Глава 89

Нобу’тан был чрезвычайно доволен тем, что его план сам-собой пришел в движение. Правда, радость его омрачалась трижды проклятым Гилдерой Локхартом; Колином Криви – в меньшей степени. Поскольку они жили в разных Домах, первокурсник редко мог увидеть или разыскать варлока, так что встречи проходили не так уж часто, и, поскольку Нобутан знал, что Криви подпадает под критерии, которую он выдвинул Грейнджер для ее новой касты магов, он старался быть по крайней мере приветлив с мальчиком.

Локхарта же он продолжал избегать любой ценой – просто чтобы сохранить рассудок и не утопить Хогвартс в крови. В остальном всё было почти нормально, как будто он на время вернулся в Даларан. Учёба продолжалось, и Нобу’тан наконец-то смог постичь гораздо больше, поскольку потребность в чарах перевода наконец-то окончательно отпала, и он мог свободно говорить на английском.

Единственное необычное событие произошло в конце второй недели, когда Нобутан возвращался в башню Рейвенкло в конце дня; он услышал что-то сквозь стены замка.

— Приди… приди ко мне… Дай мне тебя разорвать… разорвать… я убью тебя…

Несмотря на то, что он долго жил с могущественными и порой неконтролируемыми существами, внезапно прозвучавший жуткий голос заставил Нобу’тана подпрыгнуть от удивления. К его ещё большему удивлению магия замка молчала, даже намёка не было на тревогу, поэтому он оказался совершенно слеп и не мог определить, откуда доносится голос. После нескольких минут бесплодных поисков он бросил это занятие и вернулся к Дому Орлов, отвечая на очередную нелепую загадку, чтобы войти в общий зал.

Едва упав в кровать, у него из головы вылетели все мысли о сне – жуткий голос напомнил о вещах, которые нельзя было оставлять без внимания.

Нобутан знал, что демоны не хранят верность своим варлокам и вообще смертным, и хотя Люциус, Яксли и другие, весьма умные Пожиратели смерти сразу же согласились на его заговор и план, соблазнённые силой, которую они могли получить, теперь, заполучив ее, они наверняка зададутся резонным вопросом: с чего бы им и дальше помогать ему в сборе артефактов для Легиона?

Зная импов, которых они призвали, Нобутан мог поспорить на гору золота, что они наверняка хоть раз упомянут про Легион, если их об этом кто-то спросит. Также они не станут скрывать разрушительную природу повелителей демонов. И вот это уже может стать серьёзной проблемой, если взрослые варлоки решат, что любят свой мир больше, чем обещания власти и богатства, которые Нобутан мог дать им в Азероте.

Ему пришлось бы приводить самые убедительные аргументы в пользу того, что их мир можно обменять ради чего-то гораздо лучшего. Хуже всего, если этот факт обнаружит сам Люциус. При таких раскладах Нобутану, вероятно, придётся раскрыть всё, что касается его самого и того, как он вернулся в их мир, включая Буревестников и их лидера – Гул’дана.

Чернокнижник не знал, как он отреагирует если узнает, что Нобутан был учеником нечеловеческого существа, раса которого как раз-таки стремилась уничтожить человечество в другом мире. Зато Нобутан знал, что этот манипулятор очень искусен и может пробиться даже сквозь ту скудную паутину лжи, которая сейчас удерживала Дамблдора на расстоянии, особенно если у него появится главный ключ к разгадке – знание о Легионе и магии Скверны.