Глава 68
Дорьян молчал. Он знал, что король крайне склонен к манипуляциям, и был против этого, о чем король знал. Он подозревал, что разговор с Деменором после их ухода, должно быть, касался обоих юношей, стоявших перед ним, и был почти уверен, что это был способ склонить их на свою сторону. Он вздохнул, почему все так запуталось. Ему нравился его сын, клянусь Солиеном, он любил его. Когда он увидел его вошедшим, то сразу же заметил, как он изменился. Его сын утратил иллюзии, это было заметно по тому, как он смотрел на свой народ. Он надеялся, что тот будет постигать истину медленно, но, видимо, урок оказался жестоким, и в голубых глазах появилась зрелость, которой раньше не было. Он тоже стал сильнее во всех отношениях. В общем, сотрудничество с этим Гарри, похоже, пошло ему на пользу. Он оглядел человека. Он был очень похож на его сына, но глаза были старше, и многое в нем преследовало его, он это чувствовал. Он был отличным эмпатом, но сейчас главными эмоциями были предвкушение, человек хотел быть принятым ими, но боялся, что для этого ему придется сыграть свою роль, а он этого не хотел. Было также напряжение, видимо, присущее его существу, беспокойство — за Тенеба, за других людей, которых он не мог определить, желание отомстить, досада. Гарри слегка ерзал под пристальным взглядом Дориана, когда почувствовал, что его дергают за ногу. Опустив взгляд, он встретился с любопытными голубыми глазами, похожими на глаза Тенеба, но с легким оттенком зеленого.
«Ты друг Тени?»
«Да, я, а кто вы, прекрасная леди?»
«Я не прекрасная леди, глупышка, я Делия», — гордо ответила девушка.
«Красивое имя, а я Гарри».
«Мне сказал Тени, и смотри, он подарил мне Лиму», — с гордостью показала она свою фигурку.
«Очень красиво, давай я тебе кое-что покажу… смотри, в руках ничего нет», — он показал ей свои руки, чтобы доказать, что они пусты. «Но если присмотреться… — он закрыл правую руку и положил на нее левую. Он подышал на нее.
«Раз, два, три!» На счет «три» он раскрыл ладонь, и из нее вылетело красное пятно, пронеслось вокруг головы Делии и снова уселось на ладонь. Стеклянный пегас бил лапами по его ладони, расправив крылья. На этот раз он был полон пламени.
«А теперь покажи ему свою руку, — сказал он Делии, забавляясь благоговением на лице младшей эльфийки. Она с нетерпением поднесла пальцы к маленькому пегасу. Он обнюхал его и, явно довольный, забрался к ней в руки.
«Можно я оставлю его себе?»
«Это зависит от обстоятельств», — сказал Гарри. «Ты будешь о нем заботиться?»
«Да!»
«Тогда можешь, скажи Одалю, чтобы он остановился, и Адессе, чтобы активировала его».
«Спасибо!»
«Не за что».
Но его последнее высказывание было упущено девушкой, которая сейчас была занята тем, что вручала стеклянного дракона стеклянному пегасу. Слегка улыбнувшись, она встала и посмотрела на Дориана и Илесю.
«Простите, я должен был спросить вас, прежде чем отдать его ей, я…»
«Не надо, — отрезала Илеса, — с твоей стороны было мило отдать ей его, но теперь она не перестанет беспокоить тебя и Тенеба…»
«Я не против, мне всегда хотелось иметь игрушки, когда я был моложе, и я могу понять ее нетерпение».
«Разве твои родители не дарили тебе игрушки?» — спросила мать Тенеба, немного озадаченная этим заявлением.
«Меня не воспитывали родители», — коротко ответил Гарри, — «их убили, когда мне был год».
Это заставило ее замолчать.
«Мне очень жаль», — наконец сказала она.
«Почему?»
Гарри перевёл взгляд на молодого принца, пронзая его.
«Темный маг убил их незадолго до своей кончины. Тот самый Темный маг, который сейчас убивает мой народ и угрожает жизни моего друга».
Напряженность его голоса испугала всех троих.
Тенеб молча наблюдал за обменом мнениями.
«Что вы теперь будете делать?» наконец спросил Дориан.
«Я вернусь к своему народу. Они нуждаются во мне, и я постараюсь избегать ваших земель, разве что если в какой-то ситуации потребуется моя помощь, тогда я приду. Я отдал себя в распоряжение Сил этого мира и откликнусь на зов тех, кто в этом нуждается. Но сейчас моему народу нужна помощь».
Дорьян кивнул.
«Кто этот Темный маг, ты же говорил, что он побежден».
«Да, но недавно он был воскрешен, и сейчас он возвращается к своей полной силе. Он превращается в некроманта, собирая свою силу, почему — я точно не знаю, но это включает в себя ритуал, ритуал Крови, записанный в чем-то вроде дневника Дойры. Он требует использования нескольких артефактов: Чаши Эрна, ацтекского рубина, кинжала Нерона, а также других вещей, но мои видения были немного путаными в этом…»
Дориан побледнел: этот ритуал был ему очень знаком, но он изо всех сил надеялся, что это неправда.
«Как зовут этого человека, и уверен ли ты в этом?»
Гарри прямо посмотрел ему в глаза.
«Он назвался Волдемортом, его настоящее имя — Том Марволо Риддл, и я сказал правду. Я бы позволил тебе увидеть все самому, но во время этого видения он пытал и убивал магглов, не волшебных людей, и такой эмпат, как ты, не смог бы этого вынести», — сказал Гарри.
«Ты позволишь мне войти в твой разум?» наконец спросил Дорьян.
Гарри удивленно посмотрел на него, но потом задумался. Тенеб смотрел на него, разрываясь. Он вздохнул.
«Ради твоего сына я позволю тебе это сделать, но только если ты пообещаешь не лезть глубже, чем это необходимо, не то чтобы я думал, что ты сможешь пройти мои барьеры…»
«Не буду», — ответил Дорьян. Он не ожидал, что тот согласится. «Я буду держать себя в рамках твоего поверхностного подсознания».
«Хорошо, но ты можешь найти то, что тебе не понравится», — предупредил Гарри.
Дорьян кивнул и отправил пробный зонд в сознание Гарри. Сначала ему показалось, что он натолкнулся на толстую стену, но он почувствовал, как она растворяется. Он вошел внутрь и стал наблюдать за разворачивающимися перед ним сценами. Он чувствовал, что человек наблюдает за ним и фильтрует эмоции, возникающие во время сцен, зная, что его эмпатия не сможет принять столько за один раз.
Через несколько минут он увидел достаточно.
Вернувшись, он бросил яростный взгляд на Деменора, который разговаривал с королем, затем посмотрел на сына и Гарри, чье лицо было полностью закрыто, пока он приводил себя в порядок.
«Мне нужна полная история».
Гарри посмотрел на Тенеба.
«Отец, мы бы не хотели обсуждать это здесь, может быть, позже, в более уединенном месте».
Дорьян кивнул, все еще разгневанный некоторыми увиденными вещами. Его больше возмущало то, что пережил его сын, но он также чувствовал нечто сродни жалости к человеку. Он видел, что его поведение с Делией заслужило уважение товарища, ведь тот, кого любят дети, не может быть плохим, по крайней мере, в понимании Илесы.
«Тенеб, я горжусь твоим выбором, но мне потребуется некоторое время, чтобы полностью принять его. Мне нужно стереть годы предрассудков, надеюсь, ты сможешь это понять». Тенеб кивнул с облегчением. Дорьян повернулся к Гарри.
«Я не могу сказать, что смогу доверять всем людям, но ты заслужил часть моего уважения, не теряй его. Не жди, что я радикально изменю свое отношение, мне потребуется время, чтобы преодолеть старые рефлексы».
«Это больше, чем я ожидал, придя сюда», — сказал Гарри, поклонившись в знак благодарности. Отец Тенеба был тем, кого он мог научиться уважать.
«Да, я понимаю», — сказал Дориан.
Селен молчала на протяжении всего разговора.
«Гарри…», — молодой волшебник посмотрел на принца, которому пришлось удержаться от того, чтобы не вздрогнуть под пристальным взглядом этих глаз. «Если ты можешь дать мне шанс, я готов дать его тебе», — он протянул руку.
Гарри с опаской посмотрел на нее, обдумывая предложение. И снова взгляд Тенеба убедил его; он неуверенно взял руку и был вознагражден небольшой улыбкой на лице Селен и широкой улыбкой Тенеба.
«Итак, где ты остановишься, Гарри?»
«Я планировал переночевать с лошадью на улице».
«Ерунда! Ты поедешь с нами! Ты тоже можешь поехать, Селен, так ты сможешь лучше узнать Гарри», — вмешалась Илеса.
«Ты так говоришь, потому что чувствуешь, что должна, или потому что хочешь?» — спросил Гарри, его лицо было настороженным.
«И то, и другое», — честно ответила мать Тенеба.
«Тогда я принимаю ваше предложение и благодарю вас за гостеприимство».
Заговорил Дорьян.
«Что ж, об этом будут говорить в замке всю неделю… Будь осторожен завтра при дворе, к тебе наверняка будут подходить представители разных группировок, я расскажу тебе немного больше о нашей политике, чтобы помочь тебе».
«Спасибо, Осиран». Осиран был старым термином, обозначавшим Верховного советника. Похоже, Дориану было приятно это слышать, и Гарри в очередной раз поблагодарил Арксерена за уроки языка, которые тот давал ему, как бы трудно ни было учить язык ксехнов. Ксехнийцы были Древними, общими предками эльфов, людей, магов, элементалей, веласов, вампиров, оборотней…
~ Видишь, я же говорил тебе, что ты увидишь пользу от этих уроков…
Арксерен, сколько времени прошло…
~ Ну, мы были заняты этой проблемой с блоком. И, кстати, мне пора идти, мы до сих пор ничего о них не нашли… Совет и мы работаем над этим… Зови меня, если понадобится моя помощь.
Гарри решил не шутить, Арксерен выглядел очень озабоченным.
Ладно, удачи.
~ И будьте осторожны с Наджирой, не доверяйте ей, что бы ни случилось.
Что?!
Но Арксерен уже ушел.
Он пожал плечами и снова обратился к Дориану.
«Простите, мой опекун хотел мне кое-что сказать».
«Ну, я спросил тебя, хочешь ли ты уйти».
Гарри задумался, прежде чем кивнуть.
«Да, если это не слишком большая просьба. И ты можешь не беспокоиться о том, что люди разнесут эти разговоры по округе, я наложил чары конфиденциальности, и нас никто не услышал».
«Хорошо, хорошо подумали. Вы можете уйти с Тенебом, Дейлой и, возможно, Селеном. Мы с Илесой встретим вас в нашем доме. А потом мы поговорим».
Юноши кивнули. Гарри взмахнул рукой, и Тенеб почувствовал, как что-то исчезло. Поприветствовав родителей Тенеба, молодой человек направился к выходу. Тенеб взял Делию на руки и собирался последовать за своим другом.
3584246