Глава 65

Глава 65

— Ха…

Елена открыла глаза. Тусклый свет свечей и фонарей мерцал в темноте. Она прилегла на короткий отдых, но, похоже, солнце уже село.

— Ах, моя госпожа.

Старшая горничная, дремавшая рядом с ней, поспешно встала и поклонилась.

— Должно быть, уже ночь. Я взвалила на тебя тяжкое бремя.

Елена слабо улыбнулась, и служанка поклонилась еще ниже, униженная фразой Елены.

— Это моя естественная обязанность. Вот, позвольте мне сменить вам мокрое полотенце.

— Нет, я не думаю, что у меня еще жар. Я хотела бы немного посидеть.

— Конечно, моя госпожа.

Елена взяла заботливо протянутую руку старшей горничной, встала с постели и подошла к мягкому креслу.

— Дети пошли на банкет?

— Да, уже как несколько часов. Вот, моя госпожа.

— Спасибо.

Елена сделала глоток чая, который был полезным при простуде, затем повернула голову и взглянула в окно. Вдали виднелись полумесяц, и туманный свет от него отблескивал на поверхности моря. А город в конце береговой линии излучал ослепительное сияние, словно для того, чтобы затмить одиночество ночного моря.

— Надеюсь, ничего не случилось… — вспоминая о своих плохих отношениях с графом Сагундой, тихо пробормотала Елена.

— Не волнуйтесь, моя леди. Его Светлость Алан, а также принц Ян, все они там, ничего не случится, — попыталась успокоить Елену старшая горничная.

Елена даже тогда вздохнула, как будто что-то все еще тяготило ее сердце. В этот момент дверь открылась, и Мия подошла к ней со своей куклой-кроликом и обняла маму.

— Да, моя маленькая девочка. Что ты делаешь так поздно без сна?

При улыбке Елены Мия подняла голову и указала за дверь.

— Боже мой!

Глаза Елены слегка расширились.

За дверью маленький гоблин, которого ее сын привез из экспедиции, неловко оглядывался по сторонам, навострив уши.

— Что, где это, по-твоему, гоблин…

Старшая горничная нахмурилась, увидев Каззала. Но Елена тепло улыбнулась, прежде чем поднять руку и поманить его.

— Все в порядке. Ты тоже должен войти.

— Кииии.

Каззал знал, что даже самому страшному Пендрагону было трудно разговаривать со своей матерью Еленой. Каззал осторожно шагнул к Елене. Мия подошла к нему, взяла его за руку и потянула.

— Тебя зовут Каззал, верно? Спасибо за то, что играешь с моей дочерью. Хочешь немного?

Какова бы ни была причина, Мия любила играть с Каззалом, и Елена лично видела, как они ладили. Она тепло улыбнулась и протянула поднос с закусками.

— В-верно. Красавчику Каззалу тяжело играть с маленьким Пендрагоном. Меня нужно благодарить.

Каззал, задрав нос, быстро сгреб все печенья вместе и сунул их в рот. Старшая горничная и другие присутствующие недоверчиво смотрели на Каззала, и, заметив их взгляд, он на мгновение замер, чем прежде дать Мии печенье, которое все еще держал в руке.

— Но благодаря маленькому Пендрагону орки-воины не могут беспокоить красавчика Каззала. Красавчик Каззал благодарен. Съешь это.

Мия хихикнула и взяла печенье, прежде чем откусить.

Они оба были примерно одного роста и размера, и Елена расхохоталась, увидев взаимодействие между ними.

Даже когда она была младше, Мия всегда хранила молчание. Но она не была немой. Она разговаривала во сне, когда ей снились кошмары. Она намеренно предпочла не разговаривать. Более того, она редко выражала свои эмоции посторонними и всегда играла со своей игрушкой.

Как мать, Елена не могла не волноваться за свою младшую дочь.

Однако Мия полностью изменилась, когда ее старший сын чудесным образом очнулся от комы. Хотя Мия по-прежнему была солчалива, выражение ее эмоций стало несравнимо богаче и чаще по сравнению с прошлым.

Все благодаря ее сыну Алану.

Роль других существ, которых ее сын привел домой, также была значительной. В частности, гоблин по имени Каззал и орк-друид Кратул играли с Мией всякий раз, когда у них было свободное время. В основном это происходило так, что Мия гонялась за обоими, и они двое неохотно сдавались, но Елена знала, что у них не было никаких негативных эмоций по отношению к её дочери.

Вот почему она была благодарна Каззалу и Кратулу.

— Есть намного больше, так что бери сколько хочешь.