Глава 156

Навирозе вышла из воды. Похоже, она всё ещё не собиралась прикрывать тело. Протянув палец, она сказала:

— Принеси-ка мне одежду оттуда.

— …Хорошо.

Одежда Навирозе валялась в стороне на берегу озера. От плаща до нижнего белья — всё было разбросано как попало, словно отражая её характер.

‘Совесть подсказывает, что на это смотреть не стоит’.

Передав одежду, Ронан отвернулся. За спиной раздался озорной голос:

— Забавно. Хотя сам уже успел вдоволь налюбоваться.

— Я же сказал, это не нарочно. Я не знал, что ты там купаешься.

— Можешь радоваться, ты пока единственный мужчина, который видел меня в таком виде. Если подумать, то из женщин — только Адешан. Эта девчонка тоже весьма…

Навирозе начала рассказывать историю о том, как они когда-то ходили с Адешан в баню. Тема была, безусловно, интересной, но обстановка не располагала. Ронан перебил её:

— Так что же всё-таки произошло?

— Сначала давай немного пройдёмся.

Тем временем Навирозе успела одеться и вышла вперёд. Её одати висел за спиной. С невысушенных волос капала вода.

Они вдвоём медленно пошли вдоль берега озера. Каждый раз, когда ветер шелестел в траве, стрекот насекомых усиливался. Она заговорила.

— Ты прав в своих догадках. Это рана, которую я получила в начале года во время боя с Зайфой.

— Значит, то, что ты сказала, будто не ранена…

— Да. Я солгала, чтобы сохранить лицо.

Навирозе усмехнулась. Она задрала рубашку выше пупка, показывая шрам. Даже при повторном взгляде рана выглядела очень серьёзной.

— Эта рана решила исход боя. Его глефа сломалась посреди схватки, и я была уверена, что победила, но этот чёртов кот скрывал свою силу. Его когти, обрушившиеся на меня словно десять мечей, были мне не по силам.

— Чёрт, да это же нечестно!

— Я была ошарашена, но его мастерство было настоящим. И у меня, проигравшей его когтям, хоть и вооружённой знаменитым мечом работы мастера Дорона, не хватило духу заявлять о нечестном приёме.

Навирозе описала свой поединок с Зайфой. Само сражение на мечах можно было бы считать её победой, но после того, как Зайфа пустил в ход когти, она была полностью подавлена.

— Как я уже говорила, у меня не было ни шанса победить. На самом деле, даже его глефа сломалась, не выдержав его силы, так что нельзя сказать, что я победила его в поединке на мечах. Эта рана оставила шрам не только на моём теле, но и в душе.

— Разве ты не оправилась в тот день?

Ронан вспомнил их спарринг сразу после его возвращения из мира разума (прим.: корейское слово 해주 (haeju) буквально означает «разрешение», «освобождение», здесь относится к процедуре, которую проходил Ронан). После поединка Навирозе определённо улыбалась без тени сомнения. Он был уверен, что тогда она преодолела свою травму.

— Я тоже так думала. И действительно, после поражения от тебя моё состояние удивительно улучшилось.

— Строго говоря, это не было поражением. Ты ведь была не в лучшей форме, инструктор.

— Поражение есть поражение. И это было приятное поражение. В любом случае, вывод таков: я думала, что исцелилась, но это было не так. То отчаяние, что я испытала тогда, убило змею, жившую в моём сердце.

— Убило змею… неужели это значит…

— Да. Я больше не могу проявлять ауру.

Лицо Ронана напряглось. Слова о невозможности проявлять ауру легли на сердце тяжёлым свинцом. Внезапно что-то подступило к горлу из самой глубины души.

— Чёрт возьми, я не понимаю. Неужели твоё ядро повреждено?

— Ядро не так-то легко повредить физическим ударом. К тому же рана не задела сердце.

— Тогда почему, чёрт возьми…

Ронан не договорил. Он не понимал. Навирозе, молчавшая с горькой усмешкой на губах, нарушила тишину.

— Ронан. Ты знаешь, как различаются типы ауры?

— К чему вдруг?.. Не могла бы ты перестать менять тему?