Глава 309: “Уничтожить (4)”
“Я предоставлю нашему монарху право выбирать, как и что делать, чтобы это работало для нас”. Хуа Яо отказался сдвигаться с места даже с изменением тона Цинь Юэ. Он не был Кэ Цан Цзюем, и он не заботился, возмутил ли он Цинь Юэ, даже если Цинь Юэ хотел убить его за это. Единственная вещь, которая имела значение для Хуа Яо, состояла в том, мог ли он вызвать хаос в клане Цин Юнь.
Цинь Юэ посмотрел сердито на Кэ Цан Цзюя и остался тихим долгое время, прежде чем он наконец сказал: “Хорошо! Я соглашаюсь на это! Но ты должен пообещать не трогать любого из прямых учеников Старцев. И ты должен дать мне яд как можно быстрее, потому что я отказываюсь ждать!” Ослепленный желанием мести за убийство его дочери, и прогибающийся под очевидной угрозой Кэ Цан Цзюя, у Цинь Юэ не было выбора, кроме как принять неблагоразумные требования Кэ Цан Цзюя.
Хотя Цинь Юэ знал, что требование Кэ Цан Цзюя принесет ему большое сопротивление и гнев от других Старцев, он был, тем не менее, уверен, что клан Цин Юнь твердо находился под его контролем, и даже неудовольствие Старцев не вызовет ничего катастрофического.
Высокомерие Цинь Юэ скоро заставит взять его свои слова назад. Он думал, что, хотя Кэ Цан Цзюй был высокомерен, он будет знать пределы и не будет переступать через границы. Он не понимал, что Кэ Цан Цзюй перед ним был заменен другим человеком и этот человек, Хуа Яо, вместе с Цзюнь У Се не хотел ничего, кроме как разрушить и погрузить клан Цин Юнь в хаос!
“Будь уверен, так и будет”. Его цель была достигнута, Хуа Яо не говорил ничего после этого и просто кивнул головой в соглашении, в то время как Цинь Юэ продолжал разглагольствовать, но в его сердце он тихо смеялся.
Несмотря на все великие планы, что он имел в отношении семьи Цзюнь и Императора Ци, Цинь Юэ не знал, что человек прямо перед ним, с которым он делил свои планы, готовил упадок клана Цин Юнь.
После того, как Цинь Юэ был удовлетворен ответом, который он получил, он встал, чтобы уехать.
Когда Цинь Юэ приблизился к двери кабинета, Хуа Яо внезапно сказал: “Не забудь бережно хранить ту карту”.
Шаги Цинь Юэ замедлились, и он на момент встал, напрягшись. Он остался тихим некоторое время, прежде чем он ответил мягко: “Я знаю. Она надежно спрятана”.
Цинь Юэ стоял спиной к Хуа Яо тогда, иначе он, возможно, поймал бы вспышку радости, которая показалась кратко в глазах Хуа Яо, когда он ответил.
Цинь Юэ уехал, и Хуа Яо остался с одной только маленькой черной кошкой в комнате.
В тишине Хуа Яо положил голову на ладони и уставился на маленькую черную кошку, которая сидела тихо, и спросил: “Твоя семья стоит за убийством Цинь Юй Янь и Цзян Чэнь Цина?”
Цзюнь У Се повернула ее пушистую голову и посмотрела спокойно на Хуа Яо. С быстрым умом Хуа Яо для него не было трудно соединить факты.
“Это был я.” Честно ответила она.
Хуа Яо был озадачен ее честным ответом и внезапно рассмеялся вслух.
“Так вот почему ты хочешь уничтожить клан Цин Юнь. Ты все это время ждал, что сегодняшние события произойдут. Ты рассуждал, что если ЦИнь Юэ узнает раньше, он раньше сделает свой ход, поэтому намеревался уничтожить клан Цин Юнь?”
“Да”. Цзюнь У Се сказала просто.
Хуа Яо посмотрел внимательно на маленькую черную кошку. Через эту пару холодных глаз он, казалось, смог увидеть проблеск души внутри этого маленького тела.
“После того, как вопрос с кланом Цин Юнь улажен, если ли у тебя время, чтобы пойти с нами?” Он думал, в таком молодом возрасте обладать таким спокойным и дотошным умом, было невероятной комбинацией.
“Я уже не согласился на это?” Черная кошка сузила глаза и спрыгнула со стола.
“У Цинь Юэ, кажется, нет пределов снисходительности к требованиям Кэ Цан Цзюя, пока это не угрожает его позиции монарха. Мы можем делать все что хотим и идти куда хотим на двенадцати пиках. Не упускай эту возможность”. Цзюнь У Се произнесла эти слова и прыгнула в теле черной кошки.