Том 6. Часть 7
Ухмылка перекинулась с одной стороны ее лица на другую: «Но, боюсь, ни одна из этих историй меня не впечатлила. Страшные анекдоты не пугали меня в детстве и уж точно не пугают сейчас». Она прижалась губами к его губам в нежном поцелуе: «Кроме того, в свое время мне было гораздо любопытнее узнать о Певерелле, чем о тех, кто приходил до него».
«А что, если в том, что обо мне шепчут, есть доля правды?» У Гарри слегка перехватило дыхание. Он собирался раскрыть секрет. Возможно, не самый большой, но, тем не менее, опасный: «Какая-то правда о той предполагаемой сделке со Смертью?»
«Есть?» Марлин приподняла тонкую бровь, явно не понимая, дразнит он ее или нет.
Гарри жестом указал на надгробие: «У Игнотуса было два старших брата… Антиох и Кадмус… Они оба умерли раньше него».
Марлин нахмурилась, поэтому Гарри просто продолжил и потянулся к своей мантии: «Я уже показывал тебе эту…»
Он положил мягкий серебристый материал плаща-невидимки в ее раскрытые объятия. Гарри уже несколько раз давал ей его в Хогвартсе, когда ее дезиллюминационное заклинание еще не было совершенным, и они собирались встретиться наедине.
«Да.» Марлин кивнула, проведя пальцем по гладкому шелковистому материалу: «Он работает лучше, чем любой другой плащ, о котором я слышала».
«Это далеко не обычный плащ». Он жестом указал на могилу: «А что, если я скажу, что когда-то он принадлежал Игнотусу?»
Марлин нахмурилась: «Гарри, обычный плащ-невидимка работает, наверное, лет пять… Не может быть, чтобы…»
Она резко остановилась; ее рот оставался открытым. Гарри почти видел, как вращаются колесики в ее мозгу Когтеврана. Она перевела взгляд с Гарри на плащ в своих руках, а затем на имя, высеченное на могиле рядом с ней.
«Он был младшим из трех братьев?» Она тяжело вздохнула.
«Да, был». Гарри улыбнулся, понимая, что она на правильном пути: «И он пережил их обоих с очень большим отрывом».
«И вы говорите, что когда-то он владел этим плащом?» очень медленно спросила Марлин, не сводя с него взгляда.
«Вообще-то…» Гарри ухмыльнулся: «…Он был подарен ему, пока он не передал его своему сыну».