Глава 25.

Я спустился на свою палубу, прошел в спальню и положил вещи. «Хорошо, теперь тяжелая работа», – подумал я и взял свою старую ученическую мантию. Я использовал обнаружение Присутствия и очень медленно прошелся по каждому квадратному дюйму ткани. Я не удивился, обнаружив три очень маленьких устройства. Я не убрал их, главным образом потому, что предполагал, что их было три по какой-то причине. Я не думал, что они могут триангулировать мое положение с такой маленькой выборкой; но ты никогда не знаешь пределов технологии, с которой незнаком.

У меня не было большого опыта в технологиях, которые не использовались или не были связаны с вещами, используемыми Орденом. Насколько мне было известно, они могли отслеживать эти мелочи по всей галактике и нуждались только в ретрансляторе, чтобы поддерживать с ними контакт.

Я усмехнулся. Наверное, поэтому они называют свои остановки отдыха «ретрансляционными станциями». Они в буквальном смысле слова реле для их трассирующих технологий.

Я отложил мантию в сторону и положил ее в личное пространство в отсеке, затем взял световой меч моей матери. Теперь, когда у меня был доступ к полностью функционирующему мечу, его сложность была на голову и плечи выше очень простого, который я создал в год моего окончания обучения четыре года назад. Кара показала мне некоторые модификации, которые она сделала сама, но ей не хотелось разбирать меч полностью, потому что детали были настолько тонкими, что ей пришлось бы переделать его для своего Присутствия.

У меня не было такой проблемы с этим световым мечом, так как я еще не настроил его на свой поток. Я достал микроинструмент, который всегда носил с собой. Я мог бы использовать для этого Присутствие, но в космосе мне пришлось бы позволить своему телу восстановиться, если бы я использовал слишком много сразу. Присутствие за пределами атмосферы планеты было настолько редким, что я должен был быть осторожен в его использовании. Я не торопился и очень осторожно разобрал световой меч. Но я не стал разбирать его на отдельные провода.

Я оставил компоненты почти нетронутыми и достал свой датапад, чтобы проверить, что каждый из них находился на месте, и сравнить его с частями, которые я знал. Было удивительно узнать, что за шестнадцать лет моей жизни технология не продвинулась ни на шаг. Части внутри светового меча моей матери были теми же самыми, которые вы могли бы получить сегодня. Мысль об этом заставила меня покачать головой.

«Что, черт возьми, они делают с этой передовой технологией, чтобы позволить ей застаиваться?» – спросил я себя. Я бы попытался улучшить и усовершенствовать его, как я предлагал в работе, которую я дал моему учителю в течение моего последнего учебного года. Я отогнал негодующие мысли и проанализировал каждый компонент, сравнил его с техническими данными на датападе и внутри моего собственного светового меча.

Кара была права. Мое понимание ограничений и масштабов технологии светового меча и того, как они применяются к современному оружию, отсутствовало. Я пытался изменить это в течение последних четырех лет; но Орден был очень строг со своей информацией о технологии. Теперь, когда я был вне их ограничений, у меня был доступ к информации, к которой имело доступ все население. Конечно, это заставило меня подумать о крошечных датчиках в моей одежде, и я уставился на световой меч моей матери.

– Нет, они… черт побери, да, конечно, – сказал я и провел несколько часов, полностью разбирая все на части.

Я оказался прав. Они установили один из трекеров внутри фальшивого провода. Я был одновременно зол и впечатлен. Я, конечно, снял его с помощью фальшивой проволоки и потратил вдвое больше времени, тщательно настраивая детали на поток своего Присутствия. Когда все они были синхронизированы, я собрал их и добавил фокусирующий кристалл. Мне пришлось оставить внешние ручки и переключатели, главным образом потому, что корпус был слишком тонким, чтобы сделать их внутренними. Я изменю это, как только смогу.

Я почувствовал, как кто-то подошел к моей каюте, засунул все под одеяло на моей кровати, накрыл его своим Присутствием и сделал твердым. Я обернулся и увидел, что Рубин подошел к моему люку и постучал.

– Ты там не спишь?

– Нет, – сказал я.

– У них ужин готов, – сказал Рубин.

Я рассмеялся и открыл люк.

– Что случилось с обедом?

Рубин улыбнулся.

– Ходят слухи, что после стычки с Кэсси тебе нужно было побыть одному.

– Кто тебе это сказал?

– Кэсси, – сказал Рубин, и мы оба рассмеялись.

– Полагаю, показаться ей на глаза достаточно безопасно, – сказал я, когда он отступил, а я вышел и закрыл люк.

– Сейчас она уже не жует переборки от злости, так что не переживай.

– Вау, правда что ли? – спросил я, и мы пошли к центральной шахте. – Какая палуба?

– Третья сверху, камбуз, – сказал Рубин.

– Держись, – сказал я.

– Гм…

– Сзади комбинезона есть застежки, – сказал я и указал большим пальцем через плечо. – Кажется, что они для спасательного круга или чего-то в этом роде.

Рубин держался, и мы прыгнули одновременно. Я использовал Присутствие, чтобы вести нас, а не подталкивать к нужному этажу, толкнул нас и приземлился. Все были там и обслуживали себя сами.

– Черт побери, парень! – сказал капитан, не донеся до рта ложку зеленой слизи. – Какого черта ты это сделал?

– Я бы хотел сказать «практика»… – сказал я и улыбнулся, – но я делаю это всего второй раз.

Рус рассмеялся.

– Я понял, что ты космическая крыса, как только увидел тебя!

– Космическая крыса? – смущенно спросил я.

– Крыса – это сокращение от «рейтинг». Это должен был быть комплимент, – Эвелин покачала головой. – Я не знаю, почему кто-то может подумать, что быть названным крысой – это комплимент.

(пп: игра слов построена на rat (крыса) – rating (рейтинг); кстати, здесь и далее подразумевается не собственно рейтинг, а звание – именно так называется рядовой состав на флоте)

– Ты перестаешь быть космическим салагой, когда проходишь курс безопасности в невесомости и базового обслуживания спасательного оборудования, – сказала Люксия и протянула мне поднос с едой.

Я открыла рот, чтобы спросить, ее ли этот, и сказать, что могу взять свой, но она коснулась моих губ кончиком пальца.

– Садись и ешь, – сказала Люксия и вернулась к столу, похожему на буфет. Я сел на край стола рядом с Эвелин, потому что это было ближайшее место.

Кэсси издала ртом звук «пфф», подняла что-то похожее на палку с корой и впилась в нее зубами.

– О, вкусно.

– Ты должна съесть десерт после еды, юная леди, – сказал Рус.

Кэсси показала отцу язык и снова откусила от палки.