глава 17

— Кто-нибудь попытался выполнить щит «Ребимио»? — спросила профессор Тура, которая стала в этом году новым учителем по Защите От Темных Сил. Проще говоря, она была молода, красива и доброжелательна. Почти каждый парень был ею сражен.

Рон быстро поднял руку. Поскольку Гарри не было, Рон был лучшим в классе по Защите. Ну, по крайней мере, в теории, ведь Гермиона была лучшей в практике.

— Мистер Уизли, встаньте, — сказала Тура с расчетливой улыбкой. — Я брошу в вас простенькое проклятье, а вы выполните задание, защитившись от него.

— Хорошо, — сказал Рон, вставая, и вышел на пустое пространство перед учениками.

Он вытащил палочку и выставил её вперед, повернувшись к профессору Туре, которая поступила точно так же.

— Я готов, — произнес он, собрав остатки своей уверенности.

Без каких-либо предупреждений Тура достала палочку и запустила в Рона возникшие из ниоткуда ножи. За оставшиеся секунды до попадания заклинания он крикнул:

— Ребимиокс!

Проклятье врезалось в щит и вернулось к Туре обратно. Она выставила простой, но мощный щит, который поглотил заклинание.

— Очень хорошо, мистер Уизли. Теперь вы, мистер Лонгботтом. Посмотрим, как вы справитесь с этим заданием, — сказала Тура с улыбкой.

Невилл кивнул и вышел перед классом, в то время как Рон вернулся на свое место. На этот раз Тура была с палочкой в руке и медленнее атаковала Невилла. Возможно, она думала, что он медленно соображает, и запустила в него Ватноножное проклятье. Он с легкостью поставил щит «Ребимиокс».

— Это еще ничего не значит, — воскликнул Рон с отвращением. — Вы специально поддались ему!

За последние несколько недель уроков Защиты От Темных Сил Тура показательно относилась к Невиллу лучше, чем к другим. Он стал ее любимчиком, таким же, как Малфой у Снейпа. Хоть Тура и не была в прошлом гриффиндоркой — Тура была потомственной слизеринкой — но все равно выделяла из всех учеников именно Невилла.

Тура безумно улыбнулась.

— Я? — проворковала она.

— Да!

— Отлично. Тогда почему бы тебе не продемонстрировать надлежащее выполнение заклинания и посмотреть, выдержит ли его щит? — тихо спросила она.

Несмотря на протесты Гермионы, Рон с сердитым видом встал и направился в переднюю часть класса, все время глядя на Невилла. Профессор Тура отошла назад и села за стол перед всем классом.

— Мистеру Уизли разрешено использовать одно заклинание, любое на свой выбор, чтобы попытаться преодолеть щит мистера Лонгботтома. Ничего смертельного или запрещенного не должно быть использовано, — затем она повернула голову и подмигнула Невиллу. Её жест был скрыт от Рона длинными светлыми волосами.

— Ребимиокс Акелератус, — сказала она ему одними губами.

Невилл уверенно кивнул, шепотом произнося новое заклинание, а затем посмотрел на Рона, который решил не терять даром время. Невилл поднял палочку и пробормотал:

— Ребимиокс Акелератус, — в то же время Рон выкрикнул очень сильное проклятье, которое пролетело через всю комнату, сопровождаемое ухмылкой Рона. Тем не менее, оно попало в щит Невилла и отскочило гораздо быстрее, чем от обычного щита. Рон был сбит своим проклятьем раньше, чем он узнал, почему оно отскочило. Пена начала течь из его рта.

Профессор Тура встала и жестом отправила Невилла на место.

— Благодарю вас, мистер Лонгботтом, — затем она вытащила свою палочку и произнесла контр-проклятье, антипод которого доставлял Рону немало проблем.

— Сегодня наш урок будет о необязательных Щитовых чарах, — произнесла она, жестом показывая, что Рон может вернуться на своё место. Рон занял свое место, вперив ненавидящий взгляд в Невилла. — Для победы в бою мало того, что вы быстры, знаете множество заклинаний и точно попадаете в цели. У вас так же должна быть развита быстрота мышления. Кто-нибудь может дать предположение относительно того, как нужно мыслить во время боя и как не нужно?

— Я думаю, что гнев и высокомерие — плохие помощники в бою, — быстро сказала Парвати в ответ на вопрос.

Тура кивнула в знак согласия.

— Правильно. Десять балов «Гриффиндору». Гнев и высокомерие могут помогать до определенного момента. Волан-де-Морт является ярким примером этого. Он очень высокомерный человек, и все, что он делает, происходит под воздействием гнева.

— Он непобедим, не так ли? — спросил испуганный хаффлпафец.

В классе резко настала тишина, во время которой все смотрели друг на друга. Никто никогда не скажет это прямо, но все думали о том, что шанс победить был только у Гарри Поттера, но он, похоже, исчез.

Тура положила руки на стол и наклонилась вперед, посмотрев на каждого в классе напряженным взглядом.

— Можете не сомневаться. Волан-де-Морт. Будет. Побежден, — затем она посмотрела на Рона. — Главное, чтобы вы сами не позволили себе высокомерие, которое может привести вас к краху.

Воцарилась тишина, во время которой Тура стояла молча, производя еще больший эффект на учеников. Никто не посмел ничего сделать, пока она стояла и смотрела на них. Наконец, помощь пришла от звонка, который означал окончание лекции.

— В качестве домашнего задания вы будете должны написать эссе на тему «О высокомерии и падении Темного Лорда», — произнесла Тура. — Лонгботтом, не могли бы вы остаться на минуточку?

Невилл сделал так, как его попросили, сказав Парвати и Лаванде, что после догонит их, как только с ним поговорит Тура. Затем он подошёл к профессору Туре, которая до сих пор сидела за своим столом.

— Вы что-то хотели, профессор Тура?

Тура на короткое время встретилась взглядом своих бесстрастных голубых глаз с его собственными глазами, во время которого казалось, что она видит его душу и читает его мысли и чувства. Наконец, она ответила:

— Зови меня Кристалл.

— Ладно, Кристалл, — смело сказал Невилл. — Я могу чем-нибудь вам помочь?

— На самом деле, да, — ответила она. — Я знаю о существовании вашей маленькой группы защиты, — произнесла Тура, ухмыльнувшись попытке Невилла скрыть свой шок. — Я заметила, что после возвращения Волан-де-Морта оба Министра и небольшая группа профессора Дамблдора действуют неэффективно. Я бы хотела присоединиться к вашей группе.

Невилл проницательно на неё посмотрел. Возможно ли то, что она действует по своей инициативе? Или это была умелая ловушка, подстроенная Дамблдором и «Орденом»? Подумав, Невилл решил, что Снейп обязательно предупредил бы его, если бы Дамблдор действительно решил сделать что-то подобное. Тем не менее, он боялся совершить необдуманное решение, переживая, что вся работа «Легиона Поттера» полетит коту под хвост.

— Почему вы думаете, что такая группа существует, и почему вы думаете, что такая группа могла бы справляться лучше, чем взрослые?

— Я не думаю, что такая группа существует, Невилл. Я знаю.

— Откуда?

Её щеки слегка покраснели.

— У меня есть определенные… навыки, которые позволяют мне довольно легко собирать информацию. Обман и тайны редко избегают моего внимания.

Невилл, подумав, решил, что такие навыки могут быть полезными. Однако он все еще не был убежден.

— Ты так и не ответила мне, почему ты думаешь, что эта группа лучше, чем Министр или Дамблдор.

— Я знаю, что случилось с Гарри Поттером, — презрительно произнесла Тура. — Он был заключен в тюрьму, а теперь на свободе. По некоторым причинам я не могу ему помочь, но чувствую, что он не будет бегать от Волан-де-Морта и его подчиненных. Я подозреваю, что он и его силы стоят за вашей группой защиты.

Невилл признался себе, что это было хорошее объяснение. Но был еще один вопрос, который нужно выяснить, несмотря ни на что.

— Если такая группа будет существовать, то они обучаются только Защите От Темных Сил. Ты же учитель Защиты От Темных Сил. Какой тебе смысл присоединяться?

— Вы действительно так сильно недооцениваете свои таланты и силы? — спросила Тура. — Даже если я не смогу научиться чему-нибудь новому, то я смогу помочь вам в обучении. Так же я могу быть своеобразной связью между вами и сотрудниками «Хогвартса». Это может быть полезным — иметь совершеннолетнего дружественно настроенного по отношению к вам человека.

— Я подумаю насчет этого, — вздохнул Невилл. — Я приду к тебе позже.

— Хорошо.

***

— Эта ведьма! — сердито воскликнул Рон, наверное, в десятый раз за этот вечер. Он повернулся к Гермионе, которая с удовольствием писала эссе для занятия по Арифмантике. — Ты видела, как Невилл у нее в любимчиках ходит? Он всегда получает баллы для «Гриффиндора», а она всегда дает ему самое легкое!

Гермиона пожала плечами.

— Что такого плохого в его работе для Дома? Знаешь ли, Невилл такой же гриффиндорец, как и ты.

— Я знаю! — рявкнул Рон. — Но это не меняет того факта, что ей нравится издеваться надо мной, выделяя при этом Невилла. После того, как Гарри стал преступником, я должен был стать лучшим по Защите От Темных Искусств.

— Может, он просто лучше тебя.

— И ты туда же! — в отчаянии закричал Рон.

— Кто туда же? — спросила Джинни, подходя к Рону и Гермионе. Она только что вернулась после прогулки в библиотеку за некоторыми книгами для домашней работы по Зельям.

Гермиона вздохнула.

— Рон злится из-за того, что Невилл — любимчик профессора Туры.

— Вряд ли это справедливо, — нахмурилась Джинни.

— Я не знаю, — пробормотала Гермиона, снова погрузившись в работу над своим эссе. Её сомнения по поводу ситуации с Роном и военных действий с Волан-де-Мортом вернулись снова. Независимо от того, как она рассматривала это, она почему-то не ощущала ничего, кроме вины. — Я действительно не знаю.

Джинни решила не настаивать, чтобы не ставить Гермиону в неудобное положение. Вместо этого она сменила тему:

— Разве вы двое не должны расследовать существование группы защиты, которая, как вам кажется, существует?

— Я говорю, что Невилл противостоит нам прямо сейчас! — заявил Рон, быстро переключившись на другую тему.

— Наверное, в первую очередь нам нужно поговорить с профессором Снейпом, — предположила Гермиона. — Он должен нам помочь в этом расследовании.

Рон фыркнул.

— Как будто он действительно заботится обо всем этом деле. Кроме того, мы не можем сказать Невиллу, что мы его подозреваем. Но я смогу быть очень хитрым, если захочу.

Он встал и прошелся по гостиной, где, как он заметил, Невилл работает над проектом по Гербологии. Гермиона и Джинни пошли следом за ним, однако держались на почтительном расстоянии. Они не хотели в этом участвовать.

— Эй, Рон! Как поживаешь? — весело произнес Невилл, толкнув растение в горшке палочкой.

— Да, привет. Как твои успехи по Защите От Темных Сил?

Невилл улыбнулся.

— Гораздо лучше. Тем более, что Гарри на занятиях «ОД» дал нам очень хороший толчок.

— Много практикуешься?

— Ну, только для выполнения домашних заданий и тому подобного. Профессор Тура требует, чтобы наши заклинания были отработаны до автоматизма, — ответил Невилл.

Рон прищурился. Он не собирался так легко сдаваться.

— В последнее время ты кажешься занятым. Но когда я подумал об этом, понял, что не так уж сильно ты и загружен.

— Тебе только так кажется.

— Почему бы тогда тебе не прийти на занятия «ОД»?

Невилл не смог сдержаться и дерзко ответил:

— Ну, Гарри не собирал никаких встреч в последнее время.

С рычанием Рон сжал губы, посмотрев на Невилла.

— Гарри ушел. Поэтому руковожу сейчас я.

— Забавно, — сказал Невилл. — А я не помню, чтобы голосовали и выбирали тебя главным.

***

«Джеймс — очень хорошее имя», — лениво думала Беллатрикс, лежа на спине и смотря на темный потолок. Было довольно поздно, но она была слишком возбуждена, чтобы уснуть. Джеймс Гарри Поттер. Нет. Возможно, Джеймс Гарольд Поттер. Или можно подобрать любое другое второе имя…

Опять же ребенок может оказаться девочкой. Они решили, что первое имя будет Лили — в честь его матери. Вторым именем может быть Изабелла или Белль. Правда, Беллатрикс не была уверена, что хочет дать ребенку второе имя, так похожее на ее собственное.

Перевернувшись на бок, она вздохнула и посмотрела на спящего Гарри. К сожалению, они не планировали беременность, так что обдумывание имен было немного преждевременным.

— Всему свое время, — прошептала она, счастливо улыбаясь.

От нечего делать она перевернулась на живот и попыталась уснуть. Но даже посчитав триста сорок семь овец, Беллатрикс не смогла заснуть. Она повернула голову и снова посмотрела на Гарри.

— Так нечестно! — пробормотала она ему. — Ты можешь спать, даже если здесь будет землетрясение, а я не могу уснуть сразу.

Ответа не последовало. Она этого ожидала? Не совсем. Решив, что раз Гарри может спать в любых условиях, то она не уйдет отсюда, а так как она уснуть не может, то ей будет время что-нибудь почитать. Взяв палочку с прикроватной тумбочки, Беллатрикс произнесла заклинание «Люмос» и закрепила ее в специальном держателе, чтобы можно было читать, не держа палочку в руках.

Книга про защиту от темных заклинаний вскоре была найдена Беллатрикс на соседней книжной полке. Она думала, стоит ли ее читать, целых десять минут, но в конце концов книга была поставлена на исходное место. Беллатрикс украдкой достала из-под кровати книги о беременности и уходе за ребенком.

Беллатрикс облокотилась о спинку кровати и начала спокойно читать, пока Гарри громко не вздохнул, а затем поперхнулся. Она захлопнула книгу и посмотрела на него широко открытыми глазами.

Обнаружив, что он спит, она вздохнула, наконец, заметив, что все это время она едва дышала. Она хотела подождать, прежде чем дать ему литературу о детях. В самом деле, он был очень молод. Ему нужно было время, чтобы привыкнуть к мысли о детях. Если он обнаружит ее читающей данную литературу, он обязательно присоединится к ней, несмотря на его дискомфорт. В таком случае ему будет еще неудобнее.

Было удивительно, что он не категорически против этой идеи. Любой его ребенок будет в опасности из-за Волан-де-Морта. Тем не менее, она тщательно рассмотрела эту идею, прежде чем огласить ее Гарри. Волан-де-Морта удержат стены «Наирсаикса». Все, кто проживает или работает в крепости, находятся в безопасности.

Даже если ребенок не будет в безопасности, могут ли они позволить себе не иметь ребенка? Даже если с Гарри что-нибудь случится, род Полярикс должен продолжать существовать. Пожалуй, даже если Гарри умрет, его сын будет иметь право занять его место. Эти размышления Беллатрикс не стала продолжать дальше. Ее пугала сама мысль о смерти Гарри.

Будет ли беременность причинять ей какие-нибудь неудобства? Возможно. Сначала вызовет лишь некоторый дискомфорт. В конце концов, Беллатрикс будет с трудом двигаться. Хотя это того стоит. Её мысли были прерваны глубоким вздохом Гарри.

Она забеспокоилась, когда он начал чаще и глубже дышать. Было ли с ним что-то не так? Беллатрикс быстро отложила книгу в сторону и стала наблюдать за его сном. Через несколько минут частого дыхания он стал яростно ерзать на кровати.

— Гарри? Ты в порядке? — робко спросила она. Когда он не ответил, она решила, что разбудить его будет наилучшим вариантом. Осторожно Беллатрикс попыталась схватить его и удержать, так как он беспокойно метался в кровати. Но все было безрезультатно. Гарри вздрагивал от малейшего прикосновения.

Она отпустила его, и ее взгляд упал на волшебную палочку. В этот же момент ей в голову пришла идея. Она вынула палочку из держателя и использовала её, чтобы облить лицо Гарри холодной водой. Это мгновенно разбудило его, и он громко застонал.

— Ты в порядке? — спросила Беллатрикс.

— Просто кошмар, — тихо произнес Гарри.

Из их прошлых разговоров Беллатрикс прекрасно знала, что это значит.

— Я полагаю, что Волан-де-Морт счастлив. Сколько магглов умерло в этот раз?

— Ни одного, — сказал Гарри. — Он планирует что-то. Это связано с больницей Святого Мунго.

— Это плохо. Может, ты вспомнишь что-нибудь еще? Хоть какие-нибудь детали? Они могут стать решающим фактором, ты же знаешь, — прошептала Беллатрикс.

Гарри тихо сидел, пытаясь вспомнить. Наконец, он ответил:

— Нет, ничего больше не помню.

— Может быть, тогда все узнаем завтра? — предложила Беллатрикс.

— Да, конечно, — тихо ответил Гарри.

***

— Семьсот восемьдесят восемь, — прошептал Гарри. — Семьсот восемьдесят девять, — он сделал паузу и посмотрел на спящую Беллатрикс. «Почему я не могу так же крепко уснуть? — требовательно спросил себя Гарри. — Это несправедливо». — Семьсот девяносто, — Гарри понял, что считать овец бессмысленно, и, крепко закрыв глаза, перевернулся на другой бок.

========== Глава 18 ==========

Невилл забрался на огромный камень, что лежал на небольшой поляне в Запретном Лесу, и осмотрел всех, кто пришел сегодня на встречу. Снейп сообщил ему, что встречи в подземельях и ночью нежелательно проводить так регулярно. Поэтому Невилл решил провести эту встречу в пятницу днем.

— Всё, успокойтесь! — сказал он. Все замолчали и переключили свое внимание с друзей на Невилла. — Эта встреча «ЛП» созывалась для определенных действий. Во-первых, официальное представление нового члена «Легиона». Приветствуйте профессора Туру в наших рядах, — указал Невилл на Туру, которая стояла позади всей толпы.

Мгновенно поднялся удивленный шепот, так как все развернулись, чтобы посмотреть на неё. Они не ожидали, что к ним присоединится учитель, особенно тот, который может быть шпионом. Невилл обсуждал ситуацию со Снейпом, и он решил, что Тура, вероятно, надежный человек.

— Уверяю вас, она надежный человек, — произнес Невилл.

К счастью, казалось, никто не возражал против ее присутствия. Вероятно, из-за того, что многие из участников «Легиона» уважали профессора Туру. Её уроки всегда были интересны, а она сама была доброжелательным учителем.

— Следующее задание является последним от Гарри, — продолжил Невилл. — «Орден Феникса» решил не признавать ничьих реальных боевых действий в Хогсмиде, кроме своих собственных. Гарри думает, что лучше, если мы позволим им так думать.

— Это нелепо! — крикнул рейвенкловец с седьмого курса. — Как они могут делать такое предположение?

Невилл пожал плечами.

— Они хорошо придумывают нелепые вещи. По их «очень скромному» мнению, Гарри был виновен чуть ли не во всех смертных грехах, когда они бросили его в Азкабан. Во всяком случае, Гарри приносит извинения тем из вас, кто заслуживает уважения, но не получает его. В данный момент лучшее, что мы можем сделать, — это молчать и не высовываться, — после заявления последовало тихое перешептывание, которое вскоре утихло. — Это подводит к следующему пункту, — продолжал Невилл. — Секретность. У всех здесь присутствующих могут быть большие неприятности, если наше существование раскроют. При условии, что нас раскроют, постарайтесь скрыть всю связь с Гарри. Не ходите к профессору Снейпу за помощью.

— Почему нет? — спросил один из немногих слизеринцев, присутствующих в данной группе. Это был первокурсник, который подружился с хаффлпафцем, у которого были друзья в «Гриффиндоре».

— Профессор Снейп из-за этого может попасть в беду.

Все кивнули в знак согласия. Другой член «ЛП» заговорил:

— Что же нам делать, если, похоже, мы настолько крупно влипли?

— Скрываться, — ответил Невилл. — Гарри имеет некоторое влияние на территории «Хогвартса», поэтому все, что вам нужно сделать, — это не покидать территорию замка. Помощь могут оказать вам прямо здесь, — затем несколько минут он провел, инструктируя их, как лучше избежать вопросов и сохранить тайны «ЛП». Члены рассматривали эти советы каждый раз, когда встречались, но лучше освежить эти знания.

***

Гарри оторвался от копии «Манипулирование волшебным правительством государств — Руководство окольных путей, Сомнительная политика», когда Тесс вошла в его кабинет и откашлялась.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь? — спросил он её, отложив книгу.

— Да, милорд, — сказала Тесс. — Посланники, представляющие некоторые из ваших земель, приехали и просят у вас аудиенции при первой возможности. Хотите ли вы встретиться с ними прямо сейчас?

— Кто они? — с любопытством спросил Гарри. — Народ Льда?

Тесс нервно покачала головой.

— Нет, это не Народ Льда. Эти люди представляют жителей одного из островов, над которым вы господствуете. Они обычные люди, помимо того, что они все волшебники.

— Что это за остров?

— Они родом с острова Ужаса Тразкабан, милорд, — смущенно произнесла Тесс. — Граф Хискофней — управляющий от Поляриксов над островом Тразкабан. Эти посланники прибыли от него.

Гарри задумчиво кивнул.

— Полагаю, я встречусь с ними в тронном зале.

Гарри встал, положил книгу и отправился в большой зал вместе с Тесс.

— Я думаю, ты объяснишь, почему посланники Тразкабана заставили тебя так нервничать.

— Просто жители Тразкабана не очень доброжелательны, — Тесс сглотнула. — Незванных гостей этого острова имеют тенденцию не оставлять в живых. Говорят, их волшебники практикуют самую темную из темной магии, — она сделала паузу, затем продолжила говорить нервным шепотом: — Так же он сказал, что одним из предков графа Хискофней был человек, создавший дементоров.

— Тогда понятно, — задумчиво сказал Гарри, когда они вошли в огромное помещение. Казалось, что Беллатрикс услышала о посетителях и уже стояла на возвышении рядом со своим местом.

— Я рад, что ты здесь, — сказал Гарри, улыбаясь ей.

Беллатрикс улыбнулась в ответ, затем ее лицо превратилось в равнодушную маску.

— Тесс, вероятно, объяснила все, что она знает об Тразкабане. Что бы вы ни делали, нельзя дать посланникам возможность просить о чем-либо. Последнее, что вам нужно, — это тразкабановцы, которые будут думать, что могут перехитрить вас.

— Я надеюсь, что смогу использовать их, — возразил Гарри, думая о своих планах. Если он хочет иметь возможность противостоять Англии, то его собственная власть должна быть в порядке. Это будет невозможным, если любой житель Севера будет враждовать друг с другом. Гарри сел, после чего Беллатрикс и каждый телохранитель заняли свои места у трона и у стен комнаты. — Их магия может быть полезной, особенно в войнах.

Двери открылись; несколько человек, одетых в черные наряды из, как показалось на первый взгляд, драконьей кожи, надменно вошли. Гарри наблюдал за ними. Он не почувствовал зла от них, но они были… другими. Через несколько минут вошедшие выстроились перед Гарри, без всякого страха и смущения глядя ему в глаза.

Тот, кто был их лидером, заговорил:

— Лорд Хискофней, граф Тразкабан, передает поклон Дому Полярикс и Графу Севера, тем самым подтверждая обязательства своего дома вашему.

— Дом Полярикс рад приветствовать эмиссаров Хискофнея в «Наирсаиксе», — официально произнес Гарри. — Мне бы хотелось усилить Север, и я надеюсь, что ваш лорд счел целесообразным встать на мою сторону, когда я раскрою себя всему миру и начну действия против Лорда Волан-де-Морта.

Лидер эмиссаров кивнул и отступил. Один из эмиссаров подошел к Гарри и передал ему небольшой лук.

— Я граф Хискофней. Милорд, простите меня за обман. Я чувствовал, что это необходимо, учитывая, что Дом Полярикс и мои предки не всегда были в… дружеских отношениях.

Первой реакцией Гарри были мысленные проклятья в свою сторону за то, что позволил так легко себя обмануть. Как только он оправился от этой новости, обратил внимание на кольцо, чтобы посмотреть, сможет ли оно объяснить, что граф имел в виду о не очень дружеских отношениях. Украшение показало, что Дом Хискофней в определенный момент пытался присвоить себе графство Поляриксов над Севером. Вскоре граф Хискофней сменил взгляды в сторону исследований. Гарри заметил, что ему, казалось, чуть более пятидесяти лет. У графа темные волосы медленно приобретали седину. Гарри посмотрел на выражение его лица черными глазами, прежде чем ответить:

— Полагаю, я могу понять ваши мотивы, — медленно произнес Гарри.

— Я рад, — сказал Хискофней. — Тем не менее, я хотел бы преподнести вам знак моей лояльности.

— Что это за знак?

Хискофней прокашлялся.

— Ваши сотрудники безусловно проинформировали вас о том, что я и мои коллеги с Тразкабана являемся волшебниками, которые практикуют довольно темную магию. И я открыто признаю это.

Гарри оценивающе посмотрел на графа.

— Я не понимаю, к чему вы клоните.

— На днях к нам прибыли посланники Лорда Волан-де-Морта, — сказал граф. — Я хочу, чтобы вы знали, что, хотя наш образ жизни и наши обычаи темные и, вероятно, довольно злы по отношению к вашим стандартам, мы не маггловские убийцы и палачи. Мы не являемся и никогда не будем становиться Пожирателями Смерти.

— Я, конечно, хотел бы думать, что вы не являетесь Пожирателями Смерти, — осторожно произнес Гарри.

Хискофней хищно улыбнулся.

— Я хотел бы, чтобы вы знали это, — затем он подозвал одного из эмиссаров, который держал черный чемодан. Эмиссар шагнул вперед и занял свое место возле графа Хискофнея.

Затем граф приказал открыть чемодан.

— Это приём, на который могут рассчитывать Пожиратели в Тразкабане, — он вытащил руку из чемодана вместе с головой Рудольфуса Лестрейнжа. Он был обезглавлен. — Я презентую этот трофей Дому Полярикс.

Все в комнате, за исключением эмиссаров Тразкабана, издали дрожащий вздох. К горлу Гарри подкатил ком, когда он посмотрел на трофей Хискофнея. Гарри услышал, как рядом с ним Беллатрикс с трудом сдерживает испуганный возглас удивления. Он невольно протянул ей руку и утешительно сжал ладонь Беллатрикс.

Кольцо Гарри быстро оценило традиции Тразкабана. По обычаю тразкабанцев граф Хискофней только что официально объявил войну Лорду Волан-де-Морту и лояльность Гарри Поттеру, предоставляя им голову Лестрейнжа. Хотя этот жест и был отвратителен, Гарри должен был признать: это было именно то, на что он и рассчитывал.

Однако Гарри не знал, что делать с головой. Гарри подошел к решению с самым дипломатическим подходом.

— Дом Полярикс выражает благодарность Дому Хискофней, — царственно произнес Гарри. — Я рад, что вы на моей стороне, и заверяю вас: я теперь знаю, что вы не Пожиратели Смерти.

Хискофней кивнул и положил голову обратно в чемодан.

— Я рад, милорд. Что мне делать, чтобы начать служить вам?

Гарри поморщился, глядя, как эмиссар закрывает чемодан.

— Если вам не нужна эта голова, могли бы вы отправить её Волан-де-Морту? Затем не будете ли вы так любезны зайти ко мне на следующей неделе, чтобы обсудить наши планы на будущее Великобритании и Волан-де-Морта?

— Конечно, милорд, — отозвался граф Хискофней довольным голосом. — А сейчас мы уходим, — он и его последователи коротко поклонились Гарри, затем вышли из тронного зала, выглядя довольными состоявшимися переговорами.

Гарри после этого быстро выпроводил Тесс и телохранителей из комнаты.

Как только они ушли, Беллатрикс вздохнула и распласталась на троне.

— Мне кажется, что меня сейчас стошнит, — со слабостью в голосе прохрипела она.

Домовые феи оперативно предоставили кастрюлю. Беллатрикс подняла её. Как только она закончила, Беллатрикс в изнеможении откинулась и закрыла глаза.

— Я знаю, что ты хочешь сказать, Гарри. Это не твоя вина. Рудольфус был плохим человеком, и его смерть была подходящей.

— На самом деле, — ответил Гарри, — я боялся, что ты будешь сердиться на меня за союз с ними, несмотря на то, что они убили твоего бывшего мужа.

Она открыла глаза и посмотрела на Гарри.

— С чего бы мне сердиться? Вы не говорили им обезглавливать его. Кроме того, он был Пожирателем Смерти.

— Я заставил их думать, что такие действия достойны похвалы, — возразил Гарри.

Беллатрикс медленно кивнула.

— Да, заставил. Однако это ничего не изменит. Рудольфус уже был покойником, не касаясь земли Тразкабана. Ты ведь знаешь, что он был для всех мертв до того, как они обезглавили его и привезли тебе.

— Таким образом я одобрил акт убийства тех, кто совершит преступления на их острове.

— На самом деле, одобрил ваш предшественник, а не вы, — сказал Реггинс, личный секретарь Гарри. Он появился через минуту с небольшим хлопком и улыбнулся выражению лиц Гарри и Беллатрикс. — Мне не хотелось бы вмешиваться, но я посчитал, что это необходимо, прежде чем вы погорячитесь из-за надуманной проблемы.

Беллатрикс слабо улыбнулась Реггинсу.

— Я рада, что вы здесь. У Гарри, кажется, есть привычка обвинять себя в большинстве того, что случается не из-за него, — она повернулась к Гарри и взяла его за руку. — С властью приходит ответственность.

Реггинс кивнул в знак согласия, а затем начал объяснять, что он имел в виду своим более ранним комментарием:

— Из всех жителей ваших владений граф Тразкабана имеет наибольшую автономию. Некоторые мужчины, которые провели это положение, зашли так далеко, что рассказали, что у вас нет власти над островом. На самом деле, во время правления лорда Полярикса Девятого графиня Тразкабана осаждала «Наирсаикс».

— Ваша точка зрения?

— К сожалению для заблудших, милорд, — сказал призрак, — Тразкабан признан частной собственностью. Для получения их преданности и союза в политической сфере Дом Полярикс предоставляет Тразкабану полный суверенитет и автономию. Технически то, чем они занимаются на своем острове, не ваше дело. Даже если вы не хотите, чтобы они убивали нарушителей, вы никак не сможете на это повлиять.

— Я понял.

— Я рад, что вы поняли, милорд, — ответил Реггинс и исчез.

Беллатрикс улыбнулась и сжала руку Гарри.

— Видишь? Это не твоя вина. Если ты хочешь найти виновного, то виновен здесь Волан-де-Морт. Это он послал Рудольфуса и других Пожирателей Смерти на остров Тразкабан.

Гарри печально кивнул.

— Все, что происходит, в значительной степени можно отнести и к нему.

— Думаю, да, — тихо сказала Беллатрикс. — Думаю, я вернусь к своей работе в библиотеке. Это поможет мне не думать про ту… вещь, — сказав это, она встала и вышла из залы, оставив Гарри в пустом зале размышлять о жизни.

Кто виноват? Волан-де-Морт, конечно. С одной стороны, он имел право убить Волан-де-Морта, не так ли? Так что если он ничего не делает с этой властью, то он будет виноват. С другой стороны, Гарри не вынуждает Волан-де-Морта делать то, чем он сейчас занимается.

Кто лучше? Человек, который использовал свои таланты во зло, или человек, который не использовал свои таланты вообще? Все зависит от того, как вы на это смотрите, заключил Гарри. Столько решений и столько же точек зрения.

Его размышления были прерваны распахнувшейся дверью, в которую вошла раздраженная женщина с ведром воды. При ближайшем рассмотрении Гарри понял, что это Нарцисса. Она не заметила его, однако он не сделал ничего, чтобы исправить это, а она встала на колени и начала скрести пол с помощью губки, вытянутой из ведра с пенной водой.

Прическа Нарциссы была довольно простой, но хорошо выглядевшей. То же самое было и с её платьем да и с остальным внешним видом. Очевидно, она зарабатывала достаточно денег на своих услугах, чтобы жить в среднем достатке, как это делал любой служащий.

План Гарри поставить её в ситуацию, с которой сталкиваются очень многие, которые должны зарабатывать себе на жизнь, видимо, был успешен. Теперь вопрос был в том, выучила ли она урок, который должна была понять. Уважает ли Нарцисса теперь больше тех, кто был ниже ее на социальной лестнице?

Не устояв перед желанием, Гарри осторожно коснулся ее разума, чтобы не оповестить Нарциссу о том, что он ее читает. Но Гарри остался разочарован. Все, что Нарцисса увидела в своем наказании, — это то, что Гарри заставляет её быть слугой. Она боялась его и постоянно задавалась вопросом, что такого в нем увидела Беллатрикс.

С внутренним вздохом Гарри покинул ее разум. Она, казалось, не понимала, что отношение ее, Люциуса, Волан-де-Морта причиняло боль многим людям. Может быть, ей нужно столкнуться с более суровыми реалиями мира. «Мне придется организовать для нее их, чтобы она все прочувствовала. И я сделаю это, как только у меня выпадет такой шанс», — решил Гарри.

========== Глава 19 ==========

Аластор Грюм расхаживал за пределами палаты в Мунго, в которой лежали Лонгботтомы на постоянной госпитализации. Он ждал, когда миссис Лонгботтом, грозная бабушка Невилла, закончит наблюдать за сыном и его невестой, то и дело горестно вздыхая сквозь стиснутые зубы. Ее внук попросил Грюма пойти и посмотреть, может ли он оценить позицию его бабушки по отношению к Гарри Поттеру.

Она, конечно, была противницей Лорда Волан-де-Морта, но и особенно активным членом «Ордена Феникса» тоже не была. Если результаты сегодняшней встречи будут благоприятными, миссис Лонгботтом узнает как о Гарри Поттере, так и о членстве ее внука в «Легионе Поттера».

Дверь палаты открылась, и миссис Лонгботтом вышла из неё в своей неизменной шляпке со стервятником и с большой сумкой. Она улыбнулась Грюму.

— Благодарю за ожидание, Аластор. Я только что получила довольно приятные новости от одного из целителей.

— Да? Что же это за новости? — вежливо спросил Грюм, в то время как они направлялись по коридору к точке аппарации.

— Фрэнк и Алиса, кажется, стали реагировать на мой голос и сегодняшнее присутствие, — признала с гордостью миссис Лонгботтом. — Целитель, приставленный к ним, кажется, думает, что это признак того, что частые визиты членов семьи помогают их скорейшему восстановлению.

Грюм улыбнулся миссис Лонгботтом.

— Это замечательная новость. Я полагаю, возможно, визит Невилла может сотворить чудо. Есть ли у вас планы, когда отведете его к ним?

Она равнодушно пожала плечами.

— Полагаю, когда закончится школа. Они вряд ли узнают его. Кроме того, я не хочу, чтобы Невилл впустую надеялся. Целитель подчеркнул, что, возможно, Фрэнк и Алиса смогут вернуться к нормальной жизни в течение нескольких дней или недель.

— По крайней мере, они живы, — осторожно произнес Грюм, делая попытку перевести разговор в дискуссию о семье Гарри, а затем и на самого Гарри.

— Ах, да. Поттеры. Ты знаешь, как там молодой Гарри? — задала вопрос миссис Лонгботтом, неосознанно заглатывая приманку Грюма.

— Ну… — сказал Грюм перед тем, как рассказать всю историю.

Полчаса спустя, пройдя несколько кварталов вниз по улице, он рассказал всю историю о Гарри и «Легионе Поттера». Миссис Лонгботтом слабо реагировала на его слова, и Грюм надеялся, что он не совершил ошибку.

Миссис Лонгботтом улыбнулась.

— Все, что случилось с молодым мистером Поттером, кажется довольно запутанным, Аластор. Я не смогу помочь, но я горжусь Невиллом. Он стал прирожденным лидером. Думаю, ему это умение пригодится.

— Да, уверен, так и будет. Я хочу поинтересоваться, рассмотрите ли вы возможность присоединиться к тем из нас, кто верит в невиновность Гарри, — с надеждой произнес Грюм.

Миссис Лонгботтом вздохнула.

— Конечно, я присоединюсь. Поттер, скорее всего, не в восторге от некоторых личностей. Нам нужны люди, которые поддерживают его. Однако я не сильна в борьбе с Пожирателями.

— Не все должны быть бойцами на фронте, — мудро изрек Грюм, думая о Фрэнке и Алисе.

Хотя миссис Лонгботтом, казалось, на его стороне, нужно было убедить её, чтобы Невилл навестил своих родителей до конца года в «Хогвартсе». По его мнению, Невилл должен посетить их как можно скорей. Мало того, если Лонгботтомы восстановятся…

***

Гарри задумчиво посмотрел на зал переговоров, основное пространство которого занимали стол и стулья. По уровню обучения Гарри значительно превосходил других, а с помощью Беллатрикс он мог легко конкурировать с любыми лучшими дуэлянтами магического мира. Это означало, что нет никаких оправданий для него не делать хоть чего-то против Волан-де-Морта. Эта встреча задаст направление дальнейшему движению.

Прозвучал стук в двойные двери, они раскрылись, и взору Гарри предстала Бесс, которая церемонно поклонилась Гарри.

— Милорд Полярикс, позвольте представить лорда Хискофнея, графа Тразкабана.

Граф зашел внутрь со звериным оскалом, и Гарри, улыбнувшись, протянул ему руку.

— Я рад, что вы смогли приехать, граф.

Хискофней уверенно пожал протянутую ему ладонь.

— Это большая честь, милорд.

Гарри хотел было попросить называть его по имени, но передумал. Граф Тразкабана, казалось, расположен к формальностям, а Гарри необходима вся власть и выгода, которую он может получить от этой встречи. Тем не менее, Гарри сказал:

— Я надеюсь, вы не против, что я на эту встречу пригласил королеву Ксерину.

— Вовсе нет, — великодушно ответил граф.

— Хорошо, — произнес Гарри и указал графу на стул. Мужчина сел на него, и Гарри последовал его примеру. Почему он настолько доброжелателен? Не были ли отношения между Хискофнеями и Поляриксами напряженными и в лучшие времена? Кольцо быстро сообщило ему, что граф получил совсем немного от альянса с Поляриксом. Гарри оставил размышления на потом, зная, что граф не имеет скрытых мотивов, которые могут нанести ему вред.

После короткого ожидания Бесс представила королеву Ксерину. Оба мужчины встали и поприветствовали ее, прежде чем все трое сели.

— Я не ожидала увидеть вас здесь, граф, — удивленно произнесла Ксерина.

— Ну да, я здесь, — ответил Хискофней.

Гарри задумчиво смотрел на них. Очевидно, оба правителя знали друг друга или, по крайней мере, пресекались где-то до начала встречи. Это может быть хорошо, может плохо. Тем не менее, нужно было начинать.

— Я собрал вас здесь, так как нам нужно обсудить предстоящие военные действия против Лорда Волан-де-Морта.

— Почему вы уверены, что будут сражения? — спросила Ксерина.

— Потому что я против того, чем занимается Волан-де-Морт, и если я не буду сражаться с ним, он сам будет пытаться убить меня, — сказал Гарри. — Это только вопрос времени, когда боевые действия дойдут до нас. И думаю, будет лучше, если мы выступим первыми.

Хискофней кивнул с серьезным выражением лица.

— Да, война придет в наши края в конце концов. Я отказался присоединиться к Волан-де-Морту. Поэтому для него я теперь враг. Но даже не будь я его врагом, он пришел бы к нам сразу после завоевания Великобритании.

— Значит, решили, — произнесла Ксерина.

— Отлично, — заявил Гарри. — Тем не менее, эта война не закончится с убийством Волан-да-Морта. Министерство Магии выступает против меня и на данный момент не признаёт, что Волан-де-Морт является силой, с которой нельзя не считаться. Нам придется изменить эту ситуацию. Министерство должно полностью признать опасность, с которой скоро им предстоит столкнуться.

— Да, это действительно намного сложнее, — задумчиво пробормотал Хискофней. — Я так понимаю, вы не хотите вести войну против этого Министерства. Будет ли это правильно?

Гарри кивнул.

— Есть множество хороших людей, которые там работают. Им просто немного не повезло с руководством. В принципе, я хочу немного поменять Министерство, а затем сделать все, что смогу, против Волан-де-Морта.

— Дипломатия с Министерством Магии и война с Пожирателями Смерти, — подвела Ксерина итоги основной цели Гарри.

Хискофней кивнул.

— Это сработает. Полагаю, вы разделите ваши усилия между работой с Министерством Магии и борьбой с Волан-да-Мортом. Я с удовольствием поведу какие-либо силы или отряды, которые будут отправляться против Пожирателей Смерти. У меня также есть некоторые «контакты» в Министерстве и в других местах, которые могли бы оказаться полезными.

— Я могу помочь с дипломатией, — сказала Ксерина. — Вы можете назначить меня послом, чтобы придать всему этому официальности. Тогда, конечно, армия Народа Льда будет в вашем распоряжении.

— Хорошо, это похоже на хорошую организацию, — добавил Гарри. — Я не могу придумать, как расположить наши войска, если только у нас есть разведчики, которые достаточно быстро смогут передавать сведения о любых нападениях Пожирателей Смерти. Так, Хискофней, почему бы вам не сформировать отряд быстрого реагирования для случая, если нам станет известно о каком-нибудь нападении?

— Как вам будет угодно, милорд, — произнес Хискофней.

— Ксерина, будьте готовы начать переговоры с Министерством Магии. Вам, вероятно, следует попробовать присоединить свои правоохранительные отряды к нашей группе, так что мы сможем помочь в борьбе. Любая разведка, которую они могут обеспечить, будет ценной. Однако не позвольте им узнать, кто я. Если узнают, что имеют дело с Гарри Поттером в качестве лорда Полярикса, весь наш план провалится до того, как начнем действовать, — проинструктировал Гарри.

— Конечно, — согласилась Ксерина.

Хискофней прочистил горло и сказал:

— Я просто вот о чем подумал. Где будет расположен спецотряд и как вы свяжетесь с ними и дадите им знать, когда и куда нужно направляться?

— Я не подумал об этом, — задумался Гарри. — Предполагаю, это нужно рассмотреть. Хотите ли вы, чтобы в отряде были только ваши люди, или создадим комбинацию из людей Народа Льда и вашего народа?

— Чтобы не усложнять, давайте пока отряд будет состоять только из моих людей, — решил граф.

Гарри кивнул и попытался придумать способ быстрой связи для общения с графом. Тут засветилось кольцо, и Гарри понял, что можно ведь связать кольца с ним.

— У вас есть кольцо или какое-нибудь другое украшение, которое вы постоянно носите?

— Вот этот перстень, — ответил граф, продемонстрировав массивное украшение.

— Так, сейчас все сделаем, — сказал Гарри, подняв руку с кольцом. — Прикоснитесь своим перстнем к моему, чтобы связать их особой связью. После этого мы сможем с их помощью общаться мысленно.

Ксерина тоже протянула Гарри руку, на которой тоже было изящное тонкое кольцо, и улыбнулась.

— Не оставляйте меня без связи.

Тройка лидеров соприкоснулась кольцами, и в тот же момент украшения засветились. Когда свечение, исходящее от колец, исчезло, Гарри отдал системе команду проверки связи.

«Вы меня слышите?» — подумал он, направляя мысленный импульс к кольцу, а затем по связи к Хискофнею и Ксерине.

Два отдельных голоса зазвучали в его голове:

«Я слышу».

Гарри радостно улыбнулся.

— Хорошо. Теперь, когда мы так можем общаться, вы можете расположить свои войска на своих островах.

Лидеры определили дату своей следующей встречи и разошлись.

***

Невилл прогуливался по коридору после разговора с профессором Турой, во время которого он ввел её в курс всех событий, которые произошли в течение года с «Легионом Поттера». Она казалась очень обеспокоенной присоединением к группе и часто спрашивала о том, имеет ли значение то, что Тура никогда не знала Гарри. Невилл заверил Туру, что это не имеет значения.

— Постоянная бдительность! — взревел знакомый голос, когда Невилл проходил мимо статуи, изображающей одного из Основателей.

Невилл даже не моргнул от неожиданности и закатил глаза.

— Тебе нужно найти новый способ, чтобы удивить меня, Грюм. Ты слишком часто использовал на мне этот прием.

— Если ты принимаешь эту позицию, то всё, что будет считаться нормальным, будет заставать тебя врасплох, парень, — после лекции Грозный Глаз снял Мантию-Невидимку и пошел в ногу с Невиллом по коридору.

— Конечно… — протянул Невилл, не совсем понимая, о чем говорил Грозный Глаз.

Хотя он не желал пытаться это выяснить, так как мог ещё больше запутаться.

— Я не думаю, что ты сюда пришел просто ради того, чтобы нанести дружеский визит.

Грозный Глаз серьезно покивал головой.

— Боюсь, что я пришел, чтобы обсудить несколько личное дело. Есть место, где мы можем вдвоем поговорить, не боясь быть подслушанными?

Невилл смешно фыркнул.

— В этом замке даже стены имеют уши. А стен здесь достаточно.

— Постарайся найти такое место, — сухо произнес Грозный Глаз.

— Как тебе будет угодно, — хмыкнул Невилл. Он резко повернулся к двери, мимо которой они шли, и вошел в комнату. Грозный Глаз побледнел, когда увидел табличку на двери, гласящую о том, что эта комната была женским туалетом.

— Это место идеально подходит, если Миртл здесь нет…

Грозный Глаз покачал головой и закрыл за собой дверь Запирающими чарами. Им не нужно, чтобы сюда кто-нибудь зашел. Невилл тем временем систематически открывал все кабинки, проверяя их на наличие посетителей. Все они оказались пусты. Миртл здесь также не присутствовала. Грозный Глаз заговорил, когда Невилл дал понять, что они одни:

— Прежде всего, сынок, что ты имел в виду, говоря, что стены имеют уши?

— Видимо, я главный подозреваемый в школьном расследовании на должность главы неофициальной группы защиты, да еще и провожу встречи под носом у всех, — отозвался Невилл. — Я заметил Дамблдора, МакГонагалл и других членов «Ордена», преследующих меня повсюду.

— Я понял.

Невилл достал палочку и наколдовал пару стульев, чтобы присесть.

— О чем ты хотел поговорить?

Грозный Глаз вздохнул и занял одно из предложенных мест.

— Я бы хотел поговорить о твоих родителях, Невилл, — он поднял руки, когда увидел изменившееся выражение лица Невилла. — Выслушай меня. Я был сегодня в Мунго, хотел поговорить с твоей бабушкой о Поттере.

— Да? Как все прошло? — прервал его Невилл, которому было интересно услышать о позиции своей бабушки, прежде чем они перейдут на более серьезные темы.

— Она, кажется, готова поддержать нас, — ответил Грозный Глаз. — Дело в том, что когда она вышла, сказала мне, что у твоих родителей, кажется, имеются… небольшие улучшения.

Невилл смотрел на Грозного Глаза, а волнение медленно, но яростно бушевало у него внутри.

— В самом деле? Какие?

— Они стали более чутко реагировать на присутствие и голоса других людей, — сказал Грозный Глаз. Затем он начал объяснять все, что сказала ему миссис Лонгботтом после того, как она посетила Фрэнка и Алису, а затем о решении миссис Лонгботтом подождать до лета, прежде чем позволить Невиллу посетить их.

Радость, казалось, просто распирала Невилла, хотя он старался сохранить спокойствие. Однако он был разочарован. Лето было не так уж далеко, но оно все ещё было не близко. Тогда он понял, что Грозный Глаз не пришел бы в «Хогвартс» просто так.

— Так, ближе к делу. Что ты придумал?

Грозный Глаз помолчал перед тем, как начать объяснять:

— Прежде чем закончилась Первая Магическая Война, твои родители были заняты разработкой довольно важного заклинания, использовав которое, мы надеялись покончить с Сам-Знаешь-Кем раз и навсегда.

— Покончить с ним? — осторожно спросил Невилл. — Ты уверен?

— Никто в действительности не уверен в этом, — ответил Грозный Глаз. — Заклинание было разработано с целью запечатывания сути зла в человеке, по крайней мере, так описали его твои родители. Даже если его нельзя будет эффективно использовать против Сам-Знаешь-Кого, оно сможет, по крайней мере, помочь бороться со злом любым способом, который оно выявит.

— Интересно, — сказал Невилл, тщательно обдумывая новую информацию.

Грозный Глаз ждал его выводов. Наконец, Невилл заговорил: