторое время Гарри Поттер с помощью своего спутника феникса нашел вход в Комнату, обнаружил мистера Томаса мертвым, а мисс Турпин без сознания, и вывел их оттуда», — заявил Малсибер, прежде чем спросить: «Что произошло за это время?».

Голос Доулиша был монотонным и отрепетированным, когда он отвечал на вопрос: «Мы выяснили, что мисс Турпин была погружена в котел, содержащий зелье, которое еще предстоит идентифицировать. Это мы знаем по ожогам на всем теле, когда ее нашли. А Дин Томас опрокинул котел и заставил ее выплеснуться, нарушив процесс варки и вызвав некую обратную реакцию, которая могла стать причиной смерти Дина Томаса и разрушений, обнаруженных в самой Комнате».

«Есть ли какие-либо признаки того, что кто-то еще когда-либо был там?»

«Нет. Вообще никаких».

«Расскажите нам о граммофоне, который вы нашли. Тот, который, как говорят, непрерывно воспроизводил резкие шипящие звуки, когда его нашли.» спросил прокурор, его тон звучал приторно-приятно с заметным оттенком нетерпения.