Глава 71

В Зале Чаоу.

Чэн Цянье нахмурилась и посмотрела на Чэн Фэна: «Как ты думаешь, куда они убежали? В страну Сун? Это та страна Сун, где жил Чу Ечжи?»

Чэн Фэн сказал с угрюмым выражением лица: «Это прямое невыполнение служебного долга. Мы узнали об этом слишком поздно. Когда их исчезновение обнаружили, они уже покинули пределы Бяньчжоу. Согласно собранным сведениям, они должны были бежать в Царство Сун.»

Чэн Фэн теперь отвечал за защиту всего дворцового комплекса, и он считал себя прямым нарушителем служебных обязанностей, когда сейчас кому-то удалось так легко сбежать из дворца.

«Это моя вина.»

Чэн Цянье махнула рукой: «Они вдвоем жили во внешнем дворе, отделенном стеной от дворцовых ворот, и я приказал не ограничивать его личную свободу.

Как ты мог помешать ему уйти?»

«Как бы то ни было, на мой взгляд, в этом деле есть что-то подозрительное.» — сказал Чэн Фэн: «У них двоих нет ни гроша за душой. Но, судя по записям о выезде из города, они сидели в карете. У них было не только четкое направление в пути, но и высокая скорость передвижения. Этот скромный слуга подозревает, что с очень большой вероятностью их побег был организован кем-то со стороны.»

Чэн Цянье погрузилась в глубокое раздумье.

С этой точки зрения, их побег был спланирован, но Чжоу Цзыси, вероятно, не планировал ничего подобного несколько дней назад.

Поскольку он все-таки оставил тот план по реформированию налоговой системы для нее, он чувствовал себя в какой-то степени виноватым. Если бы ему пришла в голову эта идея несколько дней назад, Чэн Цянье смогла бы разглядеть оттенок вины в свечении его ауры, стоило бы ей только открыть Систему.

Поэтому, не заметив ничего подозрительного, Чэн Цянье два дня назад приняла решение закрыть Систему.

Так что проблема, скорее всего, заключалась в служанке по имени А’Ян.

Когда они впервые встретились, Чэн Цянье почувствовала, что эта А’Ян что-то скрывает от нее.

Теперь, если задуматься об этом, служанка, которая могла прямо вломиться в дворцовые ворота, не боялась ее и могла красноречиво говорить, была очень подозрительной.

Но поскольку А’Ян не проявляла злых эмоций по отношению к Чжоу Цзыси или к ней самой, Чэн Цянье не беспокоилась о том, что в сердце этой женщины были какие-то ее собственные секреты.

«Я как-то слишком полагаюсь на свой «золотой палец». Я даже не смогла обнаружить такой очевидный недостаток.» — подумала Чэн Цянье: «В эти последние несколько дней я совсем не обращала внимания на эту скромную служанку. Кто бы мог подумать, что ее секрет состоял в том, чтобы убедить Чжоу Цзыси сбежать.»

Яо Тяньсян сидела рядом с Чэн Цянье, листая план по реформированию налоговой системы, оставленный Чжоу Цзыси: «Всего несколько дней назад он все еще был ранен и болен, но все-таки смог составить такой подробный проект, приняв во внимание все аспекты. Он на самом деле несколько одарен.

Это было сделано от всего сердца. Он, вероятно, хотел использовать это, чтобы отплатить тебе за доброту.»

Яо Тяньсян внимательно, лист за листом, прочитала толстую пачку почтовой бумаги, разобрала ее и передала Чэн Цянье.

«Я вроде как понимаю тебя. Теперь Чжан Фу отправился в Хаоцзин, а Сяо Цзинь был переведен тобой обратно в Цзянчэн. В твоем окружении не хватает подобных талантов, и случилось так, что ты нашел одного, и был просто счастлив, но кто же знал, что он снова сбежит. Неудивительно, что ты так злишься.»

Чэн Цянье бросила на нее ничего не выражающий взгляд, подняла руку и ударила ею по столу, потом взяла со стола сапфир, снятый с цепочки, и нетерпеливо завертела его в руках.

Мо Цяошэн сжал кулаки: «Если мой господин гневается, я немедленно возьму несколько надежных людей, мы проникнем в Царство Сун под видом простолюдинов и привезем Чжоу Цзыси обратно. Пусть господин сам решит его судьбу.»

Чэн Фэн сказал: «Цяошэн, не следует поступать импульсивно. Согласно тем данным, которые нам удалось получить, очень вероятно, что тем, кто забрал этого человека, был принц Ан из Царства Сун. Детали должны быть подтверждены нашими шпионами в Царстве Сун.»

«Принц Ан? Кто это?» — спросила Чэн Цянье.

«Этот человек, я знаю его.» — Яо Тяньсян схватила Чэн Цянье за рукав: «Правитель Царства Сун, Сун Сян-гун, Цзи Юань, обладает слабым характером, но его сын Цзи Ан отличается от своего отца.

Этот человек глубоко коварен и имеет множество стратегий. Он привлек к себе много способных людей из подданных Царства Сун и иноземцев, собрав вокруг себя тысячи последователей. Ходят слухи, что он также принял к себе группу совсем юных мальчиков и девочек, все из которых считаются его приемными сыновьями и дочерьми, и были воспитаны им, как теневые стражи.

Мой старший брат однажды сказал, что принц Ан очень амбициозен, и нужно быть очень осторожным, имея подобного соседа. Реки Царства Сун полноводны, а земля плодородна, в этой стране множество плодородных земель.

Ее жители любят договариваться, а не воевать. Даже их армия не очень хороша в сражениях, но в Царстве Сун существует традиция использовать женщин для заключения браков с соседними странами. Так, например, моя матушка, старая госпожа Цзи Тай — дочь правящей семьи из Царства Сун.»

Все слушали, затаив дыхание. Никто из присутствующих не был знаком с этими династическими делами лучше, чем Яо Тяньсян.

«До падения государства Вэй, где находился твой Чжоу Цзыси, там часто заключались браки с государством Сун, и в государстве Вэй было много дочерей из благородных кланов Сун. После того, как страна Вэй была разрушена, я слышала, что Цзи Ан послал людей забрать некоторых замужних женщин из династии Сун и их родственников, чтобы они нашли убежище в стране Сун. За это его очень хвалили. Возможно, Чжоу Цзыси присоединился к Цзи Ану из-за этого.»

Чэн Цянье играла с голубым драгоценным камнем, погруженная в свои мысли.

Мо Цяошэн взглянул на белые и блестящие пальцы, которые несколько раз перевернули и потерли сапфир.

Внезапно он вспомнил, что эти руки сделали с ним раньше, и на его лице появился подозрительный румянец.

Чэн Цянье взглянула на него и чуть не рассмеялась вслух.

Она спрятала камень в рукав и торжественно сказала: «Правитель Сун прячется за нами, полагаясь на Бяньчжоу как на барьер между собой и армией Цюаньжунов. На этот раз наша Великая Цзинь планирует отправить войска в Чжэнчжоу для борьбы с армией Цюаньжунов, но там не хватает продовольствия и фуража. Достопочтенный Сун Сян-гун тоже должен внести свой вклад в это дело.

Цяошэн, я отдаю под твое командование 20 000 всадников. Чэнь Бин находится на границе Царства Сун, так что я смогу одолжить кое-какие военные припасы у Сун Сян-гуна. Заодно привези того человека обратно ко мне.

Чэн Фэн, ты отправишься посланником в Царство Сун от моего имени. В дополнение к тому, чтобы затребовать военные припасы, ты скажешь правителю Сяну из Сун, что у меня есть беглый раб, который сейчас пришел на его земли, и что я прошу вернуть его мне. Он может заново продать его мне, если пожелает, но, несмотря ни на что, я хочу использовать этого человека, и он непременно должен вернуть его мне.»