Глава 22

«Черт, я скучал по этому» — улыбнулся Гарри, лежа в постели с головой Флер у него на груди, они оба были совершенно голыми и накрыты только покрывалами. Они двое были потными, и с улыбками на лицах.

«Я бы обиделась, если бы это было не так» — ответила Флер с веселой улыбкой. «Я должна признать, что я тоже скучала по этому».

«Знаешь, мне все еще трудно поверить, что это происходит». — сказал Гарри, рассеянно гладя ее по спине.

«Что ты имеешь в виду?» — спросила она, наслаждаясь спокойствием.

«Иметь девушку в своей постели, не говоря уже о такой невероятно красивой, как ты».

«Почему в это так трудно поверить?» — спросила она.

«Когда я был моложе, мой дядя буквально вдалбливал в меня, насколько я нежелателен и как меня никто не любит и даже нет никакой возможности, что полюбит в будущем». — признался Гарри. «Знаешь ли ты, что в определенном возрасте у большинства мальчиков должен состоятся разговор с их опекунами или родителями, где им объясняют об отношениях между мальчиками и девочками?»

«Да, и что?»

«Главная идея разговора моего дяди заключалась в том, чтобы сказать мне: «Слушай, урод, если ты когда-нибудь посмеешь прикоснуться к девушке и она забеременеет, я размозжу тебе череп и оторву член».»

«Это ужасно!» — ахнула Флер, поражаясь тому, что она только что услышала.

«На самом деле он был довольно спокоен в тот день, или, по крайней мере, спокойнее, чем обычно», — ответил Гарри. «Как ни странно, когда они умерли, все ожидали, что я буду грустить и плакать по этому поводу».

«А тебе их не жаль? Даже немного?» — спросила Флер.

«Нет, самой положительной эмоцией, которую я когда-либо испытывал к ним, была неприязнь. Если я не убирался, не готовил или не страдал каким-то образом или в какой-то форме, то они не были счастливы». — ответил Гарри.

«Мне жаль, что тебе пришлось пройти через это», — сказала она мягким голосом.

«Все в порядке», — сказал Гарри, отмахиваясь от нее. «Я просто рад, что они больше ничего не могут мне сделать и что мне не нужно иметь с ними дело. Теперь здесь только я и Сириус».

«Хм, это хорошо, я рада за тебя» — улыбнулась Флер, прежде чем переместиться так, чтобы теперь она сидела верхом на нем. «А теперь, возможно, мы могли бы пойти на бис».

«Возможно, и могли бы» — ухмыльнулся Гарри.

На следующий день Гарри был у себя в комнате, мирно наслаждаясь чтением гримуара семьи Поттеров, в настоящее время он читал часть, написанную его дедом, где он рассказывал о отце Гарри и о том, как он вел себя в детстве, перед Хогвартсом.

«Гарри», — услышал голос Сириуса. «Не мог бы ты спуститься сюда, пожалуйста? У нас…гость.»

Гарри вздохнул и спустился вниз, судя по тому, как Сириус сказал «гость», Гарри быстро догадался, о ком он говорит, и решил просто поторопиться и покончить с этим побыстрее, он спустился вниз и вошел в гостиную, где увидел Сириуса, сидящего напротив не кого иного, как Альбуса Дамблдора.

«Эй, Сириус, ты звал меня?» — спросил Гарри, присаживаясь на подлокотник кресла, в котором сидел Сириус.

«Да, очевидно, директор хочет поговорить с нами обоими». — ответил Сириус.

«Позвольте мне угадать», — сказал Гарри, глядя на Дамблдора. «Это из-за Грейнджер?»

«Действительно, это Гарри», — кивнул Дамблдор, его так и подмывало упомянуть, что Гарри опять использовал фамилию мисс Грейнджер, а не ее имя, но он решил этого не делать. «Вчера я посетил больницу Святого Мунго и поговорил с мисс Грейнджер и остальными членами семьи Уизли. Между ними словно возникла небольшая пропасть».

«О?” Гарри приподнял бровь. «Расскажите».

«Ну, мистер Уизли, юная Джинерва и близнецы говорили, что вина за случившееся лежит на плечах мисс Грейнджер. Рональд, миссис Уизли и мисс Грейнджер говорили обратное. Все, что я знаю наверняка, это то, что мисс Грейнджер больше не может пользоваться правой рукой и ее выгнали из дома номер 12 на площади Гриммо, поэтому я надеялся, что, возможно, кто-нибудь из вас сможет объяснить, что произошло».