Глава 9, часть 3.

Крылья даровали игрокам, превратившимся в фейри, способность к полету — и вместе с этим пришло воодушевление, рождённое освобождением от земли. Хотя поначалу полёт был шатким, но даже те игроки, которые никогда не использовали свободный полёт[1] в ALO, с тех пор устремились ввысь как рыба в воду, или, возможно, более точно, — как птицы в небо.

Помимо простого удовольствия, полёт давал и тактические преимущества. Войска фейри не были ограничены местностью так, как человеческая пехота, наслаждаясь уровнем личной мобильности, с которым не могла сравниться даже элитная наземная кавалерия.

Но у этой силы, как и у любой другой, есть пределы. И об этих пределах нужно было помнить — какими бы нежелательными они ни были. Лидия, командир рыцарей-саламандр, прикидывала маршрут, летя во главе своих подчинённых. Менее чем в сотне футов под ними в угасающем вечернем свете через леса и поля змеилась дорога, тем не менее сохраняя общее направление на столицу Тристейна.

Конечно, они могли бы лететь и выше, но тогда рисковали потерять дорогу — самый удобный способ ориентации в наступающей темноте. Кроме того, по соображениям безопасности все фейри, отправляющиеся по официальным делам, записывали в журнал предполагаемый маршрут путешествия, который легче всего было привязать к проезжей части. Это помогало отслеживать, где кто находится, а также куда посылать поисковые группы в случае чего.

Не то чтобы им нужны были спасатели. В этом регионе было очень мало того, что могло бы представлять опасность для опытного рыцаря-фейри, не говоря уже о группе из пяти. Лидия, трое её подчиненных и лорд Мортимер лично.

Лицо Лидии было скрыто за драконьей маской её легких доспехов, и она воспользовалась этим, чтобы незаметно рассматривать того, кого решила считать своим лордом. Одетый сейчас в форму тристейнского офицера, он выглядел гораздо более по-армейски, более профессионально, чем когда-либо прежде. Мортимер летел прямо, не отрывая глаз от дороги, и, казалось, не обращал на неё никакого внимания. И это ей нравилось.

Поначалу она, конечно, сомневалась. Они все сомневались — и в Мортимере, и в себе.

Но организаторский талант, которым обладал лорд Саламандр, и который позволил ему когда-то объединить буйную фракцию неорганизованных ганкеров в почти армейский институт в игровом мире «Альфхейм онлайн», в реальном мире оказался не случайностью и не хитростью игровой механики. Саламандры стекались к Мортимеру в ALO, потому что хотели выиграть игру. Теперь они продолжали уважать его и его талант, несмотря на недоброжелателей, потому что больше всего на свете хотели выжить.

И поэтому Лидия решила сделать всё возможное, чтобы он выжил — и чтобы помог выжить остальным. Это было странно и успокаивающе — хоть раз в жизни иметь что-то большее, чем она сама. Если бы только она смогла найти это в мире своего рождения — возможно, не оказалась бы здесь сейчас.

Ей было интересно — так ли думают о ней такие люди, как генерал Юджин и лорд Мортимер? Думал ли Мортимер об этом вообще? Или он просто отстранился и воспринимал всё как холодное уравнение, чтобы сохранить рассудок в этом безумном мире? Если так — то каким одиноким он должен себя чувствовать? Ещё хуже после клеветнической блевотины, извергнутой Рё. Одинокий силуэт, ровно летящий впереди и справа от неё, не давал ни малейшего представления о том, каково ему приходится.

— Вы хотите что-то сказать, командир?

Лидия покраснела под своей маской, к своему ужасу поняв, что на неё смотрят. По крайней мере, маска не позволила подчинённым увидеть её румянец.

— Прошу прощения, мой лорд, я отвлеклась. — Она быстро поискала что-нибудь, чтобы сменить тему: — Я надеюсь, что мы успеем добраться до столицы до наступления ночи. — Лидия прикинула оставшееся расстояние и решила, что, скорее всего, это будут ещё два-три перелёта после следующего приземления, если они будут поддерживать крейсерскую скорость[2]. — Если вы не возражаете, могу ли я спросить, о чём капитан Ифи хотел поговорить с вами?

— Я не могу вам сказать, — признался лорд Саламандр, не глядя на неё. — Он так и не прибыл на назначенную встречу. Я просто получил записку с извинениями о том, что «его присутствие понадобилось в другом месте». Думаю, это было связано с протоколами безопасности. Он приложил немало усилий, чтобы разобраться с ними сам и проинструктировать прочих капитанов стражи.

Это правда, когда она видела его в последний раз — он очень дотошно изучал документацию и почти назойливо настаивал, чтобы все остальные следовали инструкциям — ради их собственной безопасности.

— Тем не менее, странно, что его отвлекли в такое время… — Лидия осеклась, поправившись: — Я хочу сказать, что в сложившейся ситуации я бы предположила, что он будет лично заниматься охраной.

— Возможно так оно и есть, — сказал Мортимер, в его голосе звучал… юмор?.. Горечь?.. — Но я очень сомневаюсь, что он или Сакуя захотят мне об этом рассказать.

Лидия вздрогнула.

— Из-за Резчика Джека?

— Из-за Резчика Джека, — спокойно согласился он.

Лидия была поражена несправедливостью такого обвинения. Саламандры, конечно же, были на стороне своего лорда. Мортимер всегда поступал правильно по отношению к ним, как в «Альфхейме», так и в этом новом мире. Он был прямым человеком, не пытавшимся обмануть их цветистыми словами. Хотя он редко бывал приветлив — но был честен, всегда объясняя необходимость тех или иных трудностей.

Но люди ждали от него совершенства, непогрешимости, — и с радостью обвиняли его в том, что он не мог предсказать и тем более контролировать. Если она услышит ещё один пьяный трёп — то точно начистит чью-то морду.

На какое-то время между ними воцарилось молчание, а затем:

— Ответьте мне на один вопрос, Лидия.

— Мой лорд?

— Как вы думаете — я неправильно разрешил ситуацию с госпожой Сакуей?

— Я думаю… что нам пора снижаться, впереди есть удобная поляна, — попыталась она потянуть время.

Приземлившись, Лидия приказала своим подчинённым рассредоточиться и вести наблюдение, пока их крылья перезаряжаются. В этой местности не должно быть ничего опасного, маршрут был хорошо известен и часто патрулировался, — но расслабляться не имело смысла. Кроме того, это напоминало бойцам о необходимости всегда оставаться профессионалами. Это напомнило о том же и ей самой.

Сняв шлем, она распустила короткие серебристые волосы. Лидия внимательно наблюдала за Мортимером, стоя рядом с лордом Саламандр, пока тот, опираясь на трость, погрузился в раздумья. Прикрыв глаза, она подумала, что удалось избежать проблемы, но он заговорил снова:

— Вы всё ещё не ответили на мой вопрос, капитан.

— Мой лорд… Я…

Это была не та тема, которую она ожидала когда-либо затронуть в разговоре с начальством. Ну, может быть, с генералом Юджином, — но она подозревала, что тот более чем способен разобраться в подобном вопросе. В конце концов, его роман с амазонистой спригганшей был общеизвестен.

Мортимер сидел на камне у обочины дороги и терпеливо ждал. У них было десять минут, пока их крылья не перезарядятся, — слишком много времени, чтобы она смогла уклониться от вопроса.

— Могу я говорить свободно?

— У меня сложилось впечатление, что вы и все остальные, кто следует за мной, делают всё это по собственной воле, включая ваше постоянное «мой лорд».

— А, ну да, — Ну конечно он заметил… — Однако, чтобы ответить на ваш вопрос, мне нужно знать — когда вы спрашиваете, правильно ли вы обращались с леди Сакуей, — вы имеете в виду «как с лордом» или «как с женщиной»?

Лидия даже испугалась — это было самое близкое к «хмурому» выражение лица Мортимера из всех, которое она когда-либо видела. Большую часть времени его маска была совершенна.

— Вы хотите сказать, что есть разница?

— Ну… Да. — Лидия была слегка удивлена, что ей приходится объяснять это. — Вы ведь понимаете?

Горестно подперев щёку рукой, Мортимер фыркнул:

— Думаю, если бы я понимал — был бы уже женат. Так что вы там говорили?

Лидии понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя от подобного откровения:

— Как лидер, вы вели себя превосходно, мой лорд, если не считать неправильного решения инцидента с Резчиком Джеком, — и Лидия возлагала на Вакариана столько же вины за честную ошибку, сколько и на своего лидера. — У леди Сакуи не должно быть причин для претензии.

— А что насчёт «как с женщиной»?

Обдумав вопрос, Лидия решила ответить честно:

— Говоря прямо — вы вели себя как полный придурок.

То, что это, похоже, удивило Мортимера, более того, что он позволил этому изумлению отразиться на его лице — было, вероятно, признаком того, что этот разговор назревал уже давно.

Медленно потирая глаза, мужчина поднял голову:

— То есть? Я был доброжелателен и открыт.

«Доброжелательность — не значит тактичность», подумала Лидия, но она не собиралась вдаваться в это сейчас, слишком много головной боли и недостаточно времени.

— В последнее время леди Сакуя испытывает огромное напряжение, мой лорд. Смерть её друга, а также давление от того, что ей так часто приходится иметь дело с дворянами… — только за это Сакуя пользовалась безграничным уважением Лидии. — Ей приходится постоянно демонстрировать лицо на публике, но вы — равны ей по положению, и вам следует быть с ней более откровенным. Сакуя-сан пытается быть более открытой с вами — и тот факт, что она не может этого сделать, может вызывать определённое чувство неприязни.

Мортимер моргнул ровно один раз.

Выражение на его лице было совершенно безумным. Она не могла сказать — понял ли он хоть что-то из того, что она только что сказала.

— Кажется, у меня нет такой проблемы с другими лордами, — произнёс Мортимер.

— Ну, леди Зия, как я поняла, больше представитель, чем лидер, — вслух подумала Лидия. — Леди Моржане на это просто… плевать. А леди Алисия…

Она покачала головой. Алисия была Алисией, кем бы она там ни была.

— А мужчины, я полагаю, не в счёт?

— Нет, у мужчин та же проблема, — Лидия не согласилась. — Но мне кажется, что вы просто в этом себе не признаётесь.

— Но тогда… — произнёс Мортимер, как будто собираясь сказать что-то ещё — но продолжения так и не последовало. Пока они стояли в тишине, Лидия поняла, что это был самый долгий разговор, который она когда-либо вела с начальником.

Наконец-то крылья заработали — и они снова поднялись в вечернее небо, продолжая свой путь к столице. А ветер-то на высоте усилился… А если глянуть на север — то можно было увидеть медленно наползающие тучи. Интересно, успеют ли они добраться до дворца до того, как их накроет?

— Кажется, дождь собирается, — заметил Фламберг. — Надеюсь, он не начнётся до окончания фейерверка.

— Я бы на это не рассчитывала, — сказала Лидия, поворачивая крылья и увеличивая скорость, чтобы поравняться с Мортимером. — Нам придётся…

— …Поторопиться? Да, я понял, — кивнул тот, ускоряясь.

И тут они увидели это — далеко впереди, на обочине дороги поднимались тонкие столбы дыма.

— Что там? — спросил лорд, когда Лидия жестом приказала всей группе замедлиться.

Саламандры зависли в воздухе, слегка расправив крылья для равновесия.

— Я не могу сказать точно, — призналась Лидия, всматриваясь, пока её улучшенное восприятие не позволило определить расстояние между ней и источником дыма. — Но я бы сказала, что это… повозки? Торговый караван, судя по всему.

В любом случае, у кого-то были проблемы — повозки валялись на обочине дороги, разграбленные и перевёрнутые. Источник дыма отсюда был неясен, но дыма без огня не бывает.

Возможно, засада магов-разбойников. Высокая доля пользователей магии в Тристейне означала и высокую долю дворян, которые, покинув свои посты, становились преступниками. Это была уникальная проблема, с которой сталкивались как собственные гарнизоны Тристейна, так и патрули стражи.

— Мне это не нравится, — решил Фламберг. Для того, кто мог говорить скороговоркой, массивный маг большую часть времени был удивительно молчалив. — Я думал, этот маршрут патрулируется.

— Так и есть, — подтвердил Мортимер. Конечно он знал об этом — и кто знает, о чём ещё. — Но это не значит, что нет бандитов, готовых рискнуть. Больше патрулей — больше шансов быть пойманным…

— Но это также означает меньшее количество опасных мобов, с которыми можно столкнуться, — заключила Лидия. Она понимала, почему это может быть заманчиво.

В первые дни мобы быстро расправились с разбойниками, которым не посчастливилось укрыться в лесах, граничащих с областями влияния Альфхейма. Местных орков постигла та же участь — их вытеснили существа гораздо худшие или, по крайней мере, более сильные и агрессивные.

По крайней мере, тёмные дварфы и конен-сидхе[3] не прокрадывались по ночам из лесов, чтобы украсть ребёнка-другого на завтрак… Ну, она надеялась.

Но опасности, исходящей от мобов, было достаточно, чтобы оставшиеся в живых преступники перебирались на более охраняемые дороги — пусть там и был выше риск пойманным — но хоть не съеденным.

— Мы должны пока обойти их стороной, — решила Лидия. — Подадим рапорт, как только доберёмся до столицы — и они смогут выслать патруль для поиска улик.

Если на этой дороге завелась банда — лучше было бы покончить с ней быстро, иначе она создаст проблемы для торговцев, путешествующих между Тристанией и Арруном.

— Нет, подождите, — Мортимер прищурился, хмурясь всё сильнее. — Я вижу движение — но не уверен, человек это или…

— Так и есть, — согласился Фламберг. — Похоже на выживших, один, два, три… Они мало двигаются, вероятно, ранены.

Мортимер задумчиво кивнул:

— Тогда у нас нет другого выбора, кроме как оказать посильную помощь.

Капитан была потрясена этой идеей:

— Но, мой лорд…

Мортимер поднял руку, призывая её к молчанию:

— Я понимаю, но договор требует, чтобы наши войска оказывали помощь, когда это необходимо.

И снова, как ни странно, Мортимер был прав. Рыцари-саламандры, как охрана лорда фейри, считались частью армии и были обязаны по договору оказывать помощь так же, как если бы они были членами патрульного дозора, за исключением совершенно неотложных дел.

— Мне это всё равно не нравится, — проворчал Фламберг. — Мы и так опоздаем.

— Всё будет в порядке, — спокойно сказал Дио рядом с ним. — У нас с Лидией есть опыт в исцеляющих заклинаниях, мы можем приземлиться и проверить, пока вы подождёте.

— Мой лорд? — Лидия повернулась к Мортимеру — решение было за ним.

Лёгкий кивок.

— Займитесь этим. Но будьте осторожны — те, кто это сделал, могут быть ещё где-то рядом.

Держась вместе, два рыцаря спустились вниз, в то время как маги остались присматривать с небес. С прикрытием из трёх «живых вертолётов» им было нечего бояться, даже если бандиты всё ещё ожидали в засаде.

Тем не менее, глаза Лидии просеивали линию деревьев и лесной сумрак за ними. Ощущения от приземления внезапно оказались крайне неприятными — она потеряла манёвр и обзор. Странно, чувство земли под ногами обычно не вызывало у неё такой негативной реакции — но сейчас казалось, что чей-то взгляд сверлит ей спину.

— Странно, что они оказались так далеко от поселений в это время, — подумал вслух Дио, положив руку на рукоять своего меча по имени Палач.

— Мы понятия не имеем, как долго они здесь пробыли.

Достаточно долго, чтобы горящие струйки масла из разбитой лампы в повозке добрались до тюка соломы.

— Все, кто может говорить! Что тут случилось? Кто может рассказать? — крикнула Лидия, делая осторожный шаг к ближайшей жертве — мужчине в обгоревшей одежде с лицом, почерневшим от копоти. Тот дёрнулся и застонал.

Оглянувшись через плечо и убедившись, что Мортимер всё ещё в безопасности в небе над головой, а Фламберг и Кио прикрывают их, спустившись чуть ниже, она опустилась на колени рядом с мужчиной, чтобы посмотреть, что можно сделать.

Даже сейчас ощущение дежавю не проходило, пока она обращалась к чуждым знаниям, с которыми проснулась в этом мире. Небольшая часть её сознания наблюдала за тем, как в мозгу начали всплывать сведения о том, что нужно сделать, чтобы стабилизировать состояние пострадавшего от ожогов.

— Сэр, вы меня слышите? Сэр? — Мужчина прошипел сквозь стиснутые зубы, корчась и извиваясь. Он явно не слышал — или ему было слишком больно, чтобы слушать, но элементарная порядочность всё же заставила её сказать ему, что она собирается сделать, когда её руки потянулись к пострадавшему. — Сэр, мне нужно, чтобы вы не шевелились, чтобы я могла осмотреть…

Удар был скорее неожиданным, чем болезненным, её плечо дернулось в сторону от короткого, сильного выпада, сопровождаемого металлическим звоном, когда зачарованная броня поглотила большую часть энергии. Однако этого оказалось достаточно, чтобы вывести её из равновесия.

Мгновение спустя перед её носом полыхнуло — и она рефлекторно прикрыла лицо предплечьем. К счастью, наследие саламандр обеспечивало ей неплохое сопротивление к огню, достаточное, чтобы вместо ожога третьей степени обойтись лёгким покраснением кожи.

Она отпрыгнула назад, выхватывая меч, когда пронзительный свист эхом разнёсся по лесу вокруг них. Значит, это была засада, только не та, которую они ожидали.

— Хахаа!