Глава 556

Адрусбал посмотрел на взволнованного Маго, но его сердце осталось непоколебимым: ‘Гегемония Карфагена на Сицилии? Это должна быть гегемония твоих Магонидов на Сицилии!’.

Карфагены верны своей расовой принадлежности как финикийцы, предпочитая бизнес и торговлю военной агрессии. В течение сотен лет карфагены в основном мирно вели колонизацию и торговлю на Сицилии с греками, за исключением нескольких конфликтов. Но 80 лет назад Гелон, тиран Сиракуз, напал на Гимеру и вынудил Терилла, тирана Гимеры, обратиться за помощью к главе карфагенских Магонидов и своему близкому другу Гамилькару.

В то время Гамилькар был в ярости из-за жестокого обращения с кланом его матери* в Сиракузах, поэтому без единодушного согласия сената Гамилькар организовал экспедицию на Сицилию за счет собственного кармана. В результате Гелон разбил их в Гимере, а Гамилькар погиб. Таким образом, Магониды сделали своей миссией разгром Сиракуз и увлекли за собой карфаген. С тех пор карфагены и Сиракузы воевали на протяжении десятилетий… (Мать Гамилькара была родом из Сиракуз.)

Хотя Магониды уже потеряли абсолютную власть в Карфагене, они все еще хотели побудить народ участвовать в бесконечной войне на Сицилии… Адрусбал, который знал некоторую внутреннюю информацию, усмехнулся. Несколько раз кашлянув, он холодно сказал: «Нам нужны люди для войны, но из-за двух предыдущих войн с Сиракузами, начатых вами и вашим братом, Карфаген потерял слишком много граждан. Боюсь, наши граждане не хотят и не могут участвовать в новой войне!».

Слова Адрусбала задели больное место Маго, заставив его смутиться, и он смог только сердито сказать: «Мне не нужно, чтобы граждане вступали в войну! Пока есть достаточно наемников, я могу повести их и свою армию в атаку на Сиракузы!».

Адрусбал рассмеялся и сказал: «Господин Маго, вам легко говорить «Пока есть достаточно наемников»! Разве вы не знаете, что нам также нужно много денег, чтобы платить им жалованье? Ваши нынешние наемники уже истощили сокровища Карфагена, а вы хотите набрать еще солдат? Не только Сенат не согласится, но и народ будет против, ведь это означает увеличение налогов. Более того, слишком большое количество наемников будет поводом для беспокойства, как и то, что вы сказалт ранее, Господин Маго: Если мы не сможем платить им вовремя, эти наемники взбунтуются».

Маго некоторое время не мог ответить. Через некоторое время он неохотно сказал: «Даже если мы не увеличим число наших солдат, я, конечно, смогу вернуть города-государства и земли, которые мы потеряли с нашей нынешней армией в Сицилии! Поэтому я хочу, чтобы вы, Господин Адрусбал, сказали Сенату пересмотреть этот вопрос!».

Адрусбал, однако, категорически отказался: «Владыка Маго, разве вы не знаете нынешнее положение Карфагена? Карфагену нужно восстановить свое процветание, и народ надеяться жить мирной жизнью; поэтому никто не хочет жертвовать своей жизнью ради этих земель и необъяснимых причин, не имеющих к ним никакого отношения! Мы уже заключили мир с Сиракузами, а теперь вы хотите, чтобы мы нарушили мир с ними и возобновили войну? Это разозлит не только Сиракуз, но и Теонийцев, с которыми мы только что установили некоторые связи. А Карфаген не примет такого опрометчивого решения!».

Маго был возмущен его словами: «Адрусбал, раньше я думал, что вы волевой и имеете свои независимые мнения и взгляды в Сенате. Но, похоже, вы ничем не отличаетесь от тех, которые цепляются за Ганнона. Знаете ли вы, как их называют в народе?».

Столкнувшись со злостью Маго, Адрусбал сдержал свой гнев и сказал: «Мое мнение всегда отвечало интересам Карфагена, и я не буду думать, кто будет за, а кто против. Скорее, Господин Маго, действительно ли вы приняли это решение в интересах Карфагена? Я хотел бы напомнить вам, что в связи с тем, что это непростой период, Сенат отправит старейшину в качестве судьи на Сицилию, чтобы эти наемники не стали причиной несчастных случаев, ослушавшись нашего приказа!».

После встречи они расстались.

Когда Адрусбал покидал резиденцию губернатора, он все еще слышал крики Маго внутри. Окончательно приняв решение, он согласился на частное предложение Ганнона отправить посланников для скорейшего достижения соглашения с Теонией.

По дороге в порт он нахмурился, встретив наемников с разными акцентами и в разной одежде: «Нет абсолютно никакой необходимости в существовании сицилийской зоны военной обороны! Зачем вести войны, если можно добиться мира и выгоды путем переговоров…

***

Ночью порт Сицилетиума был безмолвен, и слышался только шум прилива, нежно ласкающего порт.