Потерянный

Стадион Троянцев был того же размера, что и Лисья Нора, но красно-золотая гамма делала Троянское поле заметно меньше. Однако эта иллюзия ничуть не помогала развеять тревогу, что клубилась за Лисами дымом. Они приехали сюда за полчаса до открытия дверей, чтобы успеть морально подготовиться к предстоящему матчу.

Пока что они были одни. Через девяносто минут им предстояло выйти против второй команды страны.

— Ага, — наконец сказал Мэтт, первый нарушивший молчание после того, как охрана пропустила их внутрь. — Легкотня.

Даже Кевин ничего на это не ответил, но, возможно, только потому, что он слишком наслаждался счастьем снова оказаться на территории Троянцев. Его довольное выражение лица разительно контрастировало с нервозностью и страхом, явственно читаемыми на лицах его товарищей.

Двери распахнулись, впуская толпу нескончаемой волной. Ваймак увёл своих Лисов обратно в раздевалку. Вскоре один из сотрудников зашёл, чтобы вкратце описать им картину вечера. Билеты на матч были полностью распроданы, присутствовали шесть телеканалов и двенадцать скаутов из летних высших лиг и профи. Она прекрасно знала, что никто из этих представителей не приехал ради Лисов, но всё равно перечислила их города и команды.

— У нас нет состава Троянцев, — сказал Ваймак. — Когда ждать?

— Попробую достать копию, — пообещала она. — Вам ещё что-нибудь нужно?

— Пожалуй, всё, — ответил Ваймак, и она ушла. Как только дверь за ней закрылась, он посмотрел на Дэн. — Ты и Кевин начинайте думать, что скажете перед игрой.

Дэн энергично потерла руки, пытаясь удержаться на плаву и изобразить перед командой капитанскую уверенность.

— Подойдёт «Мы рады быть здесь» и «Мы сделаем всё возможное»?

— А как насчёт «Мы сейчас уделаем этих неудачников»? — Предложил Ники.

— Вот поэтому тебе запрещено общаться с прессой, — сухо заметил Мэтт.

Раздевалка была рассчитана на гораздо более многочисленные команды, так что Лисы легко могли рассредоточиться. Им нужно было пару минут, чтобы прийти в себя перед матчем.

Когда пришли журналисты, Кевин и Дэн вежливо похвалили Троянцев и пообещали интересную игру. Ваймак выпроводил прессу при первой же возможности и отправил Лисов переодеваться.

Они вышли на внутреннее поле за полчаса до подачи. Трибуны были забиты до самых верхних рядов, а шум болельщиков давил физически. Если появление Лисов и не взбудоражило толпу, то появление капитана Троянцев произвело настоящий взрыв.

Джереми Нокс был одет во всё, кроме перчаток и шлема. Он возглавил Троянцев на третьем курсе и удержал капитанство и в этом году.

Едва заметив Кевина, Джереми расплылся в улыбке. Кевин протиснулся мимо Элисон и Рене, чтобы встретить его.

Джереми поравнялся с Ваймаком, крепко пожал ему руку:

— Тренер Ваймак, добро пожаловать в Южную Калифорнию. Мы рады принять вас сегодня. Кевин, сумасшедший ублюдок, — добавил он уже менее официально и радостно хлопнул Кевина по плечу. — Ты меня всегда поражаешь. У тебя слабость к скандальным командам, как я посмотрю, но эта мне нравится куда больше предыдущей.

— Они посредственны в лучшем случае, но с ними проще ужиться, — сказал Кевин.

— Всё тот же безжалостный и заносчивый, — сказал Джереми, но в голосе его звучала теплота. Он улыбнулся Маре. — И Мара Вест. Рад видеть тебя в оранжевом, а не в чёрном. Этот цвет тебе куда больше идёт.

— Не ври, — улыбнулась Мара. — Этот оранжевый никому не идёт.

— Я бы никогда тебе не солгал, Вест, — с притворной обидой возразил он. — Жаль, что сегодня мы не сыграем друг против друга.

Мара сглотнула. Эбби в итоге не поддалась на её жалобы и снова оставила её на скамейке. Швы сняли, но Эбби решила подождать ещё немного, пока Мара окончательно не поправится. Та считала это чрезмерным, но раньше у неё никогда не было человека, так заботившегося о её здоровье, так что, возможно, она просто не привыкла.

— Будет ещё следующий год.

— Именно, — согласился Джереми и внезапно посерьёзнел, посмотрев на Кевина и Мару. — Вы здорово всколыхнули народ тем, что сказали пару недель назад. Про твою руку… что это, возможно, было не случайно. И… про Рико.

Через две недели об этом всё ещё говорили. Кевин и Мара больше не давали никаких комментариев, а Вороны яростно отрицали обвинения и возмущались. Получился тупик, который не устраивал никого, но на большее рассчитывать было нельзя.

Кевин помедлил, словно решая, насколько можно доверять Джереми, а потом сказал только:

— У меня для тебя есть защитник. У тебя найдётся место в следующем году?

Это явно было не то, чего ждал Джереми. Кевин увёл его подальше, чтобы объяснить. Когда он закончил, улыбка Джереми исчезла. Он широко жестом обвёл места между ними, за Кевином, поле, трибуны. Мара подумала, что он отвергает услышанную правду. Но тут Кевин впервые за долгое время по-настоящему улыбнулся, а Джереми крепко сжал его плечо.

Джереми поднял сложенный лист бумаги. Кевин не взял его, и тогда Джереми вернул его вместе с ним к Лисам и передал Ваймаку. Тот развернул и бегло просмотрел список.

— Наш состав, — объяснил Джереми. — Задержались мы, знаю, но мы пытались избежать лишней реакции.

— Реакции? — Спросила Дэн.

Ваймак протянул ей лист и с мрачным видом посмотрел, как она бледнеет. Затем он поднял глаза на Джереми:

— Напрасно жалеешь. Передай тренеру Реманну, что подачек мы не берём.

— Это не жалость, — возразил Джереми. — Мы делаем это для себя, а не для вас. Ваш успех заставил нас пересмотреть всё в нашей игре. Мы вторые потому, что действительно сильны, или потому, что у нас двадцать восемь игроков в составе? Достаточно ли мы хороши сами по себе, чтобы устоять против вас? Мы должны знать.

Кевин выхватил лист у Дэн и посмотрел. Мэтт заглянул через его плечо и выдохнул:

— Да ладно. Ты шутишь. Ты ведь шутишь? Нет?

Элисон дёрнула его за рукав, требуя объяснений, и Мэтт сказал:

— Тут всего девять имён.

— Два вратаря, три защитника, два нападающих, два страйкера, — пояснил Джереми. — Вы дошли до этого уровня с таким составом. Посмотрим, как справимся мы. Я в восторге, — снова улыбнулся он во весь рот. — Никто из нас не играл полный матч. Чёрт, большинство даже полные таймы уже не играет. Нам не приходится, численный перевес всегда на нашей стороне.

— И это ты меня назвал сумасшедшим, — сказал Кевин. — Если сыграете так, сегодня вы проиграете.

— Возможно, — легко согласился Джереми. — Возможно, нет. В любом случае будет весело, верно? Я и не помню, когда в последний раз был так заведен. Смотрите, — он показал им ладони, и Мара поняла, что он дрожит от возбуждения. — Жгите, Лисы, и мы будем жечь тоже.

Он ушёл, высоко подняв голову и улыбаясь искренне. И Мара поняла, почему Троянцы восемь лет подряд брали Кубок Духа. Этот трофей доставался самым честным спортсменам игры и требовал единогласного голосования КРЭ. Троянцев никогда не удаляли с поля и никогда не ловили на камеру за оскорбления соперников.