Глава 298

У Барчока уже давно была данная задача в списке дел, но сейчас пора было разобраться с еще одной. Вызванного мужчину провели в его кабинет, и гоблин сразу приступил к делу. «- Я так понимаю, вы в курсе перемен, происходящих за пределами Гринготтса?»»

«- Да, мне каждый день приносят экземпляр «Пророка». Однако должен признаться, что в последнее время случались дни, когда новости заставляли меня думать о розыгрыше. Я до сих пор помню, как ваш сын однажды сказал мне, что гоблины не шутят, поэтому, видимо, все прочитанное происходит на самом деле.»

«-Ваши бывшие собратья Пожиратели смерти, у которых хватило ума согласиться на предложение министерства о помиловании, теперь оказались настолько маргинализированы, что едва ли могут появляться на людях. Их темные метки не позволяют им играть какую-либо значимую роль в волшебном сообществе. Скажите, вам нравится работать в Гринготтсе?»

Северус Снейп не был дураком, он уже знал, что за пределами банка его не ждет хорошая жизнь. Темная метка не позволит ему торговать зельями где-либо в Британии, да он даже не сможет войти в аптеку, чтобы купить ингредиенты. «- Я вполне доволен своей нынешней работой и думал, мы договорились, что я смогу остаться здесь после того, как мой срок обязательного пребывания будет окончен?»

«- Сделка все еще в силе, хотя у меня может быть и другой вариант для вас. Возможно, у нас есть способ уничтожить метку…»

Северус был рад, что сидел, когда услышал предположение гоблина, избавление от клейма было тем, чего он желал много лет. «-Я не думал, что существует какая-либо возможность убрать метку Волдеморта…»»

«-Мы тоже так не думаем. То, что я предлагаю — это шанс изменить вашу преданность и, надеюсь, темную метку. Клятва на крови верности нации приведет к тому, что ваш статус пленника закончится, и как мы думаем, клятва Волдеморту аннулируется. Если все пройдет успешно, вы все еще могли бы остаться здесь и работать на нас, но если бы захотели, то также имели бы возможность уехать.»

Узнав гораздо больше о культуре гоблинов с тех пор, как научился говорить на их языке, у него был только один вопрос, на который он должен получить ответ, прежде чем любезно согласиться. «- Почему вы делаете мне такое предложение? Я не могу поверить, что ваш сын или его друг простили меня.»