16. Отпустить

26 декабря

Драко не спал той ночью. Он даже ни разу не встал с дивана до тех, пока крошечный солнечный лучик не начал пробиваться сквозь окно на следующее утро.

Первый этап его плана вот-вот должен был осуществиться.

Решив, что у него есть немного времени до выхода, Драко решил заскочить в душ. Он подумал, что это, возможно, оживит его — или смоет его боль.

Не помогло.

Через десять минут он уже направлялся к башне Когтеврана. Он не питал особых надежд на то, что эта часть его плана сработает, но он собирался сделать для этого все, что было в его силах. И если у него не получится, ему просто-напросто придется придумать что-нибудь другое.

Белокурая дева на портрете снаружи когтевранской башни начала симпатизировать Драко на пятом курсе — он тогда недолгое время встречался с девушкой с этого факультета (он понятия не имел, что толкнуло его на это). Дева, насколько Драко было известно, была единственным портретом во всей школе, которому он вообще нравился. Его не любил даже тот портрет, что охранял его собственную башню. Так что когда рано утром он оказался возле этой девушки на портрете, она не посторонилась его, а довольно тепло его встретила: улыбкой и любезным приветствием.

— Драко Малфой! — радостно воскликнула дева. — Чем обязана удовольствием?

Драко прокашлялся.

— Я, эм…жду. Жду…друга.

— О, как мило! — проговорила дева. — Но единственная учащаяся, которая еще здесь, это Полумна Лавгуд!

— На самом деле, она как раз та, кого я ищу.

На секунду деву обрела озадаченный вид, но потом сказала:

— А, ну конечно! Наверняка она скоро выйдет. Я бы тебя впустила, но…ну, ты же понимаешь…мне не положено…

— Я понимаю, — заверил ее Драко. — Но вы не возражаете, если я просто подожду ее здесь, снаружи?

— Я совсем не возражаю, Драко! Но я должна предупредить тебя… — Она вдруг понизила тон и проговорила беззвучно:

— Она сейчас очень расстроена. Она очень хорошо дружила с…

— Да, я знаю, — оборвал ее Драко. На самом деле, ему было неинтересно обсуждать причину, по которой Полумна была расстроена. К слову, ему было наплевать.

Но время оказалось на его стороне — не успела дева сказать что-нибудь еще, как из дверного проема выступила Полумна.

Она застыла, увидев его, и ее обычно задумчивый вид сменился поистине растерянным.

— Полумна, — проговорил Драко как можно вежливее.

— М-Малфой, — запнулась она.

Ее глаза были красными и опухшими, и, судя по ее виду, она спала столько же, сколько и он. Похоже, дева была права — Полумна действительно была очень расстроена. Но, опять же, с чего бы ей не быть? Она была одной из самых близких друзей Гермионы — и, вероятно, ее лучшей подругой после того казуса на Святочном Балу.

— Мы можем поговорить? — спросил он ее.

Она уже зашагала мимо него, сказав:

— Не сейчас. У меня встреча с Гарри, Роном и Джинни…

— Пожалуйста, — проговорил Драко, заметив мольбу в собственном голосе. Да, он ее умолял, и он это ненавидел.

Услышав отчаяние в его голосе, Полумна обернулась. Судя по всему, любопытство взяло над ней вверх. Видимо, ей стало интересно, о чем Драко Малфою могло понадобиться поговорить с ней.

— Давай прогуляемся, — пробормотал он, легонько хватая ее под руку. Он одарил портрет благодарной полуулыбкой, после чего повел Полумну вниз по коридору и свернул за угол. Как только они оказались вне пределов чьей-либо слышимости, он перестал идти и развернулся к ней.

— Мне нужно, чтобы ты сделала мне одолжение.

Брови Полумны взлетели вверх.

— С чего бы мне делать тебе одолжение?

Это будет так же сложно, как он и предполагал. Только что она задала ему очень хороший вопрос — с чего бы ей делать ему одолжение? Они не были друзьями. Они не были и врагами, но зато он был врагом ее друзей. Он уже начал чувствовать себя побежденным, и на какой-то короткий момент подумывал над тем, чтобы забыть все это, пойти обратно в гостиную и проспать всю оставшуюся жизнь. Но осознав, что еще даже не попробовал хорошенько, он продолжил.

— Ты дружила с Грейнджер, — негромко проговорил он.

При упоминании Гермионы Полумна опустила глаза и, вперив взгляд в пол, всхлипнула.

— Да, — произнесла она тихо.

— Что ж, — продолжил Драко, — одолжение, о котором я тебя прошу — оно может помочь вернуть ее.

Полумна мгновенно вскинула голову и уставилась на него широко распахнутыми глазами.

— Что?

Он мысленно ударил себя по лицу за то, что слишком рано и слишком много ей открыл. В его план не входило рассказывать Полумне все. Но, может быть, так было правильно — вернее, если бы он мог точно быть уверен, что она не проболтается Поттеру и остальным. Но, конечно, она не стала бы помогать ему, пока не узнала бы, с чем именно она ему помогает и по какой причине. Так что он все ей рассказал.

— Перед тем, как я все тебе расскажу, ты должна поклясться, что это останется между нами и только между нами.

На секунду Полумна засомневалась. Ее глаза метались по коридору, будто она либо выискивала кого-то, либо замышляла побег.

— Ладно, — наконец, произнесла она.

— Ладно. — Драко сделал глубокий вдох. — Я думал о том, как…как вернуть Грейнджер. — Проговорил он напряженным голосом. — Но это будет нелегко. Вот почему мне нужна твоя помощь.

— Вернуть ее?! — переспросила Полумна. — Ты имеешь в виду…заклинанием?

— Нет, — сказал Драко, качая головой. — Нет, я не хочу возвращать ее из мертвых. В первую очередь я хочу сделать так, чтобы она вообще никогда не умирала.

Выражение лица Полумны стало озадаченным.

— Но как…

— Маховик времени, — ответил Драко как можно тише, прекрасно понимая, что кто угодно и когда угодно мог появиться из-за угла и услышать каждое их слово. — Я собираюсь вернуться в прошлое, во вчерашний день, и предотвратить ее смерть.

Полумна задохнулась.

— Ты сможешь это сделать? — В одно мгновение вместо грусти в ее широко распахнутых глазах появилась надежда.

Драко пожал плечами.

— Не знаю. Но я должен попытаться. Я почти уверен, что в кабинете Дамблдора есть один.

— Это замечательно! — воскликнула Полумна, а потом замолкла. — Но…как ты собираешься проникнуть в его кабинет?

— А вот здесь появляешься ты, — ответил Драко.

— В самом деле?

— Да. Так вышло, что я в курсе того, что у Поттера есть мантия-невидимка. Мне нужна эта мантия, если я собираюсь осуществить этот план. Ты должна достать ее для меня.

— Я? — спросила Полумна; на ее лице возник ужас. — Почему я?

— Потому что, — объяснил Драко, — ты все время ходишь в башню Гриффиндора. Ты ведь и сейчас туда идешь, разве нет?

— Да, но…

— Значит, ты должна будешь найти способ проскользнуть в спальню мальчиков, чтобы ее достать. Он наверняка прячет ее под матрасом или что-нибудь в этом роде. Просто посмотри везде, пока не найдешь ее, а потом принеси ее мне.

— Я не стану красть у Гарри Поттера! Он мой друг!

— Это не кража. Это заимствование, — возразил Драко. — Как только я закончу, я тут же тебе ее отдам. А может, мне даже не придется: после того, как наша текущая реальность изменится, получится так, что ты изначально никогда ее не брала.

Казалось, Полумна обдумывала это. Наконец, она сказала:

— Я сделаю все возможное, но не могу обещать, что смогу ее найти — не говоря уже о том, что мне придется искать ее так, чтобы никто ничего не заподозрил.

Драко кивнул. Перед ней определенно стояла непростая задача — хоть она и меркла в сравнении с тем, что ему предстояло сделать.

— Они сейчас сильно тоскуют, — негромко проговорил он. — Используй это как преимущество.

Полумна открыла рот, чтобы что-то сказать, но быстро его закрыла. У Драко было такое ощущение, будто она толком не знала, что ей делать. Ей предстояло предать одного друга, чтобы спасти другого, и он знал: она примет верное решение.